Я привыкла быть одиночкой. Обстоятелства вынуждают заводить знакомства, любезничать, улыбаться, сквозь слезы.Я не нужна никому.Так, шарахаюсь туда-сюда, только бы жить. А по итогу страдаю.
Ребёнок мой страдает без матери.
Толкнув стеклянную дверь, я вышла из ресторана.Миша опешил - я не до долго там была, точнее сказать, совсем не была. Наш разговор длился не больше пяти минут.Все чётко и по делу, а ухаживания...Ухаживания пусть для своей будущей жены прибережет.
- Ева?Все нормально? - он пошёл мне навстречу.
- Да, - но в глазах моих прекрасно читался другой ответ.
Ничего не нормально.Совсем.И никогда уже не будет.
Я глаза закрыть готова на возможных баб, убийства, это выбивание денег, да всю хрень, что Арай творил.Но если откажется - не прощу.
Я достаточно хлебнула в этой жизни.Но идти с Араем рука об руку на самоуничтожение, я не собираюсь.Он сам себя казнит своим же решением.
- Что он сказал?
- Написать записку, ее передадут. Дальше...Дальше он сам решит свою судьбу, - я решительно вскинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
И Миша прекрасно понимал, чем может закончится нежелание Арая меня видеть.Знал своего упрямого друга, как облупленного.Мы оба знали ответ, но надеялись на лучшее.
Сдайся, просто сдайся.Ты узнаешь, что такое жить, узнаешь, какого это, вставать по ночам к плачущему сыну. Узнаешь, как я могу любить.Но ты меня не слышишь, а как достучаться, я не знаю.
Эту ночь я не спала.Ворочалась в постели, сидела на кресле, глядела в окно номера с видом на реку.Ночной город переливался огоньком, жил своей жизнью, где нет грусти и боли.Это другой город, серый, но не такой холодный, как Пенза.
Здесь другая жизнь.
И мы здесь чужаки.
На утро заказала чашку гадкого кофе. Может быть так мне полегчает и я придумаю, что написать.Адвокат сказал, не больше фантика от конфеты. Это значит все уместить в одно предложение.
Только какое быть оно должно, чтобы достучаться?
В блокноте, предосталенном гостиницей, я исчиркала несколько страниц, но так и не нашла те, единственные слова.Значимые слова для нас обоих.
Миша сказал, рассказать о сыне.Я не хочу.Да, его и правда проберет это, но какова вероятность, что записку точно не прочтут?Деньги деньгами, а связи дороже.
А что мне дороже всего?
Сын.
Маленький Илья, который сейчас за тысячи километров от меня, плескается в бассейне под пальцем солнцем.Он совсем не заметил пропажи - мы готовились к моему отъезду, готовили его.
Если со мнйо что-то случится и я не вернусь, Илья должен жить дальше с своими бабушкой и дедушкой, которые души в нем не чаят.
Он самый главный человек в моей жизни, Арай уже давно перешёл на второй план, а моя измена ещё дальше отодвинула.
Я вдруг поняла, что должна сказать. Откровенность ему не нужна, как и я. Простые слова, они не указывают точно на что-то, но если хорошенько подумать, то смысл дойдет.Он поймёт.
Я и правда воспользовалась советом Миши, но не в таком ключе.Если Арай поймёт, согласится, то я расскажу.
На бумаге я написала единственное предложение, короткое, но смысл в нем глубокий:
"У меня есть ради кого жить, а у тебя?"
Подписываться не стала.Аккуратно оторвала и свернула в маленький квадратик.Положила под недопитый стакан кофе, который и правда помог. Голова болеть перестала, мысли собрались в кучу.
Теперь понятно, почему окружающие меня мужики его литрами пьют.
Записку я отдала лично руки адвокату. Он скупо улыбнулся, сунул маленький листочек в карман портфеля, в отдел с бумагами.Я заметила на одной из них фамилию Арая.
- Я вам позвоню, Ева.Не волнуйтесь, вы мне ничего не должны, - он сел в такси и уехал.А я так и осталась стоять на тротуаре, пока Миша не забрал и не усадил в машину.
День.Два.Три.Я потеряла надежду.
Все дни провалялась в гостинице, совсем не выходила, смотрела в окно, дышала воздухом на балконе.За соседней стенкой жил Миша.Мы встречались иногда на этаже, задавали друг другу немой вопрос и расходились.
Я исхудала.
Совсем не ела, часами проводила в под душем.Плакала.Я медленно погружалась в депрессию, сама того не понимая.
На пятый день ранним утром раздался звонок, прервал мою очередную истерику за последние дни.Номер был неопределен, но я взяла.
- Ева Аркадьевна, доброго утра, - на том конце провода говорил адвокат.
Я молчала.Говори уже!
- Пришёл ответ.Ваш муж дал согласие.
А дальше совсем не слушала.Я не слышала его.
Я не верила.Облегченно вздохнув, разрыдалась, сбросив телефон.Ревела и смеялась, уткнувшись лицом в подушку.Судьба оказалась не такой жестокой, как я думала.