Глава 32
- Почему вы решили помочь именно сейчас?Раньше желания помочь племяннице не было, - я прищурилась.
Подалась вперёд.Из верха лёгкого платья выскочил крестик.Я старалась всегда его закрывать, как будто это самое святое.Не для чужих глаз.
Я поскорее заправила его обратно. Тонкая серебрянная цепочка скрылась под одеждой.По правде говоря, раньше там была нитка - гайтан.Пару раз я искупалась в море и та разошлась.Я заменила его на цепочку Арая.
Покопалась однажды в его вещах и нашла тонкую цепочку.Не новая, но мне так даже больше нравилось. Напоминало о нем.
Мой жест не утаился от цепких глаз дядюшки.Он даже застыл на мгновение.Все веселье с лица, как рукой сняло.
- Откуда он у тебя? - он заострил взгляд на серебряном крестике.
Хотелось ответить какую-нибудь гадость.
- Откуда надо, - фыркнула я.
- Не помню, чтоб тебя крестили в младенчестве.
Тут он конечно прав: я эту вещицу только два года на шее ношу.И почему-то не задумывалась никогда о надобности крестика.Дети в детском доме были и с ними, и с полумесяцем. Но оно и ясно - они же из семей.У Самойловой, кстати, не было ни того, ни другого.
Для Самира это ничего не значит.Если люди, которые следуют традициям, но не семейка Набаевых.Это другие должны следовать их традициям, а не наоборот.
- Какое вам до этого дело?
Почему для них для всех было так важно меня крестить.Ладно Арай, объяснил все это скорейшем замужеством, точнее венчанием.Мне было шестнадцать, мы не нарушали церковных законов.
А этому-то какое дело?
- Встретимся.Я позвоню, - Бойко вышел из-за стола, так и не ответив на мой вопрос.
Впрочем, какое это имеет значение для таких, как он.Прекрасно понимает, что идти и помощи просить мне больше не к кому.
- Не мне тебя учить. Ты подумай, - он перевёл взгляд на Мишу.
Тот все ещё психовал.
Живя с Араем пол одной крышей, я научилась не обращать внимание на психи.Что-то забываешь, что-то мимо ушей пропускаешь, а что-то пытаешься забыть.Его пощёчины я так и не забыла. Слишком тяжёлая рука.
Он у себя дома был, что хотел, то и делал.
А я пыталась жить нормальной жизнью, жизнью человека, который никогда не был в детском доме.Это трудно.
По сей день я понимаю, что беспомощная и бестолковая в этом огромном мире.То ли дело когда сидишь в одних и тех же стенах, монотонно, день за днём.
На прощание Бойко подмигнул и поспешно удалился. Я думала, он в номер пойдёт после длинного перелёта. Мужчина же почесал в неизвестном направлении за пределы отеля.
Я проводила взглядом.Он целенаправленно шёл к машине, где стояли те двое.Сказал им что-то, те зыркнули на меня.Через стекло было отлично видно маленькую девушку с заспанными глазами.
Они вдруг сели и уехали.Все произошло за несколько секунд.Разве они не должны были у меня спросить или у Юры?Я не претендую на звание жены Батурина, которой все будут подчиняться, но это показалось мне странным.
- Куда они? - я кинула взгляд на Мишу, который тоже смотрел в окно, на удаляющуюся машину.
- Пошли, нам надо уезжать отсюда, - он схватил меня за руку и потащил за собой.
На все попытки выбраться даже не реагировал, на мою нелестную брань тоже. Зашипел, когда я ногтями полоснула по его руке.Он так и вёл меня до номера, только там отпустил.
- Шмотки собирай, - вошёл в номер вместе со мной.
Руки в карманах, шагает по комнате, будто, учёба дома.По пути собирает все вещи и кидает на кровать.
- Миша!Что происходит? - я так и стояла на входе, только дверь закрыть успела.
А на кровати уже года вещей.Быстро он.
- Нам надо съехать.Скорее всего ему уже доложили обо всем.
- Кому?Отцу? - я подошла к комоду. - Даже если так, то...Чего бояться?
- Узнает, где ты - пробьёт все твои передвижения.Израиль, Москва, мне продолжать?
Не стоит.Я все поняла.Мы опять бежим, а я так устала...
Но ничего не поделаешь.Как только дядюшка начнёт работу и дело пойдёт, я заберу Илью.Лучше таскать ребёнка с собой, держать за руку, чем вот так.
Мы уехали вдвоём, не предупредив Юру и других.Миша решил действовать в одиночку.Он, как и я, с каждым разом терял веру в людей.Поэтому и сняла кольцо.Я оставила его в номере, с грустью покрутила в руках и бросила на кровать.
Маячок будет говорить, что я все ещё в гостинице.
По пути, Миша позвонил кому-то с совершенно другого телефона, договорился о встрече.Петляли по городу, всю дорогу озираясь по сторонам.
Молчание мне надоело, даже дурацкая музыка бесила.Пелось, что-то о любви.А у меня её не было.