— Нет, здесь другое, — вскоре признал он. — Убийца не стремился спрятать тело, искусно убил жертву. Он сделал это для справки, чтобы привлечь к себе внимание другого человека, это сигнал.
Многообещающе завершил фразу детектив, излагая возникающие в сознании мысли.
— Фантастика.
— Что вы сказали? — Шерлок услышал довольно знакомую фразу и снова обернулся к Лестрейду.
— Я молчал, — поспешил ответить полицейский, когда заметил на себе странный взгляд загадочного собеседника.
Детектив обернулся и дёрнул резко головой, разминая шею.
— Я возьмусь за расследование, — озадаченно произнёс он и молча, без слов направился за линию ограждения.
Детектив раздумывая над этим делом, на автомате поднял руку, чтобы поймать проезжающее мимо черное такси.
Машина сразу остановилась. Холмс залез в салон и назвал водителю адрес по которому ехать.
Мужчина за рулём начал движение, а за окном плавно побежали влажные улицы и старые дома. Пейзажи быстро сменяли друг друга, как и мысли в сознании человека.
Холмс размышлял над сегодняшним делом и пытался сопоставить факты. Картина ясна — месть. Но для кого послание и от кого? Вопросы возникали одни и те-же и весомую часть в них играло отсутствие информации. Детектив не знал связей убитого с общественностью и его близкий круг общения.
— Дьявол, — чертыхнулся детектив грубо ударив дверь машины возле стекла.
На этот странный жест водитель обратил внимание, в надежде, что пассажир не испортит его транспортное средство.
За окном возникли знакомые дома и улица. Детектив быстро приготовил деньги, чтобы расплатиться и вышел из салона.
На улице, как и прежде, пахло озоном, после проливного дождя тёмной ночью. Возле дома, на асфальте остались маленькие лужицы, в которых отражались высотные здания, огни светофоров и перевёрнутые указательные знаки.
— Думай, Шерлок, — заставлял себя детектив.
Он пулей залетел в квартиру. Мельком посмотрел на странный плащ, которого ранее не видел в прихожей. Однако погруженный в свои мысли он сразу позабыл об этой находке.
В голове всплыли кадры с места преступления. Сама картина его совершения и ощущение, что он знал убитого. К подобному выводу подталкивали слова инспектора Лестрейда и знание, которого не должно было быть.
— С осмотром ты справился, но так и не ответил на основной вопрос.
— Какой? — грубо спросил мужчина, прекрасно понимая, что сейчас говорит сам с собой.
В определённой степени детективу было приятно осознавать, что рядом никого не было.
— Кто убийца?
Знакомый голос задавал ему вопросы, но его источника он, как и прежде, не видел.
Теперь поблизости не было Грегора, на которого можно было списать эти голоса.
В попытке найти их источник мужчина снова начал осматривать совершенно пустое помещение.
— Думаешь, это поможет?
— Заткнись Джон, я пытаюсь думать. — Упрекнул сожителя детектив.
Мужчина после этих слов резко открыл глаза, взгляд был направлен в пустоту, а голос звучал отдалённо, будто со второго этажа.
— «Джон»? — повторил имя детектив и теперь снова посмотрел на светлый, ещё влажный, с виду, плащ на вешалке. — Джон Хэмиш Ватсон.
— Узнал таки?
Голос снова прозвучал отдалённо, а за дверью, ведущей на второй этаж, послышался шорох.
Детектив быстро за ним последовал, чтобы не упустить из виду. Он переступая через две ступеньки поднялся наверх.
Человек резко открыл двери и осмотрел хорошо знакомую ему комнату.
— Ты, тот убитый? — поинтересовался мужчина, что заметил полуразмытый силуэт возле камина. Странные смазанный черты, хорошо знакомого ему человека. Неизвестный стоял, опираясь одной рукой на старое кресло по одну сторону от камина. — Ты — Джон Ватсон? Доктор Ватсон?
— От твоих слов возникает чувство, будто мы совершенно не знакомы, — нечётко говорил размытый образ, на лице которого возникла лёгкая улыбка.
Шерлок знал её, бледные губы растягивались, а в уголках прищуренных глаз возникали морщинки, которых он не видел на трупе. Теле, где подобные особенности разгладились и оболочка стала походить на охладевшую, промокшую под дождём, куклу.
— Сложно поверить, что ты мёртв, — слова детективу давались с большим трудом, ведь не только осознание гибели, но и странные голоса, ведения заставляли его насторожиться.