Моё сердце пропустило удар.
— Но сейчас… — Он вдруг замолчал.
Я увидела, как в его взгляде что-то щёлкнуло. Догадка. Осознание. Это видно по его взгляду. Безумному. С легким проблеском надежды.
— Или… — его голос стал тише, почти шёпотом, — ты просто ничего не помнишь. Ни меня. Ни наше прошлое.
Его слова затрагивают что-то в глубине моей души. Что-то знакомое. Но я не могу с этим разбираться. Тратить на это время, чтобы понять, что именно не так. Не сейчас. Не перед лицом опасности. Я крепче хватаю лук и сильнее натягиваю тетеву.
— Не понимаю, о чём ты. Отойди от зеркала. Дай нам пройти.
Галеран театрально оглянулся на зеркало за своей спиной. Поверхность его мерцала тихой звёздной рябью. Моя последняя надежда на возвращение из этого дурдома в свой мир.
— Ах, это, — протянул он. — Так вот что вам нужно. — Он снова посмотрел на меня. — Значит, вы его не получите.
Он улыбнулся так, будто мы обсуждали погоду.
— Пока ты не вспомнишь.
Лиандр чуть повернул голову ко мне, не сводя кинжала с короля.
— Он тянет время, — прошептал он. — Ждёт стражу. Иди к зеркалу. Я удержу его.
— Лиандр…
— Я не позволю ему тебя коснуться. Верь мне.
В его голосе не было сомнений.
Я начала обходить Галерана справа, Лиандр остался на месте, оттесняя его от меня. Король даже не взглянул на кинжал. Всё его внимание было приковано ко мне. Словно лезвие почти у горла его совершенно не беспокоило.
Минуты.
Это длилось всего минуты.
Но мне казалось — прошли часы.
Я была настолько напряжена, что почувствовала, как капля пота скатывается по виску. Я не могла её стереть. Не могла опустить лук. Не могла позволить себе даже моргнуть.
Шаг.
Ещё шаг.
Зеркало было уже близко. Я чувствовала его холод. Тянущую пустоту за поверхностью.
— Ты не понимаешь, что делаешь, — спокойно произнёс Галеран. — Остановись. Ты совершаешь огромную ошибку.
Я замерла.
— Не слушай его, — резко сказал Лиандр. — Он пытается тебя замедлить.
Я заставила себя двигаться дальше.
— Я пытаюсь её спасти, — вдруг произнёс король. — Спасти всех нас. Разве не этого ты всегда хотела?
— Я всегда хотела выбраться из этого мира, — ответила я жёстко. — И ничего больше. А ты мне мешаешь.
— Я тебе помогаю. — Его голос стал тише. Настойчивее. — Ты должна вспомнить. Как только вспомнишь — поймёшь. В этот раз точно поймёшь. Я всегда хотел помочь. Всё, что я делал… было для тебя. Для нас.
В груди болезненно сжалось. На мгновение мне захотелось заплакать, будто его слова тянулись к какой-то ране, о существовании которой я даже не знала.
Что со мной?
Я ненавижу его.
— Я всё прекрасно помню, — отрезала я. — Каждую жертву. Каждый приказ. Каждый труп, оставленный ради твоей власти.
— В тебе говорит последняя версия тебя, — тихо сказал он. — Но если хочешь быть уверенной — вспомни.
Я была всего в нескольких шагах от зеркала.
Два шага.
Один.
Ещё чуть-чуть, и я смогу коснуться его поверхности. Раствориться. Уйти. Навсегда.
Но видимо у этого места на меня были другие планы, ведь за секунды король преодолел разделяющее нас расстояние. Недавние воспоминания вспыхнули в моей голове. Чтобы убить меня? При нем оружия не было. Или было, но мы проглядели? Ответ я не знала.
Он двигался быстрее, чем я ожидала. Быстрее, чем человек, не спавший несколько дней. Я не успела ни выстрелить, ни отступить. Он застал меня врасплох. Он оказался рядом. Его руки — тёплые, сильные и знакомые — обхватили моё лицо. И вместо удара… Он поцеловал меня.
Глава 53
Тогда меня звали Элирия.
Иногда мне кажется, что это имя до сих пор где-то звучит между звезд, как тихий колокольчик, потерянный в ночном ветре. Оно принадлежало девушке, которая еще верила, что мир можно обмануть одной только любовью.
В ту ночь я снова сделала то, что мне было запрещено.
Я выскользнула из дома через заднюю калитку, когда свечи в окнах уже начали гаснуть, а мать и отец разошлись по своим комнатам. В доме стояла тишина, нарушаемая лишь скрипом старых балок и далеким лаем собак у городских ворот. Я знала каждый скрип пола, каждую ступень лестницы, которая могла выдать меня.
Мать сказала мне в тот вечер:
«Ты больше не будешь встречаться с ним.»
Сказала спокойно, но в ее голосе было то упрямство, которое я знала с детства.
«Ты не понимаешь, с кем связываешься, Элирия. Его семья никогда не позволит этому случиться. А если позволит… ты сама пожалеешь.»
Я тогда ничего не ответила.
Но уже знала, что все равно пойду.