— Не скажу.
— Северус…
— Не сейчас, — он обхватил мои щёки ладонями и поцеловал глубоко и со вкусом, — я страшно устал. Идём в постель.
— Скажи хотя бы, кто автор статьи, — попросила я, не препятствуя его руке, властно обхватившей мою грудь.
Он оставил ряд влажных поцелуев на моей шее, прежде, чем выдохнуть:
— Алисия Спиннет.
Я оттолкнула его руки, тянущие вверх мою майку.
— Что?! Алисия? Но… она же… она работала со мной, я же… мы так хорошо общались и…
— И ты ушла, оставив вместо себя не её, — протянул Снейп почти весело, — а женщины страшны в гневе… Тебе ли не знать. Алисия из кожи вон лезла, а ты её не замечала. Они с будущей миссис Уизли столкнулись у Фортескью, где от души перемыли тебе косточки. Парвати имела неосторожность выложить подробности нашего, так сказать, романа, обиды несчастного Рональда и траура всего рыжеволосого семейства. Так что… это просто… ответ на твою неблагодарность и предательство.
Я застыла на месте, хватая ртом воздух.
— Что, дорогая? Нечего сказать? — Северус хищно ухмыльнулся. — Коли мы всё выяснили, пережили твою реакцию и осознали, что мы не в ссоре, идём в кровать. Я постараюсь тебя утешить… парой приятных нам обоим способов.
— Я думала, что люди меня любят, — глухо произнесла я, закрыв лицо руками.
— Люди, как правило, тебе завидуют, — Северус запустил пальцы в мои волосы, перебирая кудрявые пряди, — ты умна, красива, героиня войны, подруга мальчика-который-выжил, лучшая ученица Хогвартса за последние пятьдесят лет…
— И любовница Ужаса Подземелий, двойного шпиона и самого сильного мага после Воландеморта и Дамблдора… — уныло пробурчала я, опуская руки.
— Мне не нравится это слово.
— Какое? Ужас подземелий или двойной шпион?
— Любовница.
— Почему? — спросила я.
Снейп прижался губами к моему уху, шепча:
— Оно не отражает всей сути.
========== 28. Решимость ==========
Потрясение на лице Гермионы, так отреагировавшей на какую-то паршивую газетную статейку, полоснуло меня, словно ножом. Она что, не понимает, что это неважно? И что я со всем разберусь? Я совсем не ожидал, что она вспыхнет от какого-то моего замечания и выскочит из дома так, словно за ней гонятся пикси. Мы до этого ни разу не ссорились, и я понял, что не знаю, как мне себя вести. Что же. Будем решать проблему, наверное, Грейнджер просто нужно время подумать. Побудет с Роуз, успокоится. От Поттера прискакал серебряный олень, сказав, что он ждёт меня в своём кабинете в аврорате, и что статью он читал. У меня уже были версии, кто мог такое сотворить, поэтому я поспешно допил кофе и вышел на воздух. В лаборатории хранились старые документы времён Хогвартса — какие-то сочинения, работы по зельям и эссе о противоядиях — я так и не нашёл времени их выбросить. Я выудил три штуки, надписанные женскими почерками и отправился в аврорат.
— Что это ещё за вздор, сэр? — едва завидев меня, растрёпанный Поттер вскочил со стула. — Вы же не… вы и Гермиона не… в школе…
Я картинно закатил глаза.
— Даже отвечать на такое не буду.
— Простите, — смутился начальник аврората, — сам не знаю, что говорю. У вас есть план?
Я приподнял брови.
— Разве я пришёл бы просто так, мистер Поттер?
Картинно вытащив из карманов мантии три опуса, похожих по изложению на злосчастную статью, я разгладил пергамент.
— Итак. Алисия Спиннет, Сьюзен Боунс или Парвати Патил. Я ставлю на первых двух, так как они работают в аврорате, значит, могут завидовать мисс Грейнджер и её карьере. Но мисс Патил знает всю эту историю почти из первых уст, поэтому…
— Думаете, что инициатор статьи — она, а написавший её просто желал Гермионе неприятностей? — пробормотал Поттер, и я изумлённо посмотрел на него. Надо же. Умеет делать верные выводы, когда хочет.
— Браво. А теперь или мы вызываем виновниц сюда и допрашиваем с пристрастием или… сымпровизируем, — задумчиво сказал я.
— Как?
— Дайте мне бумагу и перо, — попросил я.
Через полчаса были готовы две одинаковые записки, и ещё одна с просьбой поделиться чем-то более пикантным для следующей статьи — для мисс Патил. Я решил, что встречу можно организовать в «Кабаньей голове» — народу меньше, Аберфорт болтать не станет, да и никто обычно не заходит туда выпить чаю и поболтать, а значит, предполагаемо грязные делишки обстряпывать именно там — самое оно. Поттер будет под мантией невидимкой, я же исполню свою излюбленную роль — мучителя и злобного профессора. Жаль, что я не надел утром тот самый сюртук, пугающе-знакомая внешняя атрибутика быстро развязала бы сплетницам языки.
Поттер странно на меня косился и у него на языке явно вертелось что-то.
— Говорите уже, нечего прожигать меня взглядом, — не выдержал я.
— Если бы вы с Гермионой поженились, то не было бы больше никаких поводов сплетничать и все бы быстро о вас забыли! — выдал этот наглец.
Я выронил перо.
— Не многое ли вы на себя берёте? — прошипел я.
— Гермиона — одна из моих самых близких людей, сэр. Я люблю её как сестру и её благополучие для меня — не пустой звук. Ваши отношения, конечно, это личное, но я должен знать, собираетесь ли вы что-то предпринять… Роуз через несколько лет идти в Хогвартс, уверен, что вы не хотели бы, чтобы дочь дразнили… только из-за того, что её родители не женаты, — смело выпалил Поттер.
— Вы у нас что, поборник морали? — спросил я насмешливо, но внутри что-то неприятно заныло от того, что мальчишка был абсолютно прав.