Я едва заметно повела плечами, но тут дыхание воздуха повторилось, словно… словно кто-то хотел повернуть мою голову в нужном направлении.
И в этот момент я услышала:
— Александра…
Шепот.
Легкий, почти неразличимый. Он будто бы и в самом деле принадлежал ветру, но я знала — это был не он.
Тревога вспыхнула где-то внутри, но, что удивительно, страх я не почувствовала.
Я посмотрела вниз, во двор.
Пусто.
И все же ощущение, что меня зовут, не пропадало.
Я сделала шаг назад, развернулась и, бесшумно ступая по холодному камню, начала спускаться по лестнице.
Меня что-то звало. И, кажется, я догадывалась, кто это мог быть.
Я вышла во двор.
Ночь встретила меня прохладой. Я покрепче запахнулась в плащ, огляделась. Темнота не позволяла разглядеть дорогу, но почему-то мне казалось, что это и не нужно. Я решила положиться на свои чувства.
Тот странный ветерок снова коснулся моей кожи, будто невидимая рука провела пальцами по подбородку, слегка поворачивая его влево.
Ага. Значит, мне туда.
— Хорошо, — пробормотала я, делая шаг в указанном направлении.
Я пересекла двор, минуя загоны и конюшню. Здесь все еще пахло сеном и лошадьми, но все было тихо. Лошади спали, изредка шевелясь в своих стойлах.
Пройдя немного дальше, я наткнулась на низкий деревянный заборчик, ведущий в сторону сада. Дверца была заперта железной створкой.
Я взялась за нее, попыталась приподнять. Не вышло.
В темноте не было видно механизма запора, и мне пришлось повозиться, нащупывая пальцами железные петли. Они были прохладными и чуть влажными от ночной сырости. Я надавила чуть сильнее, и спустя пару секунд створка поддалась. С тихим скрипом засов сдвинулся, и заборчик распахнулся.
Я шагнула вперед.
Передо мной раскинулся королевский сад.
По рассказам слуг, здесь росли яблони и сливы — любимые фрукты короля. Деревья тянулись своими ветвями к небу, их листья тихо шептались между собой. Ветерок, который вел меня, стал чуть более уверенным, словно набравшись смелости. Он теперь не просто касался моей кожи, а словно мягко, но настойчиво толкал вперед.
Значит, я приближаюсь.
К тому, кто меня зовет.
Я прошла чуть дальше в глубь сада, где за чередой деревьев обнаружила несколько резных каменных скамеек. Они были покрыты тонкой росой, а в лунном свете поблескивали, будто их припорошило алмазной пылью.
И на одной из этих скамеек сидело существо, которое я уже встречала.
Смоукс.
Он выглядел точно так же, как и в прошлый раз — крошечный, полупрозрачный, сотканный из клубящегося тумана. Его светящиеся серебристые глазки напряженно мигали, а само тело покачивалось туда-сюда, будто он был слишком нетерпелив, чтобы просто сидеть на месте.
Он вышагивал на скамейке, мерил ее крошечными шагами, что-то себе под нос бормотал, надув крошечные щеки (если, конечно, у него вообще были щеки).
И, кажется, даже не заметил моего появления.
Я откашлялась.
Смоукс резко остановился, вздрогнул и повернулся ко мне.
— О! — его тонкий голосок отразился в ночной тишине. — Ты пришла! Я знал, что ты придешь! Я же умный! Самый умный!
Он подпрыгнул на месте, после чего, сделав важный вид, сложил призрачные руки на груди.
— Но ты пришла позже, чем должна была. Я уже долго жду! Целых… целых… — он запнулся, задумчиво прищурился и посмотрел на ночное небо, будто там мог найти ответ.
— Минут десять? — предположила я.
— Может быть! — Смоукс фыркнул. — Но это долго! Я думал, ты быстрее. Ты же быстрая, да? Или ты медленная? Надеюсь, не медленная! Медленные — скучные.
Я хмыкнула.
— Ну, извини, что не прилетела по первому зову.
— Ты могла бы! — возмущенно воскликнул он, спрыгнув со скамейки и зависнув в воздухе, словно пушистое облачко. — Но, ладно! Я великодушный! Я тебя прощаю!
Он снисходительно кивнул мне и взмахнул руками, будто подписывал указ.
Я скрестила руки на груди.
— Ну, и зачем ты меня позвал?
Смоукс замер.
— Э-э-э… — он заморгал, явно осознавая, что отвлекся. — Ах да!
Смоукс поднял руку, многозначительно замер, выдерживая паузу, а потом торжественно выдал:
— Ты ужасная циркачка. Смирись.
Я моргнула.
— …Чего?
— Ну правда! У тебя неплохая меткость, но все эти показушные трюки? Ужас! Просто жуть! Как ты вообще так долго продержалась?
Он всплеснул руками, выражая искреннее негодование.
— Но! — его голос вновь стал заговорщеским. — К счастью для тебя, я самый лучший и самый умный!
— Рада за тебя, — пробормотала я.
— И к тому же, твой самый лучший друг, который не может оставить нуждающегося в беде! Поэтому я кое-что придумал! — он снова выдержал паузу, надеясь, что я спрошу «Что?».