-Кстати, а приёмным родителям как всё объяснишь? Планируешь вообще рассказывать о том, кто ты? - полюбопытствовал Люций.
-Расскажу всё, - ответила я. - Пусть они и приёмные, но я люблю их всей душой. Они мне так много дали и многому научили, чего, я уверена, не было у других бессмертных… Ведь отчасти именно благодаря им и придумался этот план по разрешению проблемы. Да и не могу я сейчас исчезнуть. Папе нужно будет восстановиться после операции, а маме потребуется поддержка, а если я пропаду, это может отразиться на них. Ну, и мне тоже потребуется немалая помощь, ведь я не простое бремя взваливаю на себя… Надеюсь, родители поймут меня и примут даже такой.
-Обязательно примут, - Люций улыбнулся. - Они тебя очень любят. Это, кстати, была одна из причин, почему я решил помочь с финансовым становлением. Рассматривался ведь ещё вариант, чтобы ты, повзрослев, получила деньги. Думал, создам какой-нибудь трастовый фонд, из которого будет выделяться сумма на твоё содержание. Но поняв, что приёмные родители у тебя хорошие, и увидев, что они делают всё из любви к тебе, решил вмешаться раньше, чтобы и они жили хорошо. Так что, думаю, здесь волноваться не стоит, особенно если ты расскажешь про наши недостатки в семейном плане.
-Да, как раз это и буду рассказывать первым, - ответила я, а потом, подумав, резюмировала: - Вроде всё. Теперь необходимо назначить дату и претворить план в жизнь.
-Мои парни со мной и будут готовы в любой момент, как только я с ними поговорю. Так что тебе всё решать, - заверил Люций, а затем спросил: - А что с учёбой будешь делать? Ты же понимаешь, что учиться в университете не сможешь.
-Вообще, наверное, смогла бы, потому что планирую нанять сейчас целый штат помощников, раз есть деньги, чтобы и по дому помогали, и с парнями. Но не вижу уже смысла получать профессию рекламщика и спеца по пиар технологиям. Мне больше понадобятся знания в экономической, финансовой и банковской сферах, поэтому чуть позже похожу на какие-нибудь курсы или снова пойду в универ на эти специальности, чтобы управлять своим состоянием. А сейчас на это не будет времени… Ох, чёрт, какая я быстрая-то! А самое главное не продумала! Куда сейчас привезти всех, во что обуть и одеть, как кормить, где спать укладывать! Ведь потом на это не будет времени… Блин, жизнь кардинально меняется, и теперь нужно многое учитывать, - задумчиво сказала я. - Не привезёшь же их потом сюда…
-Точно, - нахмурившись, согласился Люций.
-Ладно, может это и к лучшему, что придётся готовиться. У папы через два дня операция, и вряд ли я смогу нормально перенести этот день, да ещё так, чтобы уделять мальчикам внимание… Давай, я продумаю, как лучше поступить, а потом свяжусь с тобой.
-Давай. А я тогда пока всё объясню свои парням, - сказал он и поднялся. - Звони, если что, а я пока подготовлю тебе фотографии и портреты бессмертных.
Занятая своими мыслями, я кивнула Люцию, а затем проводила его до дверей, после чего прошла в комнату и, сев за стол, принялась составлять список вещей, которые понадобятся. Но это оказалось делом очень непростым. Ничего не зная о той сфере, в которую собиралась влезть, я начала просматривать специализированные сайты в интернете, и к вечеру голова уже шла кругом от необходимых вещей, а также я поняла, что родительская трёхкомнатная квартира будет мала для всех нас. Поэтому самым первым пунктом в делах обозначила съём или покупку добротного, большого дома.
Ложась спать, я чувствовала себя обессилевшей, но твёрдо знала, что поступаю правильно. “Так, завтра необходимо ехать в родной город, чтобы приготовить всё. А перед этим позвонить парням, чтобы усыпить их бдительность. Если они двинутся за мной и хоть что-нибудь пронюхают, могут всё понять, и тогда мои планы накроются медным тазом”, - засыпая, думала я и очень надеялась, что всё выйдет.
