***
Дорога. Утро. Машин немного.
Я выезжаю на главную, добавляю газ — и в этот момент...
УДАР.
Мир переворачивается. Глухой лязг металла, звон разбитого стекла. Голова резко дёргается, тело вжимается в кресло.
Что...?
Правая сторона машины смята. В нос бьёт резкий запах подушки безопасности.
Я дотрагиваюсь до лица — пальцы в крови. Разбит нос? Или лоб?
Дышать тяжело, но боль не острая. Ребра целы. Голова ясная.
Жива. Главное — жива.
И тут до меня доходит — виновник.
Поворачиваю голову.
Чёрный Lexus. Тонировка. Дверь распахивается, и оттуда вываливается мужчина.
Он идёт ко мне.
Высокий. Грузный. Лысая голова, красный спортивный костюм, золотая цепь, толстые пальцы в перстнях.
Бандит.
Это слово всплывает в голове само собой. Отец когда-то говорил про таких: Не связывайся. Не спорь. Беги.
Но сейчас бежать некуда.
Он подходит, хватает мою дверь и дергает её так, что стекло трещит.
— Ну что, зенки вылупила?! — его голос хриплый, пропитанный злобой и перегаром. — На машину нас***ла, а теперь сидишь, как кукла?
Я замираю.
"Это не просто агрессия. Это что-то... опаснее."
— Виноваты вы, — выдавливаю я. Голос дрожит, но слова чёткие.
Его лицо искажается.
— О, блядь, умная нашлась?!
Он хватает меня за руку, резко дёргает. Боль пронзает плечо.
— Отпустите! — я пытаюсь вырваться, но его пальцы впиваются в кожу.
Боже, он сейчас ударит.
Сердце бьётся так, что кажется, вырвется из груди. В глазах темнеет.
— Я вызову полицию, — шиплю я.
Он смеётся.
— Вызывай, сучка. Только учти — я тебя запомнил.
Его дыхание горячее, вонючее. Он наклоняется ближе, и я вижу жёлтые зубы, шрам на щеке, маленькие, злые глазки.
Он не просто так угрожает. Он сделает это.
Я резко дёргаюсь, хватаю телефон.
— Отойдите! Сейчас же!
Глава 42.Гордей
Вся наша переписка с Татой веселит меня и наверняка злит ее. Я не против секса с ней, он жаркий, испытывающий нас обоих.
Каждое движение пробуждает во мне огонь и возбуждение, мы на одной волне, она львица, которую не просто укратить.
Я соскучился по ней за один день, что не был рядом. Видеть со стороны — это одно, а касаться, чувствовать ее всеми рецепторами, что у тебя есть — другое.
У меня были девушки с которыми я развлекался, даже встречался, но это были небольшие сроки, каждая из них хотела от меня большего внимания.
А эта девчонка не хочет, дерзит и делает все наоборот. Показывает зубки, ну ничего, я упертый, найду пути и подходы к ее сложному характеру.
Звонок от Розы отвлекает меня от поедания последнего кусочка ананаса, тарелка быстро опустела.
— Не отвлекаю, Гордеюшка? — подруга в хорошем настроении.
— Говори.
— Завтра идем в кафе к Тате и только попробуй отказаться.
На заднем фоне слышу, что мой друг Гарик смеется и говорит что-то типо: Тебе откажешь, ага.
— Твой будущий муженек прав, я не могу отказаться. Поэтому не переживай.
— Отлично, как твои дела?
— Хорошо, много работал сегодня, сейчас наслаждаюсь одиночеством. Задам тебе вопрос, вы перестали общаться с Алиной?
— Почему ты так решил? — голос подруги задрожал, кажется что и правда они отдалились.
— Ну раньше вы вместе везде были, а сейчас она все чаще зависает в клубе или у себя на квартире, пьет вино и не думаю, что с кем-то из других подруг. Ты же знаешь, когда Алине не хватает внимания она налегает на алкоголь, дурацкая привычка.
— Знаю, а ещё понимаю, что она взрослый человек, Гордей. А пьет она точно не от одиночества и отсутствия подруг, подумай на досуге.
— Ты намекаешь на наше расставание?
— Да, Гордей.
— Я понимаю, поэтому и поддерживаю Алину, но ты же понимаешь, чем чаще я рядом с ней , тем ей сложнее пережить наше расставание. — не считаю это таковым, но для Розы делаю вид, что эти отношения были близкими и любовными.
— Расставание сложный период, Гордей, надеюсь вы разберетесь и она придет в норму, ты то не особо переживаешь и ничего толком не сказал мне, а раньше делился своими переживаниями и просил совета.
— Рози, не обижайся! Мы обязательно поговорим, просто это решение давно зрело, не думай, что я обрубил все за один день. — врать своей подруге не приятно, на душе скребут кошки, так как мы всегда делились своими проблемами и целями на жизнь… Но личная жизнь была выдуманная для всех, от этого я чувствую вину.
Но мне не нужны были советы, критика и прочее, я начал эту игру и должен с достоинством из нее выйти. То что отец давит или Алина пугает меня своей семьей, ничего не значит для меня, мой путь другой.