Он не утверждал. Он задавал вопрос, вкладывая в него всю гамму возможностей. И наблюдал. Он видел, как ее взгляд дрогнул, как пальцы вцепились в бархат.
— Он просто сделал свою работу, — выдавила Кайра, ненавидя слабость в своем голосе.
— Работа? — Лео мягко рассмеялся. — Дорогая, в нашей Башне работа — это написать отчет или выучить заклинание. А то, что происходит между вами... — он жестом очертил пространство между ней и дверью, за которой скрылся Ройман, — это не работа. Это нечто гораздо более интересное. И, кажется, я не единственный, кто это заметил.
Он бросил многозначительный взгляд вглубь пустого, как им казалось, коридора.
— За нами следят? — прошептала Кайра, и ледяные мурашки снова пробежали по ее коже.
— За тобой, — поправил он. — Следят за тобой. С того момента, как ты вошла в эти стены. Но сейчас... сейчас внимание стало другим. Более целенаправленным. Как будто ты из просто интересного экспоната превратилась в главный лот предстоящих торгов. — Он изучающе посмотрел на нее. — И я начинаю понимать почему. Ты не просто дикая магия, которую нужно обуздать. Ты — ключ к чему-то. Возможно, даже к нашему непробиваемому мастеру Фалмару. И это, — его губы тронула улыбка, в которой было больше жадности, чем веселья, — делает тебя самой ценной и самой опасной персоной в Башне.
Он отступил, давая ей пройти, но его последние слова повисли в воздухе.
— Подумай, Кайра. Пока за тобой просто наблюдают, а не действуют. Но когда начнут действовать... хорошо бы знать, на чьей ты стороне.
Лео развернулся и ушел. Кайра, чувствуя, как подступает паника, резко толкнула дверь в библиотеку. Ей нужны были ответы. Сейчас.
Тишина и запах старой бумаги обволакивали ее. Она металась между стеллажами, срывая с полок тома, пробегая глазами оглавления, вглядываясь в карты. «История великих домов Атеркрофта», «Генеалогия правящих династий Вейлмарка», «Основы дипломатического церемониала». Пыльная, бесполезная чепуха. Ни единого упоминания об Эхор. Ни намека на древнюю магию, на силу, что бушевала в ее жилах.
Отчаяние подступало комом к горлу. Она была беспомощной пешкой в золотой клетке. Ее мать была для всех воровкой, ее прошлое — тайной, ее будущее — товаром на аукционе. А он... он был ее тюремщиком, который осмелился прикоснуться к ней, как к чему-то своему, а потом отступил в свою циничную скорлупу.
Ярость, слепая и всепоглощающая, закипела в ней. Она схватила с ближайшего стола стопку богато переплетенных фолиантов и с силой швырнула их на пол.
Грохот был оглушительным в благоговейной тишине библиотеки. Книги шлепнулись на ковер, разлетаясь веером пожелтевших страниц и вырванных переплетов. Обложка с тисненым гербом одного из знатных домов отлетела в сторону, с треском ударившись о ножку стола.
— Не найдя ответов, перешли к вандализму? — раздался голос.
Он не вошел. Он материализовался. Из-за ближайшего стеллажа, из самой тени, возник Ройман. Он стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за ней. На его лице не было ни гнева, ни удивления. Лишь та же знакомая, отточенная усмешка, что резала ее больнее любого упрека.
Кайра застыла, тяжело дыша, ее грудь вздымалась от ярости и стыда.
Он медленно подошел к месту катастрофы, его ботинки бесшумно ступали по разбросанным страницам. Он наклонился, поднял один из томов. «Гербы и Девизы Знатных Домов».
— Просветительский выбор, — произнес он, пыльная обложка мягко хлопнула о его ладонь. — Надеюсь, геральдика поможет тебе, когда ты будешь целовать перстень своему новому хозяину. Хотя, — его взгляд скользнул по ее губам, и усмешка стала чуть шире, — судя по всему, у тебя уже есть некоторый опыт в этом деле.
— Лучше, чем целовать того, кто готов меня продать! — выпалила она, вся дрожа, чувствуя, как жар стыда заливает ее щеки.
Он замер. Воздух в библиотеке затрепетал, сгустился. Кайра инстинктивно ждала взрыва, ответной ярости, удара. Но ничего этого не последовало. Наоборот, его усмешка стала еще более откровенной, почти живой.
— Наконец-то, — прошептал он, и в его голосе прозвучало что-то похожее на удовлетворение. — Искра. Настоящая. А я уже думал, вчерашний огонь в тебе погас, оставив лишь испуганный пепел.
Он бросил книгу обратно на пол и сделал шаг вперед, заставляя ее инстинктивно отступить, пока ее спина не уперлась в твердый дубовый стеллаж.
— Ты ищешь правду о Эхор? Силу? Средство против меня? — Он стоял так близко, что она снова чувствовала его запах — озон, холодный ветер и сталь. — Не здесь. Ты ломилась в открытую дверь, Вонс. Истинные знания этой Башни... — он медленно поднял руку и легонько, кончиками пальцев, ткнул себя в висок, — хранятся не в книгах. Они хранятся здесь. В головах. И добываются они не чтением. Они добываются кровью. Болью. И предательством.