У нее задрожали руки.
— Прошу, не заставляй стрелять в тебя.
— Не стану. — Он ударил Джоси по руке, выбивая пистолет, который ударился о стену. Послышались звуки сирен. Подавшись вперед, Шейн схватил Джоси за руку и закинул себе на плечо.
— Эй! — закричала она, пиная его под дых.
В животе взорвалась боль. Шейн крепче обнял Джоси за бедра и умчался в ночь. Джоси сопротивлялась, пока он маневрировал между деревьев и веток. Притормозив у импровизированной спальни, он схватил спальный мешок и продолжил бежать.
Внезапно Джоси напряглась, втянула воздух и завопила, что было мочи. Ее крик эхом разнесся по тихому лесу. Будь все проклято. Шейн спустил Джоси с плеча, прижал к стволу дерева и накрыл рот ладонью. Голубые глаза Джоси смотрели на него с яростью.
— Ангел, один шанс. — С визгом шин у дома остановилась машина. Джоси прикусила ладонь Шейна. — Джоси. — Он сильнее прижал руку, хотя знал, что убьет себя, если сделает ей больно. — Нам нужно убраться отсюда, — прошептал он, внутри просыпался гнев. — Либо ты меня слушаешь, либо я тебя вырублю, но в любом случае, мы уйдет вместе. — Он позволил каждой унции решимости и угрозы отразиться в глазах.
Она направила колено к его яйцам. О-о-о, нет, ни в этот раз. Он протиснул ногу между ее, обездвиживая Джоси. Если она хотела помериться силами, на здоровье. Он вжался бедрами, обтянутыми джинсой, к ее сердцевине, скрытой лишь легким хлопком белья.
— Уверена, что хочешь драться со мной?
Она нахмурилась.
— Не думаю, что ты меня вырубишь.
У него замерло сердце. Не этого он ожидал. Значило ли это, что она ему доверяла? На каком-то уровне?
— Ошибаешься. — Он сжал пальцы. — Ради того, чтобы увести тебя от опасности, спасти тебя, я пойду на все. — Он изо всех сил сохранял безразличие на лице.
Джоси улыбнулась.
— Тогда, вперед. — Набрав в легкие воздуха, она открыла рот, чтобы закричать.
Он прижался губами к ее, проглатывая крик и лишая воздуха. Затем скользнул в ее рот языком, приглашая ее язык на танец. В его теле пробудилась страсть. Член Шейна налился кровью, натянув ширинку джинс, желая вырваться на свободу и оказаться в Джоси. Немедленно.
Шейн собирался овладеть Джоси, вкусить ее, дразнить, почувствовать, как она дрожит в его руках. Углубив поцелуй, он смаковал её вкус, ища ответы и освобождения. Освобождения от дикого желания к этой маленькой женщине, так похожей на ангела и пробуждающей в нем дьявола. В глубине души, несмотря на то хороший он парень или плохой, Шейн знал, если он один раз займется сексом с Джоси, больше не сможет ее отпустить. Внезапно, ему стало все равно хороший он или плохой.
Крики, донесшиеся из дома, вернули в реальность. Их окружала опасность.
Шейн поднял голову.
— У нас нет времени на это. — Просунув палец в дырочку на футболке, Шейн потянул, отрывая ткань.
Джоси нахмурилась.
— Эй…
Лоскутом ткани он связал ей руки.
Джоси начала вырываться, ударила Шейна по колену. Он оторвал еще лоскут и связал ей рот. В ее глазах отразилось удивление, а затем они заблестели от неприкрытого, чистого гнева.
Шейн вновь закинул Джоси себя на плечо, она брыкалась, выбивая из него тихие охи. Храбрая женщина. Она вновь его пнула, и Шейн укусил ее за бедро, во рту взорвался вкус клубники.
— Прекрати. — Он крепко обхватил ноги Джоси, чтобы она его больше не ударила.
Кляп приглушил ее ответ, но тон сочился яростью.
Захватив спальный мешок, Шейн направился вглубь леса в сторону старой лесовозной дороги, на которой ждал, угнанный ранее, грузовик.
Джоси продолжала брыкаться, мыча через кляп проклятия. И пару угроз смерти.
Женщины. С ними тяжело иметь дела. В голове всплыли воспоминания. Голос женщины: «Если имеешь дело с женщиной, одетой или голой, обольщение самый верный способ. Получишь информацию и доверие». Обольщение? У Шейна возникло неприятное ощущение, что его обучали не только рукопашному бою.
Он немного ослабил хватку. Применял ли он этот способ на жене? Была ли Джоси просто очередным заданием? Она сильно пнула его в живот.
Шейн почти согнулся от боли. Вероятно, лучше бы её вырубить.
— Ты пожалеешь, что я в сознании. — Джоси, как рыба, ворочалась на кровати, пытаясь вырваться из спального мешка. Ублюдочный Шейн связал ее, а затем засунул в мешок и пристегнул на заднем сидении Форда, на котором они ехали два часа. Он привез её в задрипанный мотель за три округа.
Она скинула и отпихнула мешок, не заботясь о том, что ее ноги голые.