Зато Маркус не стал скрывать восторг.
— Видите? — с азартом произнес он, разводя руками. — Такой талант нельзя прятать! А сколько у нее еще трюков припрятано — не сосчитать! И вы допустите, что ни один гость вашего дворца не увидит ее способности?
Принцесса сжала губы, ее взгляд оставался холодным и непроницаемым. Казалось, она боролась с собственными мыслями, прежде чем коротко кивнуть.
— Будь по-вашему, — ее голос прозвучал ровно, но в нем угадывалась неохотная уступка. — Свое слово я держу. Не будем лишать наших гостей развлечений.
Она медленно повернулась и вытянула руку, указывая на Касселя.
— Ты. Позаботься о том, чтобы им выдали лучшие оружия. Все, что они потребуют.
Кассель, до этого молчавший, сделался еще мрачнее. Его губы едва заметно поджались, а глаза метнулись в сторону, будто он уже представлял, какими последствиями это может обернуться. Скорее всего, королю не понравится подобная самодеятельность принцессы. Но перечить ей он не мог — будущая королева, ее слово весомее его сомнений.
— Как пожелаете, Ваше высочество, — глухо произнес он, склонив голову.
Селия снова повернулась к нам, скользнула взглядом по Маркусу, Патриции и мне, задержавшись на долю секунды дольше, чем следовало. В ее глазах еще теплилось сомнение, скрытая тень непонимания.
— А вы, — она сделала едва заметную паузу, — жду от вас невообразимых магических трюков. Я все еще не убеждена в вашем таланте.
И, не дожидаясь ответа, развернулась и покинула двор в сопровождении своих стражников.
Я молчала, глядя ей вслед. Не думаю, что этот эпизод хоть на чуть-чуть приблизил нас к цели под названием «подружиться с принцессой». Кажется, это будет сложнее, чем мы думали.
Глава 32
— Ну, что я могу сказать? — Маркус с шумом опустился на потертый диван, закинув руки за голову. — Принцесса, конечно, дама с характером. Вежливая, учтивая… но под этим — чистый лед.
— Скорее уж колючий куст, — фыркнула Патриция, прислоняясь к стене. — Сдержанная, немного стервозная… Слишком надменная для своих лет.
Я опустилась на край кровати, задумчиво проведя ладонью по грубой ткани покрывала.
— Это может стать проблемой, — сказала я. — Похоже, что она и близко никого не подпускает к себе.
— Придется искать обходной путь, — кивнул Маркус. — Возможно, через ее окружение. Она ведь не одна во дворце. Даже несмотря на то, что она прибыла без своих придворных только в компании стражников. Наверняка есть кто-то, кому она доверяет. Кто-то, кто знает ее. Нам нужно внимательнее приглядеться к тем, с кем она общается.
— И тем не менее, — протянула Патриция, скрестив руки на груди, — у нас уже есть кое-что. Мы получили разрешение на оружие. А это, между прочим, большая удача.
— И все благодаря нашей дорогой Розалии, — Маркус лениво указал на меня пальцем, усмехаясь. — Как тебе это удалось, а?
Я пожала плечами, хотя внутри меня все еще бушевал адреналин.
Маркус усмехнулся:
— Да ладно, не скромничай. Конечно, я и так знал, что ты не промах, но то, что ты устроила во дворе… Это было великолепно!
Я хотела что-то ответить, но вдруг поняла, что мысль, которую собиралась озвучить, мне совсем не нравится.
Это действительно была я?
Маркус знал, что это у Розалии имеются такие способности. Я никогда не стреляла так. То, что я сделала сегодня… Это не просто навык. Это интуиция, отточенная годами тренировок. Только вот я не тренировалась годами. А вот Розалия – да.
Это не могло быть случайностью. Я оказалась в ее теле, но она оставалась во мне, переплетаясь со мной, смешиваясь, передавая мне свои умения, свою уверенность, хитрость и дальновидность. Мне становится все тяжелее различать нас. Эти чувства захватывают меня, поддерживают, и, в то же время, тревожат.
Я чувствую, что мне следует поторопиться. Времени остается все меньше.
Маркус глубоко вздохнул и, прикрыв глаза, медленно выдохнул.
— Ну, для первого дня в осином гнезде все прошло довольно неплохо, — протянул он, потягиваясь всем телом.
Он приподнялся с дивана, сцепив пальцы в замок, и громко хрустнул суставами. Затем лениво потянулся, зевнул и махнул рукой.
— Дальнейшие обсуждения оставим на завтра. Сегодня отдыхаем.
Я не возражала. На самом деле усталость свинцовой тяжестью навалилась на плечи, и мысли путались от перегруженности событиями.
Патриция первой подошла к шкафу и с ворчанием принялась разглядывать его содержимое. Я подошла к ней, с интересом заглянув внутрь. В полумраке комнаты темное дерево мебели выглядело массивным, а внутреннее пространство казалось огромным — будто шкаф мог скрыть в своих глубинах целый мир.