Но, воспитательный процесс никто не отменял.
Сдвигаю тонкую панель, оберегающую нас от основного зала. Оборачиваюсь.
- И еще, советую тебе хорошенько обдумать свое поведение. Я тебя люблю как прежде, но быть скромной просительницей меня не устраивает, - говорю немного мягче, но без сомнений, что на полной серьезности. Я попыталась, теперь его очередь. Пусть делает, что хочет, но разубедит меня в подозрениях.
Я не верю. Не видела, значит не доказано.
Поднимаю голову достаточно гордо. Что скрывается за этой показной уверенностью? Конечно же, страх. Липкий и порабощающий, что делает мои шаги меделенными, и каждый приходится рассчитывать, чтоб не навернуться на выходе из ресторана. Слегка пошатываюсь, будто в опьянении, но я за рулем, поэтому даже бокал вина себе не могу позволить. Хотя, один бокал меня не спасет. Вызываю такси и еду туда, где меня никто не знает. В бар на другом конце города...
5. Глава 5
Бар «Фиджи» в центре города - не самое подходящее место для такой женщины как я . Унылой вялой и искромсавшей красивую салфетку дрожащими пальцами. Он полон людей . Кто - то ищет развлечений, кто-то по делам. В наше время очень удобно заключать сделки в неформальной обстановке. Поэтому, здесь совершенно никому нет дела до страдающей неприметной девушки с распухшими от слёз глазами и красным носом.
- Ваш заказ, - молоденький официант тоже никак не реагирует на тихие всхлипы. Движениями, отработанными до автоматизма, открывает бутылку красного полусладкого, наливает в бокал, ставит его перед моим носом, и удаляется по своим делам. Болтаю пузатый фужер и наблюдаю, как благородное вино медленно стекает по стенкам.
Что я здесь делаю? Какую цель преследовала, учиняя бунт? Покопавшись в чертогах разума, делаю один простой вывод – назло. Достал. С ролью любящего мужа у него сегодня что-то не получилось, зато, с уничтожением моей женской самооценки он справился на «ура».
Промакиваю бумажной салфеткой влажные щёки, делаю глубокий вздох, а за ним глоток пряного алкоголя, разливающимся приятным теплом по моему дрожащему организму. Прокручиваю в руках молчащий телефон и вижу в темном экране собственное отражение. Во что ты превратилась, Алёна? Когда-то молоденькая красивая озорная и бойкая девчонка превратилась в забитую домохозяйку с растоптанным эго, потерявшую интерес к собственной личности. Кто захочет любить человека, который разлюбил сам себя? Может, я слишком зациклилась на внимании, а точнее, его отсутствии от Глеба? Глебушка хочет, Глебушка сказал, Глебушке надо… А где в моей жизни Алёна? За вечной погоней угодить мужу, я растворилась в воздухе, как мыльный пузырь, оставив лишь пустое место, на котором топчутся ревность, подозрения и жалость…Последнее особо унизительно.
- Алена? – смаргиваю удручающие мысли и поднимаю голову, встречаясь взглядом с парой заинтересованных серо-зеленых глаз. – Сазонова? – ещё раз уточняет высокий широкоплечий мужчина с коротким ёжиком чёрных, как смоль, волос.
Рефлекторно напряглась. Здоровый незнакомый мужик в каком-то баре, знающий твоё имя и девичью фамилию, по определению, не внушает доверия. Даже если выглядит он очень . Прилично одет с европейской небрежностью и тем же шиком. Дорогая мужская сумка из кожи очень хорошего качества. Получше, чем моя.
- Ну, да, была, - настороженно отзываюсь, от чего- то вытягиваясь по струнке. Что-то в его чертах мне кажется отдаленно знакомым, но я никак не могу уловить и поймать за хвост ускользающую мысль.
- Неужели не узнаешь. Ренат, – снова не понимаю, из знакомых никого с таким именем нет. Альцгеймером я пока, слава богу, не страдаю. Поднимаю брови и жду больше информации. – Одну секунду, – нагнетает интригу, поставив на стул сумку, и склонившись к моему лицу, Явно готовится к фокусу.
- И что я должна делать?– замираю, когда он кончиками пальцев обводит мое ухо.
- Уже ничего, – хитро улыбается и машет монеткой перед моим лицом.Вспоминаю, кто именно пользовался этим приемом, чтобы развеселить перед экзаменом. И вечно подкидывал шоколадки «Аленка» в мой рюкзак. Я только в старших классах узнала, что он был жуть как в меня влюблен, но тогда я уже встречалась с Глебом. Да и, в принципе, не рассматривала тихого одноклассника, увлеченного фотографией на предмет пары.