Следующие два дня пронеслись как один миг, потому что я крутилась как белка в колесе. Перед выездом я позвонила парням и сказала, что уезжаю в родной город, чтобы готовиться к сессии, а также попросила их не ехать за мной, грозя, что если они не послушают, то больше меня не увидят вообще. А для верности позвонила ещё и Люцию, попросив его проследить за моими ухажёрами, и если он поедут за мной, предупредить, а заодно и рассказала, чем буду заниматься. Люций заверил меня, что всё сделает, поэтому по родному городу я носилась, не боясь слежки, и успела всё сделать.
В итоге, к концу второго дня, была потрачена немалая сумма денег, но я точно могла сказать - не зря, и обходя пока снятый дом, с удовлетворением рассматривала покупки и улыбалась, представляя нашу жить с парнями и родителями.
“Следующий день предстоит напряжённым, и нужно выспаться… Господи, хоть бы всё получилось и с моими планами, и с отцовской операцией”, - молила я, вернувшись в родительскую квартиру и ложась спать.
Однако следующий день оказался не просто напряжённым, а выматывающим. Мама, перед тем как отца отвезли в операционную, набрала меня, чтобы я с ним поговорила, а затем потянулись мучительно долгие часы ожидания. Я то замирала, сидя в кресле, то вскакивала и начинала носиться по комнате, не выпуская из вида телефон, то старалась себя хоть чем-нибудь занять, а порой вообще хотелось биться головой о стену от переживаний или кричать от напряжения. А больше всего страх вызывали звонки мамы. Видя её номер, я до ужаса боялась отвечать, страшась плохой новости, и каждый раз с трудом выдавливали простое “алло”. Нормальное дыхание возвращалось лишь тогда, когда мама говорила, что операция ещё идёт, а значит, пока всё благополучно.
А первой реакцией на новость об удачном окончании операции и переведении отца в палату интенсивной терапии, были слезы облегчения, да таким потоком, что я долго не могла говорить и лишь мычала в трубку, слыша то же самое и от мамы. Но мы обе понимали, что операция это ещё полдела и впереди не менее выматывающее ожидание реакции организма папы на новую печень и иммуносупрессивную терапию.
В ту ночь, ложась в кровать, чтобы хоть немного отдохнуть, я уже молилась, чтобы печень прижилась, и папа как можно быстрее встал на ноги.
Следующие два дня, я переживала не меньше, чем в день операции, и каждый раз с замиранием сердца ждала новостей от мамы, не в состоянии даже выйти из дома. И помогало лишь одно - звонки то Гектора, то Давида, которые всячески вселяли в меня оптимизм, не забывая намекать на возможность своего приезда. Но разговоры о приезде я сразу пресекала, давая понять, что мне сейчас не до них.
Более-менее свободно я вздохнула на третий день после операции, когда отца перевели в трансплантационную палату, а врачи заверили, что процесс восстановления происходит даже быстрее, чем у большинства пациентов его возраста, а правильно подобранные дозировки лекарств действуют благотворно и, судя по всему, папин организм нормально воспринял донорский орган.
“Ну, что ж, значит, пора действовать и с парнями”, - подумала я вечером, после очередного разговора с мамой, и набрала номер Люция.
-Далила, всё нормально? - сдержанно спросил он, ответив на звонок.
-Да, папа уже в трансплантационной палате, и врачи говорят, что всё идёт хорошо. Поэтому я планирую завтра вернуться в город и начать нашу операцию.
-Кто будет первым? И во сколько начинаем? - деловито поинтересовался он.
-Гектор. С ним встречусь в восемь вечера, - отрывисто сказала я. - Ты всё подготовил?
-Да. Но время… Слишком рано. С Давидом проще - у него частный дом, а вот Гектор живёт в квартире, и сама понимаешь, не так просто…
-Понимаю, - прервав, сказала я. - Но у нас будет время. Хочу Давиду отдать кое-какой должок. Вернее, соблюсти баланс. Как только с Гектором всё будет готово, я впущу вас в квартиру, а сама уеду к Давиду. Как раз к моменту, когда решу вопрос с ним, весь дом Гектора заснёт, и вы без проблем всё сделаете, а потом заедете за мной с Давидом.
-Хорошо, так подойдёт. Снотворное купила или мне приготовить?
-Куплю сама.