- И ваш Совершенный выбрал королевой Орзаммара Середу из благородного дома Кэл-Зарит Легион Мертвых. Там написано. Это четыре и все.
Я обвел их тяжелым взглядом.
- Возражения?
В зале царила мертвая тишина.
- Возражений нет. – Запрокинул голову к потолку и рявкнул – Да здравствует королева!
Уронил голову обратно.
- Где мои люди?
- Страж, вы, без сомнения…
- Где, ты, сука благородная, мои люди?!
- В гостиных залах.
Я развернулся и направился к выходу из зала. Обернулся на пороге. Подошел к Селине, посмотрел прямо в глаза. Очень, надо сказать, спокойные глаза – с момента моего появления львица не сказала больше ни одного слова и сейчас – уже взяла себя в руки. Считала. Прикидывала. Коротко врезал в лицо и повернулся к своим гномам.
- Огрен, быстро до казарм Легиона и тащи их сюда. А ты – попробуют отобрать табличку – руби их к демонам.
Сигрун серьезно кивнула.
*
Я, нетерпеливо притопывая босой ногой, все-таки дождался легионеров, и только после этого направился наружу. Гномы старались в мою сторону не смотреть и вообще делать вид что меня здесь нет, а молчат они просто потому что им так хочется. Впрочем, много времени ожидание не заняло. Огрен спрыгнул что ли через все ярусы?
Что там дальше решит Совет меня не интересовало. То есть, я знал что они решат. Поорут друг на друга, выясняя кто виноват. Вырвут пару бород. Допросят легионеров, выискивая нестыковки в их фантастическом рассказе. Но в конце концов смирятся. Тот самый сложившийся уклад, который меня так злил и не даст им пойти против. Я выиграл на их поле, и выиграл честно. Это не был переворот, хотя, было похоже. Когда успела уйти Селина, размазывавшая по лицу кровь из разбитого носа, я не видел. Оно и к лучшему, а то я и вправду стану цареубийцей, в довесок к прочим моим сомнительным титулам.
К выходу я почти бежал, затормозив только перед самыми воротами. В голову пришла здравая мысль, что если снаружи день – я могу запросто ослепнуть. Это стоило уточнить у стражников. Снаружи действительно светило солнце, так что я благословил свою предусмотрительность и замотал глаза тут же полученой тряпкой.
До гостиных залов меня довели держа за руки. Едва оказавшись внутри, я тут же избавился от повязки. Тут были окна, но гномьи – узкие и высокие, света в них проникало совсем немного. Глаза резануло, но терпимо.
Я открыл дверь. Обвел помещение взглядом. Они были здесь. Все. Храмовники. Беженцы. Орлессианцы. Никто не ушел. Я узнал одну женщину, кажется Сьюзан. А это Арчи, ее муж. Мелькнуло лицо Шеймуса. И того молодого охотника из эльфов – Аризеля. Сердце подскочило куда-то к глотке – я заметил стэна.
Сначала ничего не произошло. Потом на меня обратил внимание один человек. Второй. Еще трое. Разговоры стихали один за другим и вскоре воцарилась воистину мертвая тишина.
- Где? – поинтересовался я.
Меня не поняли.
- Рыжая где?
- Кейт? – недоверчиво спросил кто-то.
Вопль меня почти оглушил. Она вышла из боковой двери, наверное, проверить почему вдруг стало так тихо и наткнулась своимим синими… синими-синими. Я забыл какие они.
Я едва не улетел обратно в дверь. Лелиана хваталась за что придется – за плечи, за уши, за волосы. Щупала лицо. И не прекращая ревела.
- Живой. Создатель, спасибо! Спасибо!
Я сжал ее так, что захрустели ребра. Но рыжая не возражала.
- А ты крепче чем кажешься, юноша.
Поднял глаза и увидел поверх плеча барда улыбающуюся Винн.
Выпутался из цепляющихся за меня рук Лель и крепко обнял целительницу.
- Скажи, что ты в меня верила.
- Ох, Страж! – смутилась женщина. – Я сразу предсказала что ты вернешься.
Я хохотнул. Намек был довольно прозрачен.
Потом меня замолотили по плечам вообще все подряд. Антоин от восторга что-то лопотал по орлессиански. Тяжело ступая подошел стэн. Смерил меня взглядом, прошелся по шрамам и заключил.
- Мы должны сразиться.
Тут мне резко поплохело, но я выдавил из себя нервный кивок. Перед глазами сразу всплыло с хрустом ломающееся драконье крыло. Это была определенно плохая идея.
