Уголок его губ поднимается в ухмылке.
— Рыжие волосы сильно выделяются.
— Но почему блондинка? Почему из всех вариантов ты выбрал светлые волосы?
Он пожимает плечами.
— Подумал, девушкам обычно нравятся светлые волосы.
Надувшись, я выхватываю парик из его рук. Я ожидаю, что волосы будут жёсткими и совершенно неестественными на ощупь, но на самом деле они оказались мягкими и шелковистыми.
— Это что, настоящие?
— Разумеется.
Нахмурившись, я натягиваю парик на свои короткие волосы, заправляю пару вылезших волосков и рассматриваю себя в зеркале. Длинные светлые волосы завиваются в кудри у моего лица. Кажется, прошла уже целая вечность с тех пор, как я обрезала волосы. Так я выгляжу более женственной. Но почему блондинка? Оставим размышления на другой день. Я не могу перестать думать о том, что светлые волосы напоминают мне о Рейни, отчего в груди вспыхивает огненный шар.
— Идеально, — говорит Зейн, разглядывая моё отражение. — Я скучаю по рыжему, но это отличная маскировка.
Я разворачиваюсь к нему, состроив гримасу.
— Не понимаю, почему именно светлые волосы, — ворчу я.
Усмехнувшись, Зейн меняет тему:
— Твой линк у тебя?
Нам для плана понадобятся старые фотографии отца, которые всё ещё хранятся у меня на линке. Вчера я пролистывала фотки, которые не видела годами, и поняла, как сильно скучаю по тем временам, когда мама, папа, Эмили и я были семьёй. На одной из фоток мы с папой позируем на моём выпускном в средней школе, на другой — папа кружит Эмили за подмышки, они оба смеются, а на третьей — мама с папой танцуют посреди нашей гостиной. Думаю, это моя самая любимая фотография.
Я беру клатч, который купил для меня Зейн к платью, которое тоже купил он.
— Ага, у меня.
Предлагая руку, Зейн говорит:
— Тогда нас уже ждёт машина.
Я беру его за локоть. У мотеля уже стоит машина Зейна с водителем, чтобы отвезти нас в Мармет — Музей изобразительного искусства, где сегодня вечером состоится благотворительный приём. Когда Зейн открывает мне дверь, я осторожно поднимаю подол и сажусь внутрь чёрного автомобиля. Как только Зейн садится рядом со мной, двери автоматически закрываются. Волнение, которое я всё это время подавляла, всплывает на поверхность. Сегодня я увижу и Трея, и папу. И на этот раз, при встрече с отцом, я уже не буду под действием наркотиков. Я буду полностью вменяемой, осознающей происходящее и готовой получить все ответы.
В дороге я чувствую взгляд Зейна не себе. Повернувшись к нему, я шутливо угрожаю:
— Если ты так и будешь пялиться, я скажу Джеффу вернуть меня в мотель, чтобы я могла переодеться в потёртые джинсы и футболку.
Зейн издаёт тихий смешок.
— Прости. Мне сложно оторвать взгляд от тебя. Обещаю, что буду держать себя в руках, — но даже говоря это, он наклоняется и целует меня в лоб. Я разворачиваюсь к нему с распахнутыми глазами.
— Это ещё за что?
— На случай, если я потом забуду сказать.
— Сказать что?
— Что ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел.
— Это всё потому, что я в светлом парике, — недовольно ворчу я.
— Нет, — возражает он. — Потому что ты это ты.
Жар поднимается в моей груди и распространяется на шею, а затем к щекам. Я наверняка вся покрылась красными пятнами, спасибо Зейну и его льстивым словам. Приятно ли мне то, что он говорит? Конечно. Но от этого всё только сложнее.
— Зейн… — бормочу я.
Он поднимает руку, останавливая меня.
— Ни слова больше, обещаю. Это мой последний комплимент тебе на сегодня. Дальше я буду говорить только, какие лохматые у тебя волосы, как сильно ты вспотела и тому подобное.
Я невольно хихикаю.
— И я обязательно буду есть руками, сморкаться в платье и вообще делать всё, чтобы отвратить тебя.
Зейн кивает, будто бы серьёзно обдумывая это.
— Моя милая пещерная девочка. Должен сказать, мне это по душе.
Запрокинув голову, я смеюсь. Комки нервов будто бы ослабли, распутавшись внутри меня.
Я разворачиваюсь к окну, концентрируясь на сменяющемся пейзаже. Солнце лениво садится за зеркальными зданиями, окрашивая небо в цвет осенней листвы. Волны розовых облаков, похожих на сладкую вату, распластались по небу, как будто случайными мазками кисти. Я вытягиваю шею, чтобы рассмотреть, как цвета бледнеют, будто бы их засасывает в пылесос. Вскоре от солнца остаются только пара едва заметных отблесков, отражающихся в зеркальных зданиях, но затем пропадают и они.
К тому времени, как мы подъезжаем к Мармету, небо уже потемнело и по нему будто бы рассыпали крошечные бриллианты. Мне нравится наблюдать за тем, как день сменяется ночью. Сегодня солнце заходит, но завтра оно взойдёт вновь, и наступит новый день. Это напоминает мне о возрождении.