Потайная комната дворца постепенно обрела четкие очертания, хотя все вокруг все еще казалось слегка смазанным, словно я смотрела на мир через воду. В желудке поднялась резкая волна тошноты, и я невольно согнулась пополам, упираясь ладонями в колени и пытаясь удержать себя в реальности.
Но внутри меня все продолжало вращаться.
Имена.
Они вспыхивали одно за другим, словно звезды на ночном небе.
Лиара.
Аэль.
Илирия.
Саэль.
Мирена.
Талис.
Эйлин.
И еще.
И еще.
Сотни.
Тысячи.
Эти имена кружились в моем сознании подобно рою птиц, застигнутых бурей, и вместе с ними возвращались голоса, которые сначала звучали тихо и неразборчиво, будто доносились из-за толщи времени, однако постепенно становились все громче и настойчивее. Они накладывались друг на друга, спорили, шептали, плакали и кричали, превращаясь в хаотичный поток мыслей и воспоминаний, и каждое из этих слов одновременно принадлежало мне и в то же время несло в себе чужой опыт прожитых судеб.
Мы должны были остановить это…
Ты снова опоздала…
Нет, все еще можно изменить…
Он снова умрет…
Или ты…
Я зажмурилась, пытаясь заставить их замолчать, однако среди этого беспорядочного потока воспоминаний внезапно прорезался другой голос — громкий, резкий и до боли знакомый.
Голос Галерана.
— Запереть ее в темнице!
Этот приказ прогремел в памяти так ясно, будто я вновь оказалась в одном из тронных залов прошлых жизней, где тяжелые каменные стены отражали каждое произнесенное слово.
Почти сразу поверх него наложился другой голос.
Тот же самый.
Но звучащий совершенно иначе.
Тихо.
Почти сломленно.
— Я хочу тебя спасти…
Я резко вдохнула, ощущая, как внутри меня сталкиваются чувства, которые уже невозможно было разделить или подавить.
Любовь поднималась в груди теплой, болезненной волной, потому что в каждой прожитой жизни я видела в его глазах одно и то же чувство, которое когда-то заставило меня пойти против всего мира и отказаться от любой иной судьбы.
Но вместе с этим приходила и ненависть — тяжелая, холодная и горькая, потому что перед внутренним взором снова и снова вспыхивали картины разрушения, в которых мир рушился, города превращались в руины, а он неизбежно оказывался частью той катастрофы, которую мы так отчаянно пытались предотвратить.
Любовь и ненависть сталкивались во мне с такой силой, что на мгновение я перестала различать, какое из этих чувств было истинным, однако это уже не имело значения, потому что цепь событий была запущена и отступать было невозможно.
Я подняла голову и увидела, как Лиандр резко шагнул вперед.
Он двигался быстро и почти бесшумно, подобно хищнику, который слишком долго ждал подходящего момента для атаки. В следующую секунду его кулак с силой врезался в лицо Галерана.
Звук удара эхом прокатился по каменным стенам комнаты. Король, неожидавший удара и смотревший на меня, пошатнулся, но удержался на ногах.
Лиандр схватил его за ворот рубашки и резко дернул на себя, оттягивая подальше от меня.
— Что ты с ней сделал?!
Его голос звучал низко и напряженно, и в нем впервые ясно прорезался неподдельный гнев.
Галеран медленно повернул голову, и на его губе уже выступила кровь, однако он даже не попытался вырваться. Вместо этого он спокойно вытер кровь тыльной стороной ладони и посмотрел на меня долгим, пристальным взглядом.
— То, что и следовало сделать, — произнес он тихо. — Она должна знать.
Лиандр сильнее сжал ткань его рубашки.
— Знать что?
Галеран не отвел взгляда от меня.
— Какую ошибку она собирается совершить.
Его голос стал тверже.
— Она должна понять, что сама хотела вернуться сюда и что все ее шаги, все прожитые жизни неизбежно вели ее именно к этому моменту.
Он сделал короткую паузу.
— Что она принадлежит этому миру.
Еще одна пауза.
— Мне.
Эти слова отозвались во мне новой вспышкой внутреннего противоречия.
— Александра! — резко сказал Лиандр.
Он даже не посмотрел в мою сторону, продолжая удерживать короля.
— Ты должна действовать. Прямо сейчас.
Его слова прозвучали резко и отрезвляюще, словно удар холодной воды.
Я моргнула.
Александра.
Да.
Это мое имя.
Я — не Лиара.
Не Эйлин.
Не Саэль.
Я Александра, и я пришла сюда не ради воспоминаний, а ради того, чтобы вернуться домой, где мне и самое место. А было ли оно моим?
Я выпрямилась.
И в этот момент Галеран тихо произнес:
— Лиара.
Мое настоящее имя прозвучало в его устах так естественно, будто он знал его всегда. Да, он его знал и хранил в глубине своего сердца.