- Винн, здесь есть зеркало?
Зеркало нашлось, но лучше бы я не спрашивал.
- Митал Защитница… – выдохнул я, оказавшись перед требуемым предметом, и пробежался изуродованными пальцами по лицу. Это тоже была плохая идея. Я действительно был седым. Полностью. Создатель, мне нет еще и тридцати, а я седой как лунь. Все тело в шрамах. Руки, ноги. На груди плотная сетка, такая же на спине. Тощий как смерть. Скелет, перевитый жилами.
Лицо? К моей узнаваемой метке добавилась вертикальная полоса на правой щеке и неровная лепешка на подбородке.
Красавец. И это Лелиана обливала слезами? Я в который уже раз задался вопросом, что же орлессианка во мне нашла. Я – понятно, но бард? Красавица, умница, у…убийца. Поет хорошо, опять же. Я потер шрам и встряхнул головой. Мне же лучше. Женщины, кто их поймет вообще.
- Они испугались – прошептал я чуть позже, лежа в кровати (деревянной) и глядя в темный потолок. Пальцы сами по себе перебирали волосы рыжей. Пока меня не было, те вымахали до середины спины, и в них тоже появилась седая прядь. – Милостивый Создатель, они просто испугались.
Меня же могли порубить в кашу – с запозданием понял я. Утыкать болтами как ежа. Запросто. Сколько там было стражи? Душ тридцать? Сорок? Просто никто такого не ожидал. Будь хоть у кого-то из них хоть чуть-чуть больше решительности, и я бы лежал в гробу, а не здесь, обнимая Лелиану.
Можно же было сделать нормально, как я сперва и собирался – привести себя в порядок, прийти к Бана…Буно…как там его. Но когда я увидел улицы Орзаммара, чистые, мирные улицы – меня сорвало. В голове я еще не вышел с Троп. Они только сейчас медленно начинали меня отпускать. Очень медленно.
- Это я испугалась – шепнула Лель и коротко сжала мое плечо. – Ты даже не представляешь как.
Пожалуй, что представляю, солнце.
- Когда ты пропал, я чуть с ума не сошла. Мы неделю просили Совет послать экспедицию на твои поиски, но нам отказали. Я хотела отправиться сама, но меня Винн не пустила. Сказала, что ты тогда убьешь их всех когда вернешься.
- Пророчица у нас молодец. Слушай ее, она умная.
- А если бы ты…
- Тш. Все, я тут. И никуда не денусь.
Она приподнялась, уперевшись мне в грудь. Блеснула глазами.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Она улеглась обратно, положив голову на плечо. Пробежалась мне пальцами по лицу и буркнула
- Еще я хотела Белена убить, но меня стэн поймал.
Коронация прошла через четыре дня. Очень тихая и совсем не помпезная. Меня не позвали, что было к лучшему. Выслушивать цветастые благодарности у меня не было никакого желания, боюсь, я бы опять сорвался.
Головы полетели на следующий же день. Первым на плаху отправился Белен, вторым Банарад, дальше какие-то неизвестные мне типы. А вот Харроумонта Середа трогать не стала, заработав в моих глазах немного уважения. Такой изобретательный парень королеве мог пригодиться, на самом-то деле идею я нагло украл у лорда.
Орзаммар начал оживать. Сперва это было не столь очевидно – я не знал как тут все было до смерти Эндрина, но вскоре не замечать стало невозможно. На улицах появилось куда больше народу. Открывались лавки. Я теперь понимал о чем говорил Бодан – в Орзаммаре действительно было неспокойно.
Сам купец заглянул к нам пару раз, поделился какими-то своими новостями, припомнил пару забавных историй. Мы неплохо посидели за кружкой того самого грибного эля. Хотя, между нами – гадость редкостная.
Еще заглянули Сигрун и Огрен. Гномку пришлась по душе Лелиане и они трепались о чем-то своем часа полтора, а Огрен, к которому я присоединился, не желая слушать женские разговоры, в это время вовсю веселился с храмовниками. В своем стиле, но ребята грубоватый юмор рыжего оценили.
Меня упорно пытались развести на историю моих похождений на Тропах, но я не менее упорно отнекивался. В моем изложении это звучало как «побродил-встретил легионеров-нашел каридина-вернулся». Несколько больше знала Лелиана, но и ей я не рассказывал всего. Ни к чему это ей, девушка и так до сих пор иногда хватается за руку – просто проверить настоящий я или нет. Не хочу чтобы рыжая по ночам орала от ужаса.