– Базы общего доступа включают в себя все кладбищенские списки.
– Блин… Хотя… наверное, оно и к лучшему… А вдруг…
Вспомнив о возлюбленной молодости, Павел прекратил расспросы и погрузился в раздумья.
…
Однако не прошло и пары минут, как тишину в камере нарушила громкая резкая музыка. Мужчина вздрогнул от неожиданности.
– Это ещё что за…
– Павел, с вами хочет поговорить ваш сын, – известила виртуальная помощница.
– Ядрить-колотить! В кои-то веки мне кто-то позвонил! А я уж думал, здесь вообще звонить непринято…
– Будете отвечать?
– Ну конечно!
Только он это сказал, рядом появилась виртуальная копия родственника.
Иван был одет так же как и утром – в чёрные брюки и розовую рубашку. Лицо его выражало лёгкое недовольство.
– Здравствуй, сынок.
– Приветик, папон. Чё там у тя за траблы? Опять в тюрягу загремел?
– Что-то типа того…
– А у мня только-только игра попёрла… и тут, как назло, из полиции звонок. Два Фур Хауса профукал…
– Ну извини… – развёл руками Павел.
– Ага… Короче, ладно. Некогда болтать, поэтому сразу к делу.
– Давай.
– Я тут побалакал с шерифом. Он уже всё выяснил. Справку из салона поднял, показания собрал. Короче, готов тя отпустить. Осталась только самая малость.
– Какая?
– Какая… А вот такая! – Иван хитро улыбнулся. – Во-первых, весь ущерб государству надо погасить. А у тебя денег нет. Они сонимобиль твой изъяли, счета обнулили, но этого всё равно недостаточно.
– Беда… – почесав голову, заключил седоволосый.
– И ещё им нужен поручитель.
– Поручитель?
– Ага… Я тут со всеми перетер. Короче, никто не хочет. Мать только могла бы, но она ща за бугром – а это не вариант.
– Ну и… что делать?
– Чё делать?.. Давай я за тебя поручусь.
– Спасибо! Хоть один нормальный человек нашёлся, – искренне обрадовался Павел.
– Рано улыбу гнёшь, Папон. Я ведь не за так.
– А за как?
– Сто косарей.
– Сто косарей?
– Ага… Причём контракт прям ща заключим, в юанях. А то чёрт знает. Пенсия у тя, канеш, большая… Но вдруг ты завтра скопытишься? Так хотя бы часть хаты потом отсужу…
Павел скрестил руки на груди и крепко сжал губы.
– Ну ты и барыга, сынуля!
– Каким воспитал. И времена ща такие. Ничего просто так не делается. В конце концов, это же не я по городу ношусь и кипишу навожу… Так что давай, попон, вникай там скорей. Согласен или нет?
Иван покрутил перед собой пальцами правой руки, видимо, намекая этим жестом на быстрое течение времени.
– Получается, квартира на мне числится? – полюбопытствовал седоволосый после непродолжительного раздумья.
– Угу…
– Я её купил?
– Ага, купил! – с усмешкой ответил Иван. – На халявку досталась, как ветерану.
– Ядрить твою мать! Что значит «на халявку»? – вновь рассердился Футурин старший. – Ты сам бы попробовал повоевать!
– Ну да, ну да… извини. Ты же у нас герой трёх войн. Только было это… сто лет тому назад.
– Ну и что?
– Папон, не грузи! Говори: да или нет. Подписываем контракт – я отпочковываюсь, и сам всё разруливаю. Один фиг, ща больше никто за тя не поручится.
– Ладно, чёрт с тобой!.. Давай сюда свои бумажки… – махнув рукой и отвернувшись от сына, раздражённо пробурчал седоволосый. И тут же, пожав плечами, тихим голосом добавил: – Вот дурдом! Ещё вчера никаких детей не было… а уже сегодня они тебя на бабки разводят…
…
Спустя всего пару минут Павел вновь оказался в прозрачном кабинете начальника омской полиции.
– Ох… Ну и работёнки вы мне сегодня подкинули, Павел Александрович, – тяжело вздохнув, устало пробормотал шериф. – Вообще в последнее время слишком много развелось этих беспамятных… Морока с вами.
– То есть я не один такой?