Сначала я неукоснительно следовала его правилам, напоминая себе, что если бы не встретила Гектора, то могла жить в ужасных условиях, а могла и сразу умереть. Ведь это был XIII век, с бесконечными войнами, крестовыми походами, нашествиями кочевников, повсеместным голодом и прочими ужасами, от которых Гектор меня оберегал. Да и роль женщины в обществе тогда была другой, нежели сейчас. В общем, я старалась относиться ко всему с пониманием и терпением. Старательно училась всему, что Гектор считал утончённым и изысканным, и надеялась, что однажды стану тем идеалом, который он ищет в женщинах. Но время шло, а Гектор не менялся. После очередного погружения он принадлежал мне только два-три года, а потом новизна ощущений терялась, и он начинал интересоваться другими, при этом говоря, что нельзя слишком часто погружаться…
Ты не представляешь, как было больно видеть его жадный взгляд, обращённый на другую. Знать, что он хочет её, а не меня, или чувствовать её запах на его коже и осознавать, что он только недавно выбрался из её постели… Боже, сколько я тогда слёз выплакала, и как умоляла его не причинять мне боль, и даже иногда обещала себе, что не буду больше такого терпеть и уйду. И порой предпринимала попытки бросить его, но… Столько было этих “но”…
Во-первых, вся та роскошь, что окружала меня, принадлежала Гектору. Я же, по сути, не имела вообще ничего. А свобода подразумевала полное и самостоятельное обеспечение всех своих потребностей. Во-вторых - если честно, я побаивалась самостоятельности. С самых первых дней Гектор указывал мне что делать, как себя вести, как поступить, и даже если я была не согласна, всё равно делала так, как он говорил. А уйди я от него, то всё пришлось бы решать самой, а это пугало.
Однако всё же не это меня держало, а любовь к нему. Изменяя, он всегда просил прощения и обещал, что больше этого не повторится. Клялся, что любит только меня. И я верила, помня первые годы после погружений… А вообще, это трудно объяснить. Нужно видеть, как после погружения он смотрел на меня, с каким благоговеньем относился, как жадно любил меня… Могу тебя заверить - он больше ни к кому не относился так, как ко мне. Да, он испытывал влечение к другим женщинам, когда ощущения между нами теряли остроту, но я точно могла сказать - они не привлекали его так, как я. Ни одна из них не задержалась в его постели больше, чем на месяц, а я спала с ним на протяжении столетий и была единственной, кому он говорил “люблю”. Всё остальное он называл мимолётными увлечениями и блажью. Поэтому я и не уходила. Я ждала и надеялась, что однажды он, наконец, поймёт, что нуждается только во мне.
А потом кое-что произошло. Я познакомилась с Давидом. Гектор часто про него рассказывал, потому что они были друзьями, но на протяжении трёхсот лет всё как-то не получалось встретиться. Давид был воином и любил пощекотать себе нервы, участвуя в различных походах, битвах и сражениях. Они, кстати, так и познакомились с Гектором, когда и тот участвовал в боях, и почти двадцать лет провели, путешествуя по миру и воюя, а также не раз спасая друг друга. А вообще, так начинали многие бессмертные мужчины, я имею в виду войны. Чтобы сколотить состояние, они нанимались в армии и, помимо платы наёмника, ещё и грабили завоёванные города. Так что, практически все состояния бессмертных сколачивались на крови и смертях обыкновенных людей, но тогда было такое время…
Так вот, после очередного переезда, Гектор и Давид впервые за триста лет встретились, и он привёл его к нам в дом… Думаю, Гектор уже не раз проклял тот день, когда познакомил нас, однако, что сделано, то сделано… Я немного общалась с бессмертными, а точнее знала только одну пару, которая жила так же, как и мы. То есть, женщина послушно угождала своему партнёру, была терпелива и занималась тем, что рекомендовал муж…
А Давид… он был другой. Как глоток свежего воздуха. Гектор, он консерватор, не особо любит изменения, требует послушания и строгого исполнения его желаний. И порой, даже слишком серьёзен. А Давид - это ураган. Эмоциональный, открытый для всего нового, весёлый, в вечном поиске необычных ощущений и каких-то безумных экспериментов… В общем, полная противоположность Гектора. Он меня очаровал. Мне нравилось общаться с ним, проводить время в его обществе, а он отвечал тем же. А затем вообще объявил нам, что решил остепениться и прекращает участие в сражениях, после чего приобрёл себе дом неподалёку от нас. Я радовалась тогда как ребёнок, потому что Давид мне нравился, и я не хотела, чтобы он глупо погиб в очередном бою. А также я надеялась, что однажды и он найдёт себе пару, и мы вчетвером будем держаться всё время рядом. Будем строить наши жизни, переезжать с одного местожительства на другое или просто путешествовать по миру… Но всё сложилось по-другому.
