С этими словами мужчина надавил на педаль «ускорение» и повернул руль так, что аэромобиль начал медленно опускаться вниз по шахте. Перед глазами замелькали вещи: тумбочки, стулья, ковры, домашние роботы, тюбики, баночки, оружие, одежда, животные, игрушки, посуда…
– Ядрить-колотить! Это же хренова гора барахла!
Вещей было не просто много, их было какое-то неимоверное количество. Уже через несколько секунд у Павла начало рябить в глазах. А когда аэромобиль почти добрался до дна ситимаркета, мужчина почувствовал лёгкий приступ тошноты и головокружение.
– Фуу… – протянул он, приземлившись на первом этаже, и на какое-то время закрыл глаза. – Надо же столько понастроить! Короче, сдаюсь. Давай, Сигма, говори, где эта чёртова дыра… то есть, тьфу!.. еда.
– Сто семьдесят второй этаж. Пятый, шестой и седьмой отделы. Какие именно продукты вас интересуют?
– Сто семьдесят второй этаж? Они там не опупели?!
– К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос.
– Блин… Если б не ты и не эта машина, я бродил бы тут несколько дней… И в итоге помер бы от голода и жажды.
– Не беспокойтесь, Павел. Экстренная служба Сониколы не позволит вам умереть в пределах ситимаркета, – заверила невидимая помощница.
…
– Нет, всё-таки… ненастоящая какая-то еда стала… – с набитым ртом заключил мужчина. – Хлеб и тот на хлеб не похож… Не хлеб, а одно недоразумение…
Он вновь медленно плыл в своём аэромобиле по незнакомой улице города, при этом даже не держась за руль. Руки у него были заняты: правая – недоеденным бутербродом, левая – стаканчиком с недопитым горячим кофе.
– Натуральные продукты вы могли приобрести в седьмом отделе.
– Ага! А ты видела, какие там цены?!
– Что ж, Павел. В таком случае искусственная пища – это именно ваш вариант.
– Но она вредная, по-любому…
– В искусственной пище содержится достаточное количество питательных веществ и…
– Бла-бла-бла.
Павел закинул в рот последний кусок бутерброда, допил кофе. И тут его заинтересовала большая вывеска на стене небоскрёба: «Ярмарка Рабов». Организация занимала целых четыре этажа.
– Ого! Что, там действительно рабами торгуют?
– Да.
– В смысле, роботами?
– Нет, людьми.
– Да ну, не может быть! – изумлённо воскликнул мужчина и замотал из стороны в сторону головой, не желая верить словам помощницы.
…
Павел шагал вместе с Сигмой по просторному залу. Справа и слева тянулись длинные ряды клеток. В клетках сидели, стояли и лежали люди – преимущественно парни и девушки приятной наружности в возрасте от пятнадцати до двадцати лет. Одежды на них практически не было. Только трусы одинакового серого цвета. И тонкий металлический ошейник на шее, мерцающий красными, жёлтыми и зелёными огоньками.
Рабы выглядели унылыми и скучающими. По их обречёнными, безразличным лицам было понятно, что они полностью смирились со своей судьбой и уже морально готовы выполнять любые поручения хозяев, если таковые появятся.
Однако потенциальные хозяева не торопились с выбором. Покупатели неспешно прохаживались меж клеток, придирчиво рассматривая товар. Судя по внешнему виду и манере поведения, это были состоятельные горожане.
Павел остановился рядом с солидной супружеской парой. Мужчина и женщина спорили, решая какая «девочка» лучше подойдёт под интерьер дома: «жёлтенькая китаяночка» или «тёмненькая молдаваночка», и какой длины у неё должны быть «сосочки».
Седоволосый взялся было помочь утончённым натурам с выбором и попутно объяснить этим двоим, кто они на самом деле такие, но тут вниманием мужчины завладела местная голограмма – виртуальная продавщица с мелированными чёрно-белыми волосами, одетая в облегающее чёрно-белое платье, строго в соответствии с дресс-кодом заведения:
– Добро пожаловать на Ярмарку Рабов! Вам что-то подсказать? – учтиво поинтересовалась она.
– Нет. Подсказчиков мне и так хватает.
– Желаете сделать выбор самостоятельно? Что ж, в таком случае, не буду мешать.
Девушка испарилась, и супружеская чета аристократов тоже пропала из виду. Немного поискав их глазами, Павел махнул рукой и отправился дальше.