— Хотела бы я это увидеть, — тихо сказала я, оглядываясь на полупустой лагерь.
— Ты бы … обрадовалась, возможно, — отозвалась Патриция с лёгкой усмешкой. — Они выглядели как вестники конца света. Для вас, велантийцев, это же обычное явление: драконы, виверны и прочее.
Эти маги взбудоражили весь лагерь. Их присутствие подгоняло сборы, обостряло чувства. Люди суетились, словно от скорости их действий зависела их жизнь. На самом деле так оно и было. Большая часть уже отправилась в путь, укрываясь под защитой магов из Торианской крепости.
Вместе с ними ушла и Мелина.
Наше прощание было коротким, но по-своему тёплым. Она быстро обняла меня, и я почувствовала её прохладные пальцы на своей спине.
— Береги себя, — сказала она, глядя мне прямо в глаза.
— Ты тоже, — ответила я.
Она мне нравилась. Под этой её мягкой улыбкой и кажущейся простотой скрывалась решимость, которую я редко встречала у людей. При других обстоятельствах, в другом мире, мы могли бы стать подругами. Мелина села на виверну вместе с другими, и я провожала ее взглядом до тех пор, пока она не растворилась в синевато-сером небе.
Теперь в лагере находились только те, кому предстояло позаботиться об оставшихся вещах людей, перевести их с помощью виверн.
И Алдрик с Лиандром.
Они возглавляли небольшую группу людей и магов, которая должна была остаться в пределах дворца. Их задача — следить за нашим успехом, но при этом держаться достаточно далеко, чтобы не выдать ни нас, ни себя. Об этом они сообщили нам с утра.
— Мы не оставляем вас одних, — сказал Алдрик, глядя на нас острым, испытывающим взглядом. — Но чем меньше людей будет рядом, тем менее заметными вы станете.
Лиандр стоял рядом, молчаливый, погружённый в свои мысли. Обычно он был тем, кто вёл разговоры, но сегодня словно уступил это право Алдрику. Его задумчивость бросалась в глаза, и я невольно задавалась вопросом, что же так сильно его тревожит.
Маркус тоже был здесь, собранный и серьёзный. Он, по его же словам, планирует как можно скорее узнать, где держат Лиру, и спланировать ее освобождение.
Пустое место рядом с ним напоминало о том, кого здесь не хватало. Эдан. Он уже отправился выполнять своё наказание, и мысль об этом разрывала меня изнутри. Он ушёл без слов, не попрощавшись. Я понимала, что не могу винить его за это. Я попыталась сосредоточиться на том, что происходило вокруг, но мысли о его наказании вновь и вновь возвращались, усугубляя моё и без того мрачное настроение.
Патриция, напротив, выглядела как будто оказалась в своей стихии. Она улыбалась, двигалась с энергией и бодростью, которой явно не хватало остальным.
Алдрик говорил чётко и хладнокровно, как будто проверял готовность своих солдат к самому важному сражению. И это не было далеко от истины. Мы и были солдатами, отправляющимися на войну. Только война эта должна была начаться незаметно, изнутри, в королевских стенах, а королевская стража — да и все остальные — не должны были даже заподозрить, что мы являемся её частью.
— Шпионить за ними и добывать полезные сведения остаётся вашей главной задачей, — голос Алдрика звучал как натянутая струна, холодный и уверенный. — Мы идём не просто убить короля и прекратить правление его династии. Мы хотим уничтожить всё, что он так долго строил.
Я невольно затаила дыхание. Уничтожить всё. Эти слова звучали так категорично, так беспощадно.
— Это нужно делать изнутри, — продолжал он. — Чем больше мы узнаем, тем сильнее мы подготовимся. Запомните, информация — наше главное оружие.
Его взгляд обвёл нас по очереди, словно он пытался проникнуть в наши мысли, убедиться, что его слова были поняты правильно.
— Нам важны сведения обо всём: о маршрутах стражи, о состоянии замка, о том, как они используют своё оружие. Но особенно — о принцессе. Подружитесь с ней. Подслушивайте её разговоры. Делайте всё, что потребуется.
Я задумалась. Подружиться с принцессой? Это звучало как что-то далёкое от моих способностей. Что мне вообще сказать ей? Улыбнуться и предложить обсудить моду? Словно читая мои мысли, Алдрик добавил:
— Не обязательно сразу искать её расположение. Главное — влиться в круг придворных. Стать частью их бесед. Даже самые мелкие детали могут быть полезны.