Как позже признался Давид, всё это он сделал, потому что полюбил меня. А тогда он даже словом, жестом или взглядом не давал этого понять. В общем, он не проявлял своих чувств. Только спустя некоторое время я стала замечать, что он всё больше хмурится, наблюдая за тем, как Гектор обращается со мной. А затем начал, заходя издалека, вести беседы о жизни, говоря, что всё может быть по-другому, и постоянно подначивал меня к небольшим бунтам и отстаиванию своих прав… Хотя, наверное, я бы сама однажды взбунтовалась и без Давида.
Время шло, а Гектор не желал менять свою жизнь и не хотел давать мне больше свободы, я же жаждала двигаться дальше и пробовать что-то новое. А вот Давид не только предлагал попробовать новое, а и верил в мои силы. Именно благодаря ему и его вере в дальнейшем я многое получила. Например, финансовую независимость. Давид обеспечил меня стартовым капиталом, и благодаря ему, впоследствии, я стала состоятельной девушкой. Но этот стартовый капитал послужил причиной ссоры между парнями, и их дружба на этом закончилась. Как я позже осознала, Гектор понял, что Давид любит меня, и попытался вычеркнуть его из моей жизни, а заодно и отбить у меня охоту заниматься коммерцией. Однако тогда я впервые проявила железную решительность, и наша жизнь с Гектором пошла под откос…
Только не подумай, что сразу… Мы прожили ещё сто восемьдесят лет вместе, и прояви я послушание, то, наверное, жили бы и сейчас, но я уже не хотела жить как прежде. Я ощутила новый вкус жизни, почувствовала себя человеком со своим личным мнением и интересами, и очень дорожила этим. А кончилось всё банально. Гектор в очередной раз увлёкся новой женщиной, и я поняла, что он никогда не исправится. Поэтому развернулась и ушла от него. Вот так и закончилась первая веха моей жизни длиной в четыреста девяносто семь лет. В ней было всё - и невероятно прекрасная любовь, и боль от измен любимого, полное послушание и бунты, серьёзная учёба и бесшабашное веселье… В общем, масса как положительных, так и отрицательных эмоций.
Помню, когда уходила от Гектора, испытывала противоречивые чувства. С одной стороны, тоску, что его больше не будет в моей жизни. А с другой стороны - радость, что я сама себе стану хозяйкой, что не нужно больше наступать на горло своим желаниям. Ну, и самое важное - больше не придется терпеть боль от измен. Тогда я думала, что всё, я навек буду одинока, одновременно боясь этого и радуясь.
Однако, моё одиночество долго не продлилось. И недели не прошло, как в моей жизни снова появился Давид. Оказалось, что после ссоры с Гектором он продолжал держать меня в поле зрения. И тогда же он рассказал, что давно любит меня… Если честно, не знаю, ответила бы я на его чувства, если бы он не действовал напористо… Но Давид, он как танк, прёт, сметая все преграды, и сопротивляться ему невозможно… Хотя, может и возможно, но у меня никогда не получалось. Есть в нём что-то притягательное и манящее, - Далила мягко улыбнулась, наверное, вспоминая парня и то, как он её завоёвывал, и я прекрасно понимала, как он мог действовать, ведь и сама испытала это. - В итоге, спустя месяц после ухода от Гектора, я стала жить с Давидом. И вот тогда их ссора переросла во вражду.
Оказалось, что Гектор надеялся, что я перебешусь и вернусь к нему, а Давид так вовремя подсуетился, и началось… Знаешь, как это неприятно находиться меж двух огней? Впрочем, чего я спрашиваю. Если эти двое нашли тебя, то ты всё знаешь. Это так выматывает. А ещё я чувствовала себя мерзавкой. Ведь до моего появления на свет парни дружили и не раз спасали друг другу жизни, а тут появилась я и всё разрушила. Однако Давида это вражда нисколько не волновала. Он был счастлив со мной и боготворил… Наверное, с ним я узнала, что такое безоглядная любовь… Понимаешь, любовь Гектора нужно было заслужить, а я часто делала ошибки. То не так играю на музыкальном инструменте, то выбрала неподходящий гобелен для парадной залы, то не так танцевала на балу, проявляя ребячество, а не достоинство…