– Ты уже отлично справляешься, – хмыкнула Патриция, поправляя рукава своего наряда.
– Благодарю, моя дорогая, – Маркус приложил руку к сердцу.
Мы направились в сторону зала, где, по словам охранника, нам должны были показать место для выступлений. Коридоры дворца все так же ослепляли своим великолепием. Золото, мрамор, драгоценные камни – все это сочеталось так гармонично, что даже я, привыкшая к другому миру, не могла не впечатлиться. Роскошество, да и только. Это так контрастировало с той нищенской обстановкой, в которой жил остальной народ страны. Неужели здешний король действительно такой тиран? Хотелось бы мне посмотреть этому человеку в глаза. Человеку, что ответственен за геноцид магов и упадочное состояние страны. Чувствую, это произойдет очень скоро.
– Интересно, сколько эти люстры стоят, – задумчиво произнесла я, глядя на огромные светящиеся кристаллы, свисающие с потолка.
– Больше, чем ты сможешь заработать за всю жизнь, – фыркнул Маркус. – Хотя кто знает, может, после этого выступления нас захотят нанять в королевскую свиту.
– Угу, чтобы мы развлекали орлов на стенах, – пробормотала я, заметив очередной резной символ, сверкающий в лучах света.
Мы прошли мимо группы стражников, которые молча стояли у стены. Маркус не смог удержаться.
– Эй, господа охранники! – воскликнул он, делая пафосный жест рукой. – Хотите прийти на наше выступление? У нас номера с огнем, кувырками и… о, конечно, я могу научить вас парочке фокусов.
Один из стражников медленно повернул голову, бросив на Маркуса долгий, абсолютно равнодушный взгляд, а затем вновь отвернулся.
Патриция еле сдерживала смех. Несколько придворных, проходящих мимо, остановились, чтобы посмотреть на нас с любопытством. Пожилая дама в тяжелых зеленых шелках, держащая под руку какого-то лорда, смерила нас взглядом с головы до ног, словно оценивая товар.
– Как интересно, – пробормотала она. – Надеюсь, их глупость хотя бы компенсируется талантом.
Маркус широко улыбнулся и отвесил преувеличенно глубокий поклон:
– Госпожа, наша глупость – это искусство, доведенное до совершенства! Уверяю, глупее нас вы не найдете никого в Лумирии. Да что там Лумирия – весь континент не сравнится с нами!
Патриция тут же подхватила, перебросив косу через плечо:
– А талант у нас настолько велик, что иногда даже нас пугает. Мы стараемся его держать под контролем, но, признаюсь, не всегда получается.
Я же добавила с притворной серьезностью:
– Мы стараемся быть невыносимыми ровно настолько, чтобы вы не смогли нас забыть. Вот такой у нас подход.
Дама оскорбленно поджала губы, а ее спутник поторопил ее двигаться дальше.
– Отличное начало, – прокомментировала я.
– Да, мы просто очаровательны, – добавила Патриция.
Наконец мы добрались до массивных дверей зала для выступлений. Они были украшены замысловатыми резными узорами, а по бокам стояли еще два охранника. Маркус повернулся к нам, готовясь выдать очередную пафосную речь, но Патриция его перебила:
– Просто постучи и зайди, герой.
Он притворно вздохнул, бросил нам укоризненный взгляд, но, в конце концов, сделал, как она сказала. Мы вошли внутрь, и я на мгновение задержала дыхание. Зал оказался огромным, но не столь монументальным, как коронационный. Вместо массивных колонн и строгих украшений этот зал был полон изысканности и… тепла. Потолок был высоким, расписанным тонкими золотыми узорами, которые напоминали переплетения ветвей. На стенах висели тяжелые гобелены с изображением летящих орлов в окружении звезд, их крылья были вышиты золотыми нитями.
Вдоль стен стояли длинные столы, накрытые белоснежными скатертями, а на них – яркие букеты свежих цветов. Весь зал благоухал смесью роз, лилий и каких-то незнакомых мне ароматов. Слуги мельтешили туда-сюда, поправляя цветы, расставляя сервизы и убирая невидимую пыль. Видимо, все это делалось в преддверии прибытия короля и принцессы.
– Ах, чувствуется, что пахнет… богатством, – заметил Маркус, вдыхая запах цветов с преувеличенным удовольствием. – Интересно, какой из этих букетов нам отправят после выступления?
– Может, нам подарят лилию за лучший кувырок? – подхватила Патриция, делая вид, что подбрасывает воображаемый цветок, как жонглер.
Я усмехнулась, но продолжала внимательно осматривать зал. Все здесь было слишком аккуратно, слишком идеально. Даже слуги двигались с какой-то отрепетированной грацией.
Маркус вдруг хлопнул в ладони, привлекая внимание одного из слуг, молодого парня с пепельными волосами, который как раз поправлял высокую вазу с лилиями.
– Простите, друг мой, – начал Маркус с нарочито серьезным выражением лица, – вы не подскажете, где здесь можно найти приспособления для фокусов? Видите ли, столовые ножи не годятся для забав, да и гости, полагаю, будут против, если мы начнем метать еду в воздух.