– Так, вы не спрашивали.
– В результате чего вы потеряли память?
– Чёрт его знает, – пожал плечами седоволосый. – Проснулся сегодня – шестьдесят лет выпало из башки. Будто в будущее перескочил.
– Знакомые, родственники что говорят?
– Родственники… Да ну их в баню! – махнул рукой Павел и отвернулся в сторону.
– То есть они тоже не в куре, почему вы могли потерять память?
– Андрелла… вроде бы заикнулась про какую-то процедуру… Очистка мозгов, что ли…
– Ага… Очистка мозга, значит… – Шериф удовлетворительно кивнул, словно именно это и хотел услышать от задержанного.
Он принялся пальцами перебирать голограммы. Картинки над столом замелькали с удвоенной частотой. Послышалось сигнализирующее о чём-то тихое пиликанье.
– Ну что ж… Предварительный анализ, действительно, указывает на возможную потерю памяти. Это может послужить смягчающим обстоятельством. Но прежде мне потребуются документальное подтверждение… Павел Александрович. Как, вы говорите, зовут вашу родственницу? Андрелла? Это ваша жена?
– Да понятия не имею… Может, и жена… Первый раз увидел сегодня.
Шериф ещё раз ткнул куда-то. Перед Павлом высветилось изображение молодой светловолосой девушки.
– Андрелла Футурина, – заговорил механический голос. – Супруга Павла Футурина. Профессия – бизнесвумен. Возраст – восемьдесят семь лет. Имеет тройное гражданство. Проживает в Омске, Пекине и Тегеране…
– Ну как, узнаёте?
– Смутно… Но вроде бы да, она… – почесав голову, пробормотал седоволосый. – Я с одного раза лица плохо запоминаю…
Последовала непродолжительная пауза в разговоре. Закончив с голограммами, шериф ещё раз посмотрел на годящегося ему в отцы мужчину и сурово постановил:
– В общем, так, Павел Александрович. Нарушений у вас очень много. Поэтому в любом случае придётся пройти в камеру предварительного заключения.
– Ясно, – с полным безразличием в голосе принял свою участь Павел.
– Потом пообщаюсь с вашими родственниками, уточню насчёт потери памяти. А сейчас меня ждут другие дела. Так что, до встречи. Зеро, проводи гражданина.
– Слушаюсь! – отчеканил киборг, который всё это время молча и неподвижно стоял рядом с нарушителем.
…
Тюремная камера будущего напоминала шикарный номер в отеле. В распоряжении заключённого имелась широкая кровать, стол, зеркало в полный рост, несколько тумбочек, спортивный уголок со шведской стенкой и тренажёрами, большое окно с видом на город. Было также отдельное помещение с душевой кабиной и туалетом. По камере сновал миниатюрный робот-уборщик.
– Ядрить-колотить! И всё это для меня одного? – оглядев помещение, удивлённо спросил седоволосый.
– Камера предварительного заключения рассчитана на одного заключённого, – ответила виртуальная помощница.
– Ха! Да это разве тюрьма? Не тюрьма, а малина! Только пива и девочек не хватает…
– Распитие в камере алкогольных напитков допускается только в праздничные дни. Проституток вы имеете право заказывать один раз в неделю.
– Что, серьёзно?!
– Да.
– Вот дуром!
Павел упал на кровать лицом кверху и раскинул в стороны руки.
– Фууу… До чего напряжный сегодня день был. Наконец-то, я могу отдохнуть. А то ношусь с утра как ненормальный… И, по-моему, здесь даже лучше, чем дома. Там одни психи и извращенцы… Слушай, Сигма, почему ты не подключишь свою голограмму?
Мужчина приподнял голову в надежде увидеть рыжую спутницу, к которой уже успел немного привыкнуть за время путешествия.
– К сожалению, сейчас это невозможно.
– Почему?
– Заключённые имеют право загружать трёхмерные модели только для общения с родственниками и адвокатом. Смотреть новости и фильмы разрешено лишь на устаревшем плоском экране.
– Ты имеешь в виду… вот это? – Павел ткнул пальцем в большой чёрный прямоугольник на стене.
– Совершенно верно.
– М…да… В наше время диагональ два метра считалась неслыханной роскошью… А теперь это жестокое наказание!