Павел встал и с задумчивым видом приблизился к окну.
– Слушай, Сигма, как так получается, что они знают обо всех моих косяках?
– Смотря что вы называете «косяками».
– Я имею в виду правонарушения. Такое чувство, что у них тут камеры на каждом квадратном метре понатыканы.
– Вы недалеки от истины, Павел. Около миллиарда нанокамер постоянно сканируют территорию города. Вся информация с них поступает в центральный компьютер Омска, где подвергается синтезу и тщательному всестороннему анализу. Сведения о любом правонарушении немедленно передаются в полицию. Кроме того, у девяноста девяти процентов жителей Омска имеется вживлённый в головной мозг интерчип. Интерчип сообщает центральному компьютеру о местонахождении человека и о состоянии его организма. Это также способствует успешному и практически моментальному раскрытию подавляющего большинства преступлений.
– Короче, все под колпаком… – печально заключил седоволосый.
Он ещё немного постоял у окна в молчании. Потом вернулся на кровать и вновь принялся допрашивать Сигму.
– Ладно. Пока мы тут торчим, ты расскажешь мне, что интересного произошло за последние пятьдесят лет.
– Как пожелаете, – согласилась на предложение виртуальная помощница. – О чём именно вы хотели бы узнать?
– Так… Для начала… Выходила ли третья «Халф Лайф»?
– Вы имеете компьютерную игру или фильм?
– Нуууу… – растерянно протянул мужчина, – Вообще-то игру.
– Культовая псевдотрёхмерная игра Халф Лайф 3 вышла в две тысячи двадцать втором году.
– Круто! Надо поиграть!
– Это можно сделать в любое удобное для вас время с помощью виртуального эмулятора. Необходимо только приобрести лицензионную копию игры и дождаться освобождения из тюрьмы.
Павел с досады ударил рукой о кровать.
– Чёрт! Я уже начинаю ценить свободу! Так вот сгнию в этой темнице – и не увижу третьей халфы… Ну да бог с ним… А Авангард?
– Что «авангард»?
– Хоть раз становился чемпионом КХЛ?
– Если вы имеете в виду омский хоккейный клуб, то это происходило дважды: в две тысячи двадцать…
…
Закончив с фильмами, книгами и играми, выяснив, сколько раз сборной России по хоккею доставались золотые медали олимпиады, Павел переключился на друзей и родственников. И тут его поджидал целый ворох неприятных известий.
– Значит, Федя и Жека… погибли в войне с японцами… – печально произнёс мужчина, глядя куда-то в стену застывшими немигающими глазами. – Ох уж эти… потомки самураев… А что Витёк?
– Какой именно Витёк?
– Плотников Витя. Моего года рождения. Омич.
– Виктор Плотников погиб шестого марта 2023-го года во время русско-турецкой войны.
– Блин… И он тоже… Получается, половина моих друзей погибли в каких-то конфликтах… или пропали без вести… Ну ладно, хоть кто-то жив остался… Так. Кто там ещё? Ильюха… то есть Илья… Золотченко, кажется… Он на год меня младше. По-моему, в Новосибе родился. Сюда учиться приезжал.
– Илья Золотченко 1986-го года рождения проживает в данный момент в Омске, на улице Героев Донбасса. Дом номер…
– Отлично! Значит, Ильюха жив! – обрадовался седоволосый. – Надо обязательно навестить его. Когда освобожусь… Так… Марина. Марина Судьбина. Училась со мной в одной группе. Год рождения точно не помню…
– Марина Судьбина 1985-го года рождения, поступившая в 2003-ем в Омский Политехнический университет, также проживает в Омске на улице Красный путь в доме номер шестьдесят шесть.
– Отлично! К ней тоже зайду. А теперь… – Павел сделал большую паузу, во время которой опять поднялся с кровати и молча прошёлся по комнате. – Моя мать… я так понимаю… конечно…
– Ваша мать – Раиса Футурина, в девичестве Мангазеева, 1953-его года рождения.
– Правильно.
– Сведения о её текущем местонахождении, к сожалению, отсутствуют в базах.
– Опять отсутствуют?! Ядрит твою за ногу, Сигма! – рассердился мужчина. – Что у тебя за базы дырявые?
– В этих базах содержится вся имеющаяся на данный момент информация.
– И про Любу тоже ничего нет… – с досадой пробормотал седоволосый… – Может быть… Может быть, в кладбищенских списках надо посмотреть?