— О, много чего, — он томно улыбнулся, обнажив ровные белые зубы. — Но начнем с малого. Например, с того, как ты это сделала. — Он сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. От него пахло дорогими чернилами, старой кожей книг и чем-то неуловимо мужским, опасным. — Большинство здесь, чтобы выжить. Ты же... ты, кажется, здесь, чтобы жечь. И это чертовски привлекательно.
Кайра почувствовала, как щёки заливаются краской.
— Я ничего не делала, — солгала она, отводя взгляд.
— Не ври, — он мягко, почти ласково провел пальцем по воздуху, как бы очерчивая контур ее лица, не прикасаясь. — Это прекрасно видно. У тех, кто просто злится, глаза пустые. А у тебя... в твоих глазах были молнии. Я чуть не ослеп. Гвен, конечно, дура, но ее платье стоило дороже, чем жизнь десятка таких, как мы с тобой. Ройман, я уверен, уже доложил Беттрине о твоем «прогрессе».
Он произнес это имя с легкой, почти неуловимой гримасой презрения.
— И что? — Кайра скрестила руки на груди, пытаясь защититься от его гипнотического присутствия.
— А то, что ты становишься интересной, дикарка. Для них ты — инструмент. Дикий, необузданный, который нужно сломать и заточить. — Он наклонился чуть ближе, и его голос упал до интимного, соблазнительного шепота. — А я могу показать тебе, как стать оружием. Таким, которое само выбирает свою цель. Без их одобрения. Без их поводка.
Он отступил на шаг, оставив ее в плену своих слов и своего взгляда.
— Подумай. Пока я не передумал предлагать помощь.
Лео развернулся и вышел так же бесшумно, как и появился, оставив после себя запах своей самоуверенности и висящий в воздухе неозвученный вопрос.
Не прошло и десяти минут, как дверь снова распахнулась. На этот раз — резко, без стука. Ройман.
Он стоял на пороге, его лицо было невозмутимой маской, но в глазах читалось холодное, хищное удовлетворение.
— Лопнувшая тарелка, — произнес он ровным тоном, заходя в комнату и медленно обводя ее взглядом, будто выискивая следы незаконного визита. — Примитивно. Детски. Но... целенаправленно. Впервые твоя сила была не истерикой, а инструментом. Пусть и кривым.
Он остановился прямо перед ней, его рост заслонял скудный свет от лампы. Кайра вспомнила, как тут буквально десять минут назад стоял Лео.
— Беттрина довольна. Я — тоже. — В его голосе прозвучала редкая нотка чего-то, почти похожего на одобрение, и это было страшнее любой угрозы. — Твое наказание отменяется. Твоя новая задача — научиться делать это снова. По моей команде. И по выбранной мной цели.
— То есть... меня не накажут?
— Ты впервые сконцентрировала свою энергию, пускай и таким... Примитивным образом, — Ройман говорил с ней, но будто пытался что-то уловить в стенах этой комнаты, — тебя не за что наказывать. У тебя новый парфюм? Или ты занялась переписью книг?
Мимо этого мужчины точно ничего не пройдёт, подумалось Кайре:
— Нет, ко мне заходил Лео... — неуверенно, почти шёпотом сказала она.
— Лео... — будто пытался вспомнить кто это, — да, это многое объясняет. Сегодня отдых, завтра повторишь свой трюк, но уже не на тарелке.
Глава 5
Тёмным вечером, когда лишь свечи и полная луна освещали кабинет директрисы, на пороге показался мужчина лет сорока. Его благородная седина переливалась в лунном свете, а хищные глаза уставились на силуэт у окна.
—Беттрина, — обратился он к силуэту.
—Уильям, — обернулась она с улыбкой, — наш могущественный некромант решил посетить мою обитель!
Мужчина улыбнулся в ответ,как лис, и устроился в кресле у стола Беттрины.
— Моя дорогая, ты знаешь, зачем я приехал, — он провёл пальцем по столу, смахивая невидимую пыль. — Твоя новая ученица... дочь сбежавшей придворной Эхор.
Беттрина плавно обошла его сзади,положила руки ему на плечи и наклонилась к самому уху, ласково прошептав:
—Я уж думала, ты решил навестить старую подругу.
Она провела ноготком по его шее.На лице мужчины вновь появилась та же ухмылка, он прикрыл её руку своей ладонью.
—И не только, — бархатно прохрипел он. — Если я не ошибаюсь, её мать изрядно подгадила тебе. А мне нужны секреты, которые хранились у них...
—Что ты имеешь в виду?...
Мужчина поднялся,с ловкостью змеи обнял Беттрину за талию, прижал к себе. Его губы почти коснулись её уха.
—Та, что сбежала, прихватила с собой не только место при дворе, но и, как выясняется, самое ценное сокровище Эхора. Ты так и не нашла её тело. Лишь оплавленные останки в хижине, которые можно было принять за кого угодно.
Беттрина замерла.Всё её напускное легкомыслие испарилось. В глазах застыла ледяная ярость.