– Кореш, без паники. Я не буду заставлять тебя ничего пить. Выбирай сам…
– Просто я слышал, что алкогольные напитки крепостью более девяти градусов теперь приравнены к наркотикам, и пить их можно только в строго отведённых местах.
Саныч с упрёком посмотрел на гостя.
– Пашок! Неужели ты думаешь, что я нарушаю закон?! Конечно в моём коньяке нет десяти градусов. Да как ты вообще мог подумать такое?
Тут он неожиданно прищёлкнул пальцами. У Павла перед глазами засверкали яркие вспышки, похожие на электрические разряды. Потом что-то затрещало в ушах… Однако уже спустя несколько секунд эти странные явления прекратились.
– Вот и всё. Теперь можно спокойно поговорить, – довольно заключил бородач.
– Не понял… что это было? – пробормотал Павел, с опаской оглядываясь по сторонам.
– Спокуха. Просто я вырубил на время лишние глаза и уши.
– Чего?
Седоволосый повернул голову и обнаружил, что рыжеволосая спутница, которая до этого момента молча стояла за спиной, теперь куда-то пропала. Хотя никаких распоряжений подобного рода он не отдавал.
– Сигма? – позвал помощницу мужчина и, не дождавшись ответа, опять перевёл взгляд на Александра, сидящего напротив.
Тот улыбался.
– То есть ты вырубил её?
– По-любому! – кивнул приятель. – Но не беспокойся. Через два – три часа снова включится, и будет как новенькая!
– А нафига ты это сделал? Ядрён-батон!
– Я же говорю, что хочу спокойно пообщаться со старым другом.
– Мог просто попросить. Я бы отключил голограмму.
– Дело не в голограмме, – отрицательно покачал головой Саныч.
– А в чём?
– Ты не замечал, что тебе назначают штрафы за любую фигню, даже за самые незначительные нарушения?
– Замечал… – немного подумав, согласился Павел.
– Вот. Можешь сказать ей спасибо. Это она передаёт полиции информацию обо всех твоих косяках.
– Я думал… нанокамеры…
– Нанокамеры не в состоянии отследить каждый шаг человека так, как это делают виртуальные помощники, – со знающим видом заверил приятеля Саныч. – И рекламу лучше них тебе никто не впарит.
Павел нахмурился и крепко сжал губы. Увидев перемену в его настроении, бородач попытался поскорей исправить ситуацию:
– Ладно, кореш, не грузись. Давай лучше ужинать. Попробуй грибы, огурчики. Всё самое настоящее, в ситимаркетах такого не купишь! Мне это соседки всё тащат, за то, что им телевизоры починяю…
…
Прошло десять минут. Мужчины опустошили несколько рюмок и съели половину закусок. Разговор становился всё оживлённее и оживлённее. Увлечённый беседой Павел быстро позабыл о предательстве Сигмы, и настроение его вновь пошло в гору.
– Слушай, если в этом коньяке девять градусов, то мне примерно девять лет…
– Наверное, так и есть, – смеясь, согласился с гостем Александр.
– Так значит, ты сам все напитки делаешь?
– Ага. У меня стоят там внизу аппараты. – Приятель указал пальцем куда-то под стол. – Если хочешь, могу потом сводить на экскурсию.
– В смысле, в подвале?
– Ну.
– А что, если полиция узнает?
– Да как они узнают? Сейчас везде одни роботы. А роботы – всё равно, что пни ходячие. Их напарить – как два пальца об асфальт. У меня подвал в три слоя экранирован. Никакие волны не пропускает… Ну даже если и посадят… – Бородач с презрением отмахнулся. – Сейчас такие тюрьмы – всё равно, что курорты!
– Ядрить-колотить, Саныч! Ты из компьютерного бога превратился в самогонщика! – с усмешкой пожурил приятеля Павел.
– Вот только не надо говорить, что я деградировал. Я вовсе не злоупотребляю. Это лишь одно из моих хобби.
– А, что, есть другие?
– Ну конечно! – Александр загадочно улыбнулся.
– Блин… ты меня пугаешь… Коллекционируешь трусы знаменитостей?
Саныч рассмеялся.
– Нет. Всё гораздо проще. И интереснее. Но это лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Так что давай пока о чём-нибудь другом. Кажется, ты спрашивал насчёт Андреллы?