– Приветики!
– С добрым утричком, дядя Паша!
– А… вы кто такие, девчонки? – растерянно поинтересовался Павел.
Девушки взглянули друг на друга и захихикали.
– Пап, ты что, опять всё забыл? – спросила розововолосая голосом, не выражающим ни удивления, ни печали, словно такое происходило уже много раз.
– Ээээ… То есть ты моя дочь?!
– Ну да.
– И как тебя зовут?
– Зика.
– А её? – Мужчина перевёл взгляд на девушку с голубыми волосами.
– А я Рика.
– Тоже моя дочь?
Подружки вновь переглянулись.
– Нет. Почему ты так решил?
– Вы похожи друг на друга как сёстры-близнецы.
– Ну и что? Папон, сейчас в салоне красоты те за десять минут любое лицо нарисуют.
– Ага… То есть лица у вас ненастоящие…
– Ну конечно! – одновременно ответили девушки.
– И… чем это вы тут занимаетесь?
– Любовью. Разве не понятно?
– Ээээ… Вот как?! Слушай, дочка… Рика… то есть Зика… Я, конечно, всё понимаю, но…
Зика сердито сдвинула бровки.
– Пап! Ты опять решил мне мораль почитать? Не начинай, ладно. Мне, между прочим, пятьдесят пять лет! Я большая девочка и сама могу решать, с кем и как мне встречаться…
– Пятьдесят пять лет?! – ошарашено переспросил Павел.
– И, между прочим, Рика – моя жена, а не просто так… И мы любим друг друга.
– Жена?!! – ещё больше удивился мужчина.
Он хотел ещё что-то сказать, но поперхнулся и принялся откашливаться. Как откашлялся, вдруг залился громким смехом.
– Какой бред!.. Жена!.. Ещё скажите, что у вас дети есть…
– Ну да, у нас есть дети, – утомлённо закатив глаза, подтвердила розововолосая. – Мы, между прочим, двух внуков тебе подарили, если что.
– Что?
Павел прекратил смеяться, лицо его перекосило.
– Лучше пойди Настя порасспрашивай о его любовниках.
– То есть Насть – пи…
– Не вздумай этого слова при нём говорить, а то опять подаст на тя в суд, – пригрозила отцу Зика. – И вообще, те надо что-то делать, наконец, с памятью, а то замучил уже всех…
– Я… просто…
– Всё, пап. Видишь, мы заняты. Иди поболтай с мамой или с братом…
С этими словами юные дамы вновь слились в страстном поцелуе. Больше им не было никакого дела до стоящего рядом изумлённого и возмущённого до глубины души старика.
– Тьфу! Куда я попал?! – в сердцах бросил Павел и, брезгливо отмахнувшись, отправился вон из комнаты.
…
«Ничего не понимаю… – мысленно рассуждал седоволосый, медленно идя по длинному пустому коридору с зеркальными стенами и потолком. – Эти извращуги считают меня своим родственником. Причём дочь выглядит моложе внука. Однако ей пятьдесят пять… То есть я оказался в далёком будущем. Перепрыгнул вперёд лет так на… Сколько же мне тогда? И какой сейчас год?.. Впрочем, нет. Такого быть просто не может. Чтобы я допустил такой изврат в своём доме?!.. Да никогда!»
– Ой! Ядрит… твою…
Случайно взглянув налево, мужчина увидел своё отражение. Из стены на Павла смотрел расплющенный уродливый карлик. Поняв, что это всего лишь особенности зеркала, он успокоился и повернул голову направо – там стоял вытянутый трёхметровый мутант. А вверху и вовсе было что-то невообразимое.
– Замечательно. Комната кривых зеркал. Не удивлюсь, если у них тут ещё и бассейн есть.
…
Обстановка менялась кардинальным образом каждый раз, когда перед Павлом открывалась очередная дверь. Вот он оказался в обеденной зале, будто бы целиком перенесённой сюда из роскошного особняка девятнадцатого века, принадлежащего какому-нибудь богатому купцу или знатному дворянину. Потом попал в спортивный зал с тренажёрами, штангами, беговой дорожкой, боксёрскими грушами и столами для настольного тенниса и бильярда. Следом за спортивным залом располагался самый настоящий бассейн.
– Ну вот… Что я и говорил.
Люди пока больше не попадались. Зато повсюду встречались разнообразные роботы. Они, как правило, занимались своими делами и не обращали внимания на появление человека. Хотя некоторые подходили и учтивыми, немного неестественными голосами предлагали что-нибудь вроде: «Не желаете ли позавтракать?» или «Вам не сделать массаж?»… Павел посылал трансформеров прочь, и те очень быстро исчезали.