Терпеть такое безобразие Павел больше не мог. Невзирая на боль, он поднялся на ноги и бросился вдогонку за уже скрывшимся из виду малолетним хулиганом.
…
Порох ещё был в пороховницах. Павел стремительно нагонял сорванца. Паренёк каждые несколько секунд оборачивался назад. Испуганные глаза его становились всё шире. Закончилось это тем, что он не заметил проезжавшего мимо мини-робота. Споткнулся, упал на зелёный газон, дважды перевернулся через себя и замер…
– Ну что, попался, который кусался?!
Павел подошёл ближе и принялся неторопливо вынимать из брюк кожаный ремень. Молодой человек лёжал на спине, учащённо дыша. Лицо его было полно ужаса. Когда ремень оказался на свободе, конопатый отчаянно засучил ногами, пытаясь отползти.
– Дяденька, пожалуйста, не трогайте меня! – писклявым голосом попросил он.
Вид барахтающегося в траве шкодника только рассмешил седоволосого.
– Ага! Как йогуртом кидаться – так смелый, а как ремня получать – так нюни распустил. Тебя, что, родители никогда не пороли?
– Нет.
– Оно и видно. Что ж, придётся мне этим заняться…
– Дяденька, я, кажется, ногу сломал, мне к врачу надо!
– Ха! Ногу он сломал! Если б ногу сломал, сейчас бы белугой выл. У меня у самого два перелома было.
– Одиннадцать, – поправила мужчину Сигма.
– Да?! – удивился седоволосый. – Вот видишь, даже одиннадцать!
– Дедон, если ты мя тронешь, тя в тюрьму посадят на пять лет!
– Давай, оболтус, поворачивайся на живот.
Павел взмахнул ремнём, так что тот изогнулся в воздухе как змея и издал хлопок.
– Аааа! Насилуюууут! Убиваюууут! Спасиииитееее! – что есть мочи завизжал проказник.
– Павел, внимание! За избиение ребёнка вы можете быть наказаны крупным денежным штрафом и лишением свободы сроком до десяти лет, – проинформировала виртуальная помощница.
– Ну… бить его я не собираюсь. А вот ремнём хорошенько пройтись – точно не помешает… Поворачивайся на живот, куму говорят?!
Неожиданно послышался вой сирен. Павел огляделся. Сразу три робота-полицейских двигалось в его сторону. Поблизости опять собрались зеваки. Они с большим интересом наблюдали за происходящим. Некоторые при этом жевали попкорн, хрустели пластинками твикерс, потягивали из трубочек сладкие напитки…
Мужчина решил не дожидаться представителей правопорядка и с твёрдым намерением занёс кверху руку с ремнём.
– Ну уж нет, оболтус! Во второй раз тебе не отвертеться!
– Аааааааа!
Поднятая рука резко опустилась. Зрители ахнули в изумлении…
Глава 6. Вид сверху
Павел сидел в кабинете шерифа. Так в 2075-ом году назывался начальник омской полиции. Это был крепко сложенный мужчина, одетый в специальную синюю форму со сверкающими погонами на плечах. На вид ему было лет тридцать, но скорее всего – не меньше пятидесяти. Шериф выглядел очень усталым, словно накануне целые сутки разгружал вагоны. Между тем работа начальника полиции показалась Павлу не слишком пыльной. На узком столе не было ни одной бумажки. Поблизости не стояло стеллажей с папками. Вокруг мелькали какие-то голограммы с таблицами, списками, длинными цифрами, но, по всей видимости, умные программы сами вели все подсчёты и расследования и они же занимались оформлением документов. Время от времени над столом выскакивали виртуальные сообщения наподобие: «Внимание, Арнольд Платонович! Зафиксировано административное нарушение в районе улицы Джона Леннона. Нарушитель Элвис Шевчук попытался вынести из ситимаркета Эплсофт гитару акустическую, не заплатив за неё. При побеге разбил витрину. Оказал сопротивление сотрудникам с использованием нецензурной лексики. Все видео- и аудиоматериалы собраны. Мера пресечения – арест на двое суток и штраф в размере 115 295 рублей. Пожалуйста, подпишите!» Арнольд Платонович тяжело вздыхал. Затем лениво нажимал на какую-то иконку в воздухе. Перед ним в ускоренном режиме начинал прокручиваться трёхмерный видеоролик с доказательствами преступления. Однако он не досматривал ролик до конца и тыкал на светящийся красным прямоугольник с надписью: «Утверждаю!».