– Слушай, Сигма, мы разве не в демократическом государстве живём?
– Конечно в демократическом, – без колебания ответила рыжеволосая спутница. – Первая статья конституции гласит…
– Нет, не надо. Ты лучше ответь. Разве конституция не запрещает рабство?
– Конституция России не запрещает рабство в том случае, если человек сам пожелает стать рабом.
– Хочешь сказать, все эти люди в клетках, – Павел остановился и развёл руки в стороны, – сами пожелали стать рабами?
– Да. Каждый из них подписал документ, согласно которому отказался от всех своих конституционных прав, кроме права на жизнь.
– Да ну, что за хрень?!
Павел подошёл к ближайшей клетке и обратился к сидящему в ней молодому человеку:
– Слушай, парень. Ты действительно отказался от своих прав?
Раб медленно поднял глаза. Несколько секунд он неподвижно смотрел на мужчину. Затем вялым голосом произнёс:
– Да.
– То есть они тебе не нужны?
– Мне нужны деньги.
– Балбес! Зачем тебе деньги, если ты бесправный раб?
Паренёк больше ничего не ответил. Он только тихо вздохнул и отвернулся в сторону.
– Всё равно я не могу в это поверить. Такое количество людей продаётся в рабство, чтобы тупо заработать денег?! – немного отойдя от клетки, продолжил пытать свою спутницу Павел.
– Согласно статистическим исследованиям, одиннадцать процентов людей решают стать рабами по убеждению.
– Мазохисты.
– Пятьдесят пять процентов выбирают рабство как способ списания долгов. Остальные тридцать четыре – считают, что это хороший способ заработать деньги.
– Ядрить-колотить! – исступлённо закричал мужчина, нарушая спокойную тихую атмосферу, царящую в зале. – Ну объясни мне, на черта деньги рабу?!
– Деньги можно отдать или завещать другим людям или организациям. А можно воспользоваться ими самому после окончания срока действия контракта.
– Какого контракта?
– Контракта на рабство.
– То есть оно не пожизненное?
– Пожизненное – в сорока процентах случаев. Остальные рабы являются временными. Временных рабов вы не можете купить, а можете только взять в аренду на строго оговорённый срок.
– Вот как? Ну это хотя бы что-то объясняет… – задумчиво пробормотал мужчина, и тут же хмурясь добавил: – Но мне всё равно непонятно. Как это так? Взять и продать себя в рабство… Заняться больше нечем, что ли? Ядрить-колотить! Приехали, называется, в светлое будущее…
…
Наш герой стоял на дне идеально ровной сферы, диаметром несколько десятков метров. В помещении не было ничего. В матовых стенах чёрного цвета отсутствовали окна и двери. Имелись разве что тонкие, едва уловимые глазом полосы, образующие круги и прямоугольники. Сам Павел находился в центре квадрата. Квадрат в точности повторял поверхность лифта, доставившего его в это странное помещение.
– Хм… Значит, так выглядит современный кинозал? – недоумённо озираясь по сторонам, спросил седоволосый.
В абсолютной тишине зала голос прозвучал неожиданно громко. При этом эха, как ни странно, не было.
– А где сиденья? Или теперь стоя принято?
– Не беспокойтесь, Павел. Сейчас оно появится.
В ту же секунду из поверхности сферы с тихим шелестом выступил небольшой прозрачный цилиндр. Остановившись, цилиндр принялся раскладываться, увеличиваясь в размерах, и в результате преобразовался в прозрачное кресло.
– Присаживайтесь! – вежливо предложил женский голос, принадлежащий на этот раз не Сигме.
– Хм… И, что, я один буду кино смотреть?
– Сейчас почти все люди смотрят фильмы одни, – пояснила рыжеволосая спутница. – Некоторые приходят парами или небольшими компаниями. Но поскольку у вас нет компании…
– А как же ты?
– К началу сеанса все голограммы должны быть отключены.
– Хм…
Павел какое-то время ходил вокруг кресла, внимательно разглядывая и ощупывая его. Потом всё-таки сел. Кресло оказалось на удивление комфортным и мягким, хотя со стороны создавалось впечатление, что оно сделано из твёрдого, хрупкого стекла.