В зале повисла напряженная тишина, лишь мерное дыхание толпы напоминало, что вокруг сотни людей. Каждый из гостей замер, будто боясь потревожить момент.
Я заметила, как один из священников в богатой мантии двинулся навстречу к Галерану. Его руки были сложены в жесте благоговения, а лицо казалось спокойным, но слишком серьезным. В руках он держал подушечку, на которой покоилась корона.
Корона. Я не могла отвести от нее глаз. Она выглядела словно сотканной из света и магии. Ее изящные линии были украшены драгоценными камнями, сверкающими так, что даже отсюда их сияние пробивалось сквозь тени галерки.
Маркус тихо толкнул меня в бок локтем, вырывая из ступора.
- Не забывай, зачем мы здесь, — прошептал он с раздражением, но я не ответила.
Я вновь уставилась вниз, чувствуя, как сердце колотится в груди. Будущий король медленно опустился на одно колено перед священником, его темно-зеленый плащ мягко струился по мраморному полу. Священник поднял руки, и гул голосов заполнил зал. Это было нечто вроде молитвы, но слова звучали незнакомо. Я ощутила дрожь.
- Что он говорит? - — выдохнула я, не отрывая взгляда от происходящего.
- Молитва о процветании и защите, — коротко бросил Маркус. Его голос звучал сухо, без всякой эмоции, словно он видел это тысячу раз.
Я искала ответы в его лице, но он смотрел прямо в центр происходящего, словно был частью зала, частью всей этой истории. Внезапно он шепнул:
— Сейчас самый подходящий момент. Все сосредоточены на словах священника. Действуй! — Маркус слегка толкнул меня плечом.
Эти слова обрушились на меня, как холодный душ. Моё тело напряглось, а руки снова задрожали. Я смотрела на мужчину, стоявшего на одном колене перед священником, на этих людей, и все внутри меня кричало, что я не могу этого сделать.
Священник завершил молитву, а почти-действующий-король медленно поднялся. Толпа молчала. Вся атмосфера зала будто наполнилась магией, какой-то странной энергией, которая пробиралась под кожу.
— Наша Лумирия получит своего нового правителя, — провозгласил глашатай.
Маркус резко выхватил лук из моих ослабевших пальцев и раздраженно зашептал:
— Это не смешно. Не я ли здесь профи? Почему я должен учить тебя, как стрелять? Взяла, натянула, выпустила. Все просто!
Он схватил мою руку и с силой поднес её к луку, его горячая ладонь обжигала кожу, а голос резал по ушам. Каждое слово Маркуса было как удар — быстрое, меткое и неумолимое.
— Давай же, Розалия! — в его голосе прозвучала смесь злости и отчаяния. — Не подведи нас. Не подведи свою сестру.
Его слова были ледяным шипом в груди. Сестра. Я ее даже не знаю, никогда не видела и, вообще, не знаю как к этому относится. Если это просто сон, то он зашел слишком далеко.
Его рука держала мою так крепко, что я едва могла двигаться самостоятельно. Все происходящее напоминало механическое исполнение команды, а не осмысленные действия. Под его давлением мои пальцы на автомате вложили стрелу в лук.
Самодельная стрела была странной на ощупь: легкая, но грубая, её древко чуть шероховато, словно сделано в спешке, наконечник казался недостаточно острым, а оперение неравномерно распределено. Такой стрелой я бы не доверилась даже в тире, не то, что здесь, где, казалось, вся атмосфера требовала от меня абсолютной точности.
Мои руки автоматически начали движение, привычное до боли. Я натягивала тетиву миллион раз — в спортивных залах, на соревнованиях, даже ради развлечения. Но в этом моменте не было ни привычного спокойствия, ни уверенности. Тетива натянулась с нехарактерным для лука звуком, а стрела легла как-то криво, будто сама протестовала против задуманного.
В голове царил хаос.
«Я не хочу этого делать. Это неправильно. Черт возьми, я не убийца. Что я здесь делаю? Почему он меня заставляет? Почему это происходит?!»
Мой взгляд метался по залу, срываясь то на принца, чье сердце было прямо в центре моей линии прицеливания, то на гостей, мирно стоящих вдоль стен. Они тихо перешептывались, улыбались, не подозревая, что прямо сейчас какая-то девушка прямо позади них целится в их правителя.
Руки дрожали, и стрела едва держалась на луке. Мои пальцы крепче сжали древко лука, а мысли пульсировали в такт натянутой тетиве. В это время принц занял место на троне, открывая мне беспрепятственный доступ к сердцу.