- Я помогу, - Миша протянул руку, отгоняя в сторону адвоката. Тот отошел, но все еще смотрел на меня.
Что он видел, интересно?Запуганную девчонку, жену осуждённого взрослого мужика?Не все поймут, не все примут.
Я Араю в дочери гожусь, только у нас с ним сын.
- Вы сможете добиться свидания, хотя бы пару минут?Пока другой адвокат не ступил на ваше место, - я сделала глоток воды.
Мёртвая.
Не люблю такую.
- В каком смысле другой?Ваш муж отказался от всех, - он удивленно уставился на меня.
Я ведь не рассказала изначально, зачем пришла.
- Делом будет заниматься другой адвокат.От него не сможет отказаться, если я попрошу.Я заплачу вам сколько нужно, только...Пожалуйста.
Арай доверяет ему, одному богу известно почему Акиньшин, а не другие.
- Вы можете сказать фамилию нового правозащитника?Вы ему доверяете, Ева?
- Не могу, но да, я доверяю.Он сам придёт к вам за делом.Я прошу лишь встречи с мужем.Вы ведь можете это сделать, - я смотрела вверх на молодого мужчину, который в эту самую минуту боролся с самим собой.
В голубых глазах я видела сожаление. Он не понимал, зачем я так бьюсь за Арая, зачем прошу.Молю.Акиньшин не знает нашей судьбы: малолетка и бизнесмен, который старше на два десятка лет - так мы выглядим со стороны.
- Не смотри на нее так.Раз просит, значит сделай, - Миша влез в разговор. - Или не понимаешь, что от тебя хотят?
- Не надо, - сказала я шёпотом, схватив его за руку.
Не нужны тут разборки.Не к месту.
- Вашего мужа перевели в башкирское сизо, далековато отсюда.Мне нужна неделя, но я не гарантирую положительный исход, - отчеканил адвокат.
- Спасибо, - хотелось обнять его, сделать что-то большее, чем просто сказать слова благодарности.
- Дадите свой номер?
Я согласно кивнула, продиктовала номер.Попращавшись, встала и пошла за Мишей.
В один момент меня вдруг осенило и я остановилась. Набаев говорил об адвокате, с котором я должна была переспать.Возможно, закрутить роман.Но у меня такое ощущение, что не об Акиньшине он говорил.
- Вы преподаёте в университете? - спросила я, обернувшись.
- Нет, - ответил он, недоуменно смотря на меня.Уже уселся за стол, убирал дело моего мужа обратно в папку.И фотографии тех баб, крутившихся с Араем, тоже в файл закинул.
Я усмехнулась.
Набаев действовал в своих интересах.И я спать не должна была с адвокатом Арая. Узнать бы теперь под кого лечь должна была и зачем это понадобилось моему народному папаше.
- К чему ты этот вопрос задала? - спросил Миша, когда мы оказались в коридоре.
- Набаев говорил о другом адвокате.Он не хотел мне помочь.И к полковнику отправил, потому что самому что-то надо было, - я говорила отрешенно, шагая по длинному коридору с белыми дверьми. - Ты сказал, телефон ничего не дал.А что он искал?
- Ты знаешь, я сам не понял.Такое чувство было, будто это просто проверка для тебя.Бакир и не интересовался даже.Так послушал и все.
- Считаешь это странным?
- Я давно у него работаю.Когда такие штуки всплывали, он был погружен в это целиком, а тут.Это скорее не понятно, чем странно.
- А что ты мне раньше не сказал? - я смотрела себе под ноги.Бледная поганка.
Ответа не последовало.Да он и не нужен.Я слишком устала.
Ещё и бабы эти...
Если изменил - не прощу.Сына никогда не увидит.И меня.
Мы вернулись в гостиницу, разошлись по номерам.Первым делом, когда зашла, увидела стопку бумаг и сумку на полу.Отдельно лежала папочка с мамиными документами.
Я снова села перебрать бумажки.На выписках одно и то же заболевание, печати и подпись, только лечение менялось.Почему оно все у Арая хранилось?Столько лет...