– Прям как настоящие… – пробормотал мужчина, глядя на пистолеты, лежащие в метре от него.
– Они и есть настоящие, – поправила хозяина Сигма.
– То есть и стрелять будут по-настоящему?
– Совершенно верно.
– Погоди. Мы так не договаривались… Может, я пойду отсюда?.. – Седоволосый обернулся к входным воротам.
– Поздно, Павел. Игра уже началась. Вы не сможете покинуть Мёртвый район до её окончания.
Между тем игроки не теряли времени даром. Обступив стеллажи, они надевали на себя бронежилеты, натягивали шлемы, перчатки, разбирали автоматы и цепляли на поясе гранаты.
– Седой, не спи! Минута осталось. Ствол хотя бы возьми! – прикрикнул на новобранца татуированный.
– Есть, командор! – отозвался Павел, и принялся выполнять приказ.
Он быстро прошёлся вдоль стеллажа и остановился почти в самом конце возле полки, на которой в специальной подставке стояли рядком обыкновенные автоматы Калашникова АК-47. Судя по тому, что все углубления были заняты, никого из игроков не заинтересовало оружие этого типа. Павел взял в руки первый попавшийся автомат, бегло осмотрел его и передёрнул затвор.
– Вот. То, что нужно! – довольно произнёс мужчина, почувствовав, что знает, как обращаться с этой штуковиной.
– Зырьте, какую дедончик пукалку се надыбал! – раздался язвительный голос за его спиной. – По ходу, на серьёзе думает, шо она решает!
– Ещё посмотрим, сосунок, кто больше фрагов возьмёт! – грозно ответил Павел, не удостоив шутника даже взглядом.
– Да какой я те сосунок, седой? Мне пятьдесят лет, если что!
– Пятьдесят лет? Сосунок! – с усмешкой заключил Павел и, приблизившись к ящику с обоймами, принялся набивать ими карманы.
– Слышь ты, седой!
Шутник бросился было к старику, чтобы выяснить с ним отношения, но кто-то, по всей видимости, предводитель группы, остановил парня на полпути.
– Утихни, Жига! Не время понты колотить.
Тут распахнулись вторые ворота. Игроки прекратили сборы и поспешили выйти из коридора.
– Немедленно покиньте раздевалку! – объявил механический голос. – Отравляющий газ будет распылён здесь через 15 секунд! Тринадцать. Двенадцать. Одиннадцать…
– Реще, реще пошли! – остановившись у входа, благим матом заорал татуированный и энергично замахал руками. – Седой, тебя тоже касается! Сдохнуть захотел?!
– Семь. Шесть. Пять…
Седоволосый немного замешкался и опять оказался позади всех. Поняв, что может не успеть, он выхватил правой рукой ещё несколько обойм – столько, сколько поместилось в ладони – и бросился к выходу. Ворота захлопнулись буквально за спиной мужчины, слегка коснувшись одежды.
– А дедон-то у нас экстремал!
– Всё пучком, сынки! – спокойно заверил ребят Павел. – Говорите лучше, от кого отстреливаться будем.
– Следуй за мной. Не отставай. Без моей команды не стрелять! – приказал татуированный, обращаясь то ли к новобранцу, то ли ко всем сразу.
…
Отряд передвигался по тёмным улицам пустого, заброшенного района. Это и в самом деле был кусок старого Омска. Правда, он находился в таком плачевном состоянии, что больше напоминал Сталинград сорок третьего или любой другой разрушенный войной город. Глубокие трещины и воронки в асфальте, окна с выбитыми стёклами, испещрённые многочисленными выстрелами и взрывами стены, провалившиеся крыши, обгоревшие стволы деревьев, ржавые каркасы машин…
Игроки были напряжены и сосредоточены. Они держали оружие наготове и постоянно озирались по сторонам. Один только Павел ни капельки не волновался. Его не пугала даже мёртвая тишина, царившая вокруг. Напротив, эта тишина радовала мужчину.
– А, что, неплохой райончик. Хорошо тут, тихо. Ни рекламы, ни дурацкой музыки. Я бы жить сюда перебрался…
– Тихо, дедон, не шуми! – прошептал идущий рядом молодой человек.
– А что, скоро уже игра начнётся? Или так и будем ходить? – чуть сбавив голос, поинтересовался Павел.
– Ща выползут.