Его глаза сузились, но он кивнул.
Телефон лежал на столе, как бомба замедленного действия. Я глубоко вдохнула и подняла трубку:
— Говорите.
— Таня, — мужской голос прозвучал хрипло, будто через помехи. — Ты в опасности.
Я замерла.
Этот голос.
Нет. Не может быть.
— Папа… умер, — прошептала я, чувствуя, как ком подкатывает к горлу.
— Не верь всему, что видят твои глаза, — голос стал резче. — Они хотят не салоны. Они хотят тебя.
Линия внезапно оборвалась.
Я стояла, сжимая трубку, когда за спиной раздались шаги.
— Таша? — Гордей замер в дверях, его лицо стало каменным при виде моего выражения. — Что случилось?
Я медленно повернулась:
— Нам нужно найти человека, который знал моего отца лучше, чем я.
— Кого?
— Того, кто знает, почему его «Мерседес» нужно было красить в синий.
Гордей резко шагнул вперед:
— Это был отец? Ты же понимаешь, что такого не может быть!
— Но у моего отца был брат, они не общались, он не рассказывал о нем, зато мама посвятила меня. Жил он в какой то крупной деревне в Швейцарии.
Телефонная трубка выпала у меня из рук, глухо стукнувшись о стол.
— Дядя... — прошептала я, ощущая, как мир вокруг теряет четкие очертания. — Но мама говорила, что он умер от сердечного приступа...
Гордей резко схватил меня за плечи, заставив сосредоточиться на его лице:
— Тата, дыши. Глубоко.
Я судорожно вдохнула, пытаясь собрать мысли в кучу.
— Мама рассказывала мне о нем только однажды. Они с отцом поссорились из-за бизнеса, дядя уехал в Швейцарию, купил ферму... А потом пришло известие о его смерти.
— И ты уверена, что голос похож на отцовский?
Голос в трубке звучал как у папы, но...
— Не знаю, — призналась я. — Но кто еще мог знать про тот Мерседес?
Гордей выпустил меня и схватил телефон:
—Я позвоню знакомому, Витя Вальтов, классный мужик, у него было свое охранное агенство, может он кого посоветует!
Глухие гудки. Никто не отвечал.
— Ладно, — он швырнул телефон на диван. — Значит, ищем дядю.
— Но как? У меня даже фотографии нет!
— Зато есть я. У меня есть знакомые в МИДе. Если он действительно жил за границей — найдем следы.
Я машинально кивнула, глядя на семейное фото на стене. Отец обнимал маму, я, семилетняя, сидела у них на коленях. Никакого дяди.
— Тата, — Гордей прервал мое размышление. — Ты уверена, что хочешь это узнать?
Его вопрос заставил меня вздрогнуть.
— Ты думаешь, отец мог...
— Я ничего не думаю. Но если твой дядя жив — почему он объявился только сейчас?
Холодный пот выступил у меня на спине. Я хочу заниматься своим любимым дело, не хочу умирать и копаться в том, что не следовало бы мне знать! Вот только это так не работает, мне не везет — факт.
Глава 72. Гордей
Этот неделя испытывает нас с Ташей на прочность, заставляет выйти из зоны комфорта и практически стреляет в лоб из пистолета - в упор!
Из салона мы уехали поздно, просмотр документации, кое-что Тата забрала домой, другие документы убрала в сейф и поменяла пароль.
Она не понимала, кто мог перейти дорогу и теперь увлеченная девушка ресторанным бизнесом становится ещё и детективом из-за наследства своего отца.
Никогда не углублялся в индустрию по продаже машин, для меня моя работа была очень сложна, ведь изначально я хотел работать совсем в другом направлении.
Я ценил подарок деда и не хотел отдавать уже свое детище кому-либо.
Отец много раз намекал, просил продать ему, объединится. Сейчас же играет грязным способом через поставщиков, которым сам и является.
Успокаиваю себя: строительство, дизайн, реставрация, интерьер - в этом направлении очень много веток для работы! Отец хотел занять мою нишу, хотя изначально оставался в строительстве жилых комплексов, коттеджей. Мне же хотелось исправлять, украшать и делать сухие коробки — живыми, так научил меня мой любимый дедушка.
После салона поехал домой, Таша решила заехать в супермаркет, мы будем готовить на ужин пиццу и фруктовый салат, поваляемся на диване под гирлянду, не так давно заказал, чтобы украсили окна, оказывается Таша в восторге от таких лампочек. До нового года ждать долго, а приятное сделать хочется сейчас.
Летний вечер налипал на кожу липким теплом, даже через открытое окно не приходило облегчения. Я раскатывал тесто для пиццы, присыпанное мукой, когда услышал щелчок входной двери.
— Я пришла! — Тата зашла на кухню, сгибаясь под тяжестью пакетов. Ее волосы были собраны в небрежный хвост, а на лбу блестели капельки пота. — Боже, на улище просто ад.