Вокруг алтаря была начертана круглая фигура, прорезанная в земле с такой силой, будто кто-то вдавливал нож или копье, чтобы создать канаву. Внутри круга располагались еще более сложные узоры. Часть из них была покрыта темными пятнами, которые я сразу узнала как засохшую кровь.
— Это что, жертвоприношение? — прошептала я, не замечая, как мой голос дрогнул.
Лиандр наклонился вперед, чтобы рассмотреть поближе и, о боже, понюхать кровь. Я старалась не отворачиваться, будто так все и должно быть. Его взгляд оставался напряженным, но он ничего не сказал.
Я заметила, что внутри круга лежали остатки каких-то обгоревших предметов. Не могу точно сказать, что это было, но в запахе, который здесь витал, явно присутствовала горечь древесной смолы и горевшей шерсти… или волос.
— Нужно обыскать их. Все эти вещи они принесли с собой. Наверняка что-то еще должно было остаться в карманах. Что-то, что сможет нам помочь.
Лиандр поднялся и бросил на меня быстрый взгляд, его глаза хранили ту же холодную сосредоточенность, что и раньше. Он склонился к телу одного из искателей, ловко ощупывая карманы и ремни. Я стояла неподвижно, пытаясь справиться с рвущимся на части нутром. Зрение расплывалось, и казалось, что весь этот кошмар был слишком нереальным.
— Станешь помогать или простоишь там как изваяние? — спросил он, даже не оборачиваясь.
Я поджала губы, но не нашла в себе слов для ответа. Лиандр, похоже, не ожидал, что я что-то скажу, и продолжил рыться в карманах, опускаясь ниже: к штанам и голенищам.
— Чего стоишь? Бери второго, — произнес он, слегка раздраженно. — Или тебе велантийское воспитание не позволяет марать руки?
— Я могу, — пробормотала я, чувствуя, как внутри нарастает волна возмущения. Мне не велантийское воспитание не позволяет нарушать границы другого человека, а воспитание людей двадцать первого века.
С трудом подавляя подступающий к горлу ком, я подошла к искателю, которого Лиандр оставил мне, и остановилась. Он был мертв. На его лице застыла гримаса боли, а тело еще не успело остыть. На меня повеяло запахом железа, смешанного с сыростью леса, и я почувствовала, как что-то неприятно шевельнулось в животе.
— Быстрее, — раздался голос Лиандра. — Пока никто не пришел и не поднял панику. Тогда нам придется справляться с более тяжелыми последствиями.
Я заставила себя опуститься на колени. Мои пальцы дрожали, когда я коснулась тела. Он был гораздо тяжелее, чем я ожидала, и мертвый груз сопротивлялся моим попыткам обыскать карманы.
— Если тебя так сильно коробит, — услышала я саркастический голос Лиандра, — просто представь, что это мешок картошки.
— Тебе легко говорить, — пробормотала я.
— Легко? — Он вдруг усмехнулся, вытаскивая что-то из кармана другого искателя. — Привыкай. Тебе еще не раз придется марать руки.
Я стиснула зубы, пытаясь сосредоточиться. Внезапно мои пальцы наткнулись на что-то твердое и прямоугольное в одном из внутренних карманов его плаща. Я вытащила это, чувствуя, как сердце забилось быстрее.
— Что там? — голос Лиандра прозвучал за моей спиной.
— Не знаю… — прошептала я, глядя на предмет в своей руке. Это был небольшой ларец, сделанный из темного дерева и окованный металлом. По краям виднелись тонкие линии выгравированных символов. Его я тоже заприметила в начале. Видимо, во время битвы он успел спрятать ларчик в карман.
Лиандр мгновенно оказался рядом, выхватил находку из моих рук и открыл ее. Внутри что-то блеснуло, отражая свет луны. Маленькое, вытянутое и железное. Сердце пропустило удар, когда я поняла, на что смотрю. Я глубоко вздохнула, стараясь воздухом заглушить возглас, который рвался из меня в тот момент. Маг заметил мою странную реакцию.
— Ты знаешь, что это? — спросил Лиандр, его взгляд метнулся ко мне.
Я молча смотрела на металлические цилиндры, лежащие в ларце. Они выглядели точно так же, как те, что я видела в своем мире. Пули. Их холодный блеск насмешливо отражал свет луны.
— Нет, — наконец выдавила я, стараясь говорить ровно. — Но они выглядят… опасно.
Лиандр долго смотрел на меня, словно пытался что-то прочитать в моем лице.
— Мы узнаем, что это, — сказал он наконец, закрывая ларец. – А когда узнаем, будем готовы с следующей встрече с Орденом.
— Да, — прошептала я, чувствуя, как сердце проваливается куда-то вниз. Странных и непонятных вещей становилось все больше и больше.
Дорога назад в лагерь тянулась длинной полосой сумрака. Лес казался еще более мрачным и тихим, чем до нашей встречи с Орденом. Ветки хрустели под ногами, и каждый звук заставлял меня вздрагивать. Лиандр шел впереди, не оглядываясь, его силуэт казался темным и размытым в лунном свете. Его шаги оставались уверенными, но я замечала, как время от времени он слегка прихрамывал, будто усталость брала свое.