– Никогда не поздно, брат мой! Сделай это прямо сейчас! Избавься от лишнего! Займись познанием своего я!..
– Всего доброго!
Мужчина уже издали помахал будаисту рукой на прощание, а тот всё продолжал без остановки бубнить и бубнить что-то…
…
После четвёртого подобного диалога седоволосый дал себе обещание, что в жизни больше не заговорит ни с одним сектантом.
– И как только люди клюют на такое? Сигма, скажи, сколько всего этих… будаистов?
– В мире – восемьдесят два миллиона. В России – три миллиона. В вашем городе – двести двадцать пять тысяч.
– Ядрить-колотить! Двести двадцать пять тысяч ненормальных! Удивительно! Двадцать второй век на носу, такие технологии, а люди занимаются всякой ерундой… Погоди… – Павел повернулся лицом к Сигме и внимательно посмотрел на неё. – Двести двадцать пять? Ты… ничего не путаешь?
– 225 187. Впрочем, точная цифра неизвестна, поскольку не существует строгих критериев, кого считать членом данной организации, а кого – нет.
– А сколько всего людей в Омске проживает?
– 34 815 262 человека.
– …
…
Во времена детства нашего героя, когда в будущей столице России проживало чуть более одного миллиона жителей, разговаривать с незнакомцами было не очень-то принято. Однако, задав прохожему простой вопрос на улице, ты мог нисколько не сомневаться, что хотя бы в одном случае из трёх получишь ответ. Один человек из десяти наверняка дал бы правильный ответ, а другой – непременно устроил бы дискуссию на тему политики, жизни, морали (особенно этим славились пожилые жительницы города).
К началу двадцать первого века ситуация несколько изменилась. Расцвет бандитизма в девяностые, рост числа всевозможных аферистов, вымогателей, баптистов, навязчивых просителей милостыни и распространителей рекламы сделали людей крайне недоверчивыми. А развитие технологий лишило всякого смысла такие некогда очень популярные вопросы, как: «Не подскажете, который час?», «Вы не знаете, как пройти на улицу…» Но даже тогда находились индивиды, охотно откликающиеся на просьбы незнакомцев и готовые в случае чего прийти на помощь.
«Перескочив» волею судьбы на шестьдесят лет вперёд, Павел очутился в удивительном месте, в котором разговаривать с прохожими было не принято в принципе. Павел не хотел верить, что в городе с населением тридцать четыре миллиона жителей ему не найдётся, с кем перекинуться хотя бы парой фраз. Однако результат эксперимента был налицо. Потратив больше часа на поиски, он так и не встретил ни одного адекватного, открытого к общению человека.
Это было тем удивительнее, что очень многие люди выглядели одинокими. Ведь если не брать в расчет манифестантов, сектантов и игроков, компанию подавляющему большинству омичей составляли лишь роботы и голограммы.
– Нет, похоже, без шансов. Тут каждый сам по себе… Получается, что кроме как с тобой, Сигма, мне даже и поговорить не с кем, – обречённо констатировал мужчина, потерпев очередную неудачу.
– Конечно, Павел, я всегда к вашим услугам! В любое время готова отвечать на все ваши вопросы. Если же вы нуждаетесь в общении с живыми людьми, желаете найти друзей или возлюбленных – в этом вам помогут социальные сети. Существует несколько миллионов сайтов знакомств. Могу прямо сейчас загрузить один из них…
Павел печально вздохнул.
– Нет, Сигма, не о том речь… Я вовсе не ищу друзей. Просто обидно за людей… Но вообще это… неплохая идея. Вдруг кто-нибудь ещё жив… Надо будет попробовать поискать потом. Федя, Жека… Дэн. Хотя нет, Дэн умер после института. Это я точно помню… А вот, что стало с… Любой – большой вопрос. Сигма, может, ты знаешь?
– Что именно?
– Сколько раз я был женат?
– Вы официально женились только один раз и с тех пор не разводились.
– На Андрелле?
– Да. На Футуриной Андрелле.
– А ты можешь что-нибудь рассказать о… Любе? О Любе Лебедевой.
– У меня есть информация примерно на две тысячи человек с таким именем и фамилией.
– Так… Лебедева Любовь Ивановна. Кажется… восемьдесят восьмого года рождения. Она в политехе со мной училась, на два курса младше.