– Вот! Я тоже считаю, что это какой-то бред… Я свободный человек и имею право на смерть!
– Слушай… – Седоволосый внимательно посмотрел на утомлённого родственника. – А тебе действительно так хочется умереть?
– По-любому!
– А что так?
– Всё надоело…
– Прям-таки всё?
– Ну да… За сто лет я испытал всё, что только можно. Моя дальнейшая жизнь лишена всяческого смысла…
– Может, есть что-нибудь такое, чего ты ещё не знаешь?
– Не, по-любому нет… Вот, смотри. – Борис принялся загибать пальцы на руках. – У меня было несколько тысяч женщин! Я знаю все сорта вин и коньяков! Перепробовал все наркотики, какие только можно…
– А как же фильмы, музыка, книги?
– Я всё это видел и слышал хренову кучу раз. Меня уже давно ничем не удивишь… К тому же… за последние пятьдесят лет не вышло ни одного хорошего фильма. Ни одной стоящей книги…
– Ну… в этом, допустим, ты прав, но…
– По-любому прав! Пятьдесят лет, брат! Слышишь меня?! Пятьдесят лет… Этого достаточно, чтобы полностью насладиться жизнью. А при современных возможностях хватит и тридцати. Больше не нужно… К чёрту грёбаные омоложения! К чёрту! Всё это дурь собачья!..
– Только не говори за всех! Ладно?
– А что, Пашёк, хочешь сказать, тебе ещё не наскучило?
Борис посмотрел на брата с печальной усмешкой на лице.
– Да вроде бы нет… Но я – это отдельная тема. Вот, прошёлся сейчас по старым знакомым… Ты знаешь, среди них хватает людей, у которых день по минутам расписан. У чуваков столько дел, что некоторые даже не нашли время немного поболтать со мной. А ведь им всем порядком за восемьдесят. А то и больше ста…
– Да гонят они…
– Может, кто-то и гонит… Но как бы то ни было, у людей есть дела. Пускай дурацкие, но занятия. А у тебя их нет. Просекаешь, к чему я веду?..
– Нет, брат, не просекаю… – уныло помотал головой Борис.
– Твоя проблема в том, что ты всю жизнь только наслаждаешься. И при этом сам ни черта не делаешь.
– А чем ты предлагаешь заняться? Крестиком вышивать? Или картины рисовать?
– Хотя бы картины.
– Поздно, брат… В сто лет уже поздно искать себе занятия… чему-то учиться. Да и… не нужно мне это… Мне осталось только сдохнуть… и всё… – Борис развёл руки в стороны, затем бросил их плетьми вниз и опять понуро опустил голову.
– Ну… с этим я точно тебе не помогу…
Наступило молчание. Павел вздохнул и немного погодя поднялся с дивана, намереваясь покинуть комнату.
– А может, поможешь? – неожиданно спросил брат.
– Чем?
Борис взглянул на дверь, проверяя, закрыта ли та и не подслушивает ли супруга. Затем он тоже встал, приблизился к родственнику и, посмотрев тому прямо в глаза, прошептал:
– Пашок, помоги мне сдохнуть, а!
– Чего?!
– Принеси какой-нибудь сильный яд, оружие… Или хотя бы помоги избавиться от этих хреновин! Остальное я сделаю сам.
Павел поднял глаза к потолку и медленно опустил веки.
– Ну вот… ещё один…
– Братуха, умоляю! Кроме тебя…
– Да ядрить твою мать за ногу! – внезапно рассвирепев, закричал седоволосый. – Ты всерьёз считаешь, что я готов убить брата?! Боря – ты идиот!.. Вы все тут идиоты!!!
Павел молнией вылетел из комнаты. Однако в тот момент, когда автоматическая дверь захлопнулась, он остановился, задумчиво сдвинул брови и медленно повернул голову назад.
Рядом с дверью, прислонившись спиной к стене, стояла побледневшая Эльвира.
– Что, не получилось? – тихо спросила она.
– Значит, сто лет ему много?.. – загадочно улыбнувшись, произнёс мужчина. – А как насчёт двадцати?
…
Через три минуты он вышел из квартиры и неторопливо зашагал к парковке. Вскоре тем же путём проследовал небрежно одетый Борис и с десяток сопровождавших его роботов. Брат выглядел заметно повеселевшим. Он едва ли не вприпрыжку гнался за Павлом и без умолку тарахтел:
– Это же реально трезвая мысль! Как она раньше мне в голову не приходила? По гроб жизни обязан буду!