Но прийти к какому-то решению я не успел – не дойдя до меня буквально шагов пять, незнакомка резко свернула и направилась к выходу. Я выдохнул, но в голове зароился ряд новых вопросов.
Приглашение было недвусмысленным, но для вида я посидел еще минут пять. Допил воду, неожиданно обнаружив, что горло пересохло, отодвинул посуду и только потом вышел на улицу.
Девушка ждала меня под факельным столбом, стоящим возле забора. Капюшон она сбросила, и теперь я мог разглядеть как она выглядела. Рыжие волосы, неровно обрезанные чуть выше плеч, довольно правильное лицо, которое немного портили только рассыпанные вокруг переносицы веснушки, не очень, впрочем, крупные, да линия рта, чересчур жесткая для девушки. Глаза, впрочем, остальные недостатки вытягивали, раньше я такой чистый цвет видел только у своих соплеменников. Сейчас они задумчиво, пожалуй, даже слишком задумчиво, я заподозрил игру, смотрели на пламя факела.
Я подошел и встал рядом, за корпусом положив руку на рукоять Алистерова клинка. Уж не знаю, кем была эта рыжеволосая, и почему она меня не сдала, но не доверял я ей ни на медную монету. Хотя, вру. Кое-какие подозрения о ее личности у меня появились.
- Что мне делать, Страж? – неожиданно обратилась она ко мне, заставив вздрогнуть. Я настолько настороженно наблюдал за движениями, что забыл о самой возможности того, что драки не будет. Голос, кстати, был приятным, довольно мелодичным, и при этом не слишком высоким. И еще я моментально понял, почему вечером она отделывалась короткими фразами. Уже на третьем слове прорезался сильный орлессианский акцент и рыжая начала глотать окончания. Подозрения превратились в уверенность. Ну здравствуй, Соловей. – Создатель требует от меня одного, а мой долг перед родиной – другого.
Я опешил. У нас что, сеанс душеспасения? Открыл рот и осторожно проговорил
- Творец, узри меня, коленопреклоненную, ибо иду я лишь там, где Ты велишь мне.
- Стою лишь там, где Ты даровал благословение. Пою лишь теми словами, что Ты вложил в мои уста – продолжила она Песнь Света.- Молитва Андрасте, строфа вторая. – И, сделав паузу, добавила. – Это теория.
Снова наступила тишина. Рыжая, судя по всему решала можно ли иметь со мной дело, или стоит по тихому прирезать, забрать бумаги, и вернуться в Орлей несолоно хлебавши. (Хотя, это как посмотреть, но вряд ли она знает о писульке Алистера) Но вот слова про Создателя в схему немного не вписывались.
- Где бастард?
- Мертв.
Она покивала, ничем не показав своего удивления, и огорошила меня во второй раз.
- Меня зовут Лелиана. Я пойду с тобой.
У меня почему-то ни тени сомнений не возникло в том, как это понимать. Это было не «Я отведу тебя в Орлей». Эта Лелиана имела в виду именно то, что сказала.
Я прокашлялся.
- Во-первых, рыжая, не знаешь ты, куда стопы свои я направляю – от удивления я даже снова начал говорить как Морриган.
- В Редклифф – все так же отстраненно, что меня уже начинало подбешивать, озвучила девушка довольно очевидный факт. Изменившуюся манеру речи, она словно вовсе не заметила. – А во-вторых?
- А во-вторых, с чего взяла ты, будто… кто тебе сказал такую глупость?
- Ты отказываешься?
- Само собой я отказываюсь! – Я даже развеселился. – На мне и так порядком преступлений, тебе не кажется? Не хочу добавлять к ним компанию вражеской разведки. Не говоря уже о том, что ты в любой момент можешь меня прирезать, Соловей. – Я перевел дыхание и добавил. – Так что, давай-ка, ты вернешься в Орлей, бумаги так и быть можешь забрать, они у меня, а я пойду по своим делам.
Конечно, не все. Но грамоту Селины пусть забирает, она мне не просто без надобности – носить с собой такую штуку дико опасно.
- Убивать архидемона?
- Убивать архидемона.
Да, смешно. Но такой вот я, мать его, будущий спаситель мира. Герой-бессеребренник.
Опять вру. Просто выбора у меня нет. Либо меня ловит Логейн и вешает на ближайшем суку, а пол-Ферелдена отправляется в могилы от рук порождений. Либо эта чудная Лелиана или кто-то из ее приятелей вскрывает мне горло, а пол-Ферелдена отправляется в могилы от рук орлессианцев. Ну, либо я собираю армию, убиваю крылатую тварь, и все это дерьмо, которое заварил Дункан на пару с дражайшей Селиной, как-то разрешается. А я – о чудо, остаюсь в живых.
Она наконец-то оторвалась от своего долбанного факела и посмотрела мне в глаза. Теперь это была вода. Мягкая и тяжелая река. Я подавил завистливый вздох – мне бы так. Логейн бы меня простил на раз-два. Еще и баннор какой-нибудь отвалил бы сверху.
- Я не вернусь в Орлей. И я прошу.
Я окончательно перестал что-либо понимать. Это что – государственная измена? Похоже на то, но с чего вдруг? Вряд ли рыжей настолько глянулась моя ушастая рожа, правда ведь?
- Мне было видение.
А. Ну что ж, это все объясняет. Соловей просто сумасшедшая. Я на всякий случай отодвинулся подальше и осторожно уточнил.
- Поясни.
- Я не безумна – девушка отвернулась обратно. – Вас было четверо. Ты и трое других с плаката. Вы бились в замке, в библиотеке. Алистер был ранен. Еще один убежал, и его застрелили. Остались ты и лучник.
Она снова посмотрела на меня. Мои брови, которые было насмешливо приподнялись после слов про плакат, опустились обратно.
- Потом появилась женщина. Нет – перебила себя рыжая. – Появилось оно. И вы пошли за этим.
- Хватит – прервал я ее. – Верю.
- И голос сказал – иди за ним – закончила Лелиана. – Я следую Его воле. И я прошу.
Я задумался. Не то, чтобы я не верил в Создателя, но лично мы с ним незнакомы. В отличие от некоторых других, хм, персонажей. И я готов был руку, а то и голову, заложить, что следует Лелиана воле отнюдь не того, о ком поется в Песне Света. Но девушка, мне, во-первых, не поверит, даже если я ее вдруг решу просветить, а во-вторых – оно мне надо?
Нужен ли мне второй клинок? Тупой вопрос – мне их нужны десятки. Попытается ли она меня убить? Честно говоря, один шанс из тысячи. Даже если рыжая вдруг разочаруется в этом своем «видении» и захочет дать задний ход – ей таких выкрутасов в любом случае не простят, измена есть измена. К тому же, если ее направила ко мне М-мать ведьм… до сих пор от нее подстав не было.
- Ты настолько набожна? – все еще сомневаясь, спросил я.
- Он говорил со мной – просто ответила Лелиана.
Я глубоко вздохнул и решился.
- Нет.
И тут я опешил в третий раз. Я ожидал чего угодно вплоть до клинка в ребра, и уже прикидывал куда буду прятать тело. Но никак не того, что рыжая начнет плакать. Слезы как по команде хлынули ручьем, что примечательно в полной тишине, что только усиливало эффект. Мне даже стало жутковато.
И что прикажете делать? Я даже было дернулся, но вовремя остановился – успокаивать ее явно было не самым умным решением.
- Возвращайся в Орлей.
- Пожалуйста.
- Фен-Харел, нет! – я наконец-то разозлился, что за дурдом! Еще у меня орлессианские шпионы на плече не ревели. – Я уже все сказал, вали к себе за горы! Мы и без вас разберемся. – Не смог удержаться от соблазна и добавил. – Скажи спасибо, что я тебя вообще не убил!
И с этими словами я повернулся и направился к трактиру. Дура сумасшедшая! По-хорошему, горло бы ей перерезать. Но не в центре же Лотеринга. Да и демон с ней. Сдать меня она не сдаст, убить точно так же не сможет, да и не хочет, как видно, а завтра меня здесь уже не будет, и гори эта Лелиана синим пламенем.
- Когда ты уходишь? – спросили меня в спину.
- Завтра днем.
На самом деле я планировал свалить еще до рассвета. Тихо пришел, тихо ушел, и никто меня не видел.
Кто-то в это поверил? Я – да. Наивный идиот.
Я сделал шаг на ступени и потянулся к ручке двери. Взяться за нее не успел – дверь распахнулась, и оттуда буквально выпало в дребезги пьяное тело. Выпало прямо на меня, обдав диким перегаром и уронив нас обоих в грязь. Мой капюшон слетел.