Всё это несколько настораживало путника. У Павла появилось ощущение, что это он, жуткий мутант, идёт по улице среди нормальных людей. К тому же некоторые местные очень подозрительно скалили клыкастые пасти, что не могло не вызывать у мужчины опасений понятного характера.
– Слушай, ты говорила, этот район представляет угрозу для меня? Верно? – тихо спросил Павел, оказавшись на достаточном удалении от навязчивых наблюдателей.
– Да. Угроза третьего уровня.
– Я так понимаю, самая низкая? То есть большой опасность для жизни всё-таки нет?
– Она немного выше, чем в обычных районах.
– Хорошо… А то некоторые так на меня смотрят, будто сожрать хотят.
– Такое случается редко. Зато есть повышенная вероятность, что вы будете избиты или покалечены. Чтобы этого не произошло, избегайте высказываний оскорбительного характера и любых намёков на физиологическую неполноценность проживающих здесь граждан.
– Мне даже в голову такое не приходило!
– Эй, четрёхлапый, ты чё на меня вылупился? – неожиданно прорычало существо с большим количеством конечностей (не то рук, не то ног) и четырьмя выпученными красными глазами.
«Человек-паук?» – мысленно предположил Павел.
Увлёкшись общением с Сигмой, мужчина сам не заметил, что невольно засмотрелся на необычного прохожего. И теперь надо было как-то выпутываться из возникшей на пустом месте конфликтной ситуации.
– Вы меня спрашиваете?
– Конечно тебя, придурок! А кого же ещё? Ты чего в нашем районе забыл?
– Да я… Просто шёл мимо… по делам…
– Просто шёл мимо? Гы-гы-гы! – прогоготал «человек-паук». – Так и говори, что позырить на уродов припёрся. Это же так интересно! А ты знаешь, что среди уродов только уроды могут находиться?
– Серьёзно?
– А то!
Местные как будто только и ждали какой-нибудь заварушки. Они все непременно захотели поучаствовать в выяснении отношений, или хотя бы понаблюдать за этим со стороны. Павел не успел опомниться, как оказался в окружёнии разношёрстных мутантов.
– Смотрите, нормальный!.. Нормальный!.. Чё он тут делает ваще?.. Ща мы его!.. Вырви глаз козлу! – послышались крики со всех сторон.
Обстановка накалялось с каждой секундой. Паукообразный подступал всё ближе. Четыре его глаза становились всё больше и при этом всё сильнее наливались кровью. Кольцо, созданное мутантами, сжималось. Убедившись, что пути к отступлению перекрыты, Павел крепко сжал кулаки и приготовился к бою.
Но тут из толпы донёсся визгливый голос:
– Слышьте! А этот мутант поуродливее всех нас будет! Он самый старый из всех стариканов, каких я только видел!
Повернувшись на звук, Павел едва удержался от смеха. Голос принадлежал сорокасантиметровому карлику-циклопу с огромным зелёным глазом и длинными чёрными ресницами.
– Морщинистый, как моя пипка! – восторженно согласился с карликом человек с перекошенным лицом и огромной правой рукой. – Дедон, ты сам так состарился или от рождения такой?
– Это операция. Всяко, – со знающим видом прогундосил человек с длинным-предлинным носом.
– Урод! Урод!.. Дряхлый старикан!.. Он такой же как мы, даже хуже!.. Где сделал операцию, дедон?.. – пуще прежнего загалдели мутанты, не давая седоволосому сказать хотя бы слово в ответ.
– А ну цыц! – рявкнул паукообразный, и публика тут же успокоилась. – Сначала я с ним разберусь, а потом все остальные.
– Ни с кем ты не разберёшься, Дыря! – гулким многоголосым басом возразил кто-то за спиной Павла. – Он такой же урод, как и мы. Уроды уродов не трогают – это закон!
Старик повернулся назад и обомлел. Позади стоял трёхметровый великан с пятью головами и шестью руками.
– Ядрить-колотить!
– Ты же пришёл сюда жить, старик? Я правильно понимаю? – спросил шестирукий. – Располагайся. Чувствуй себя как дома. Уроды всегда рады своим.
– Никакой он не свой! Этот прыщ пялился на меня, как на зверя в зоопарке! – злобно зашипел человек-паук. – Я не успокоюсь, пока не вдую ему!
– Дыря, я сказал, он свой! А ну отойди!
Мутанты опять оживились. Однако теперь в их стане не было единства. «Он урод! Урод! Не трожь урода!» – кричали одни. «Он нормальный! Нормальный! Бей его!» – возражали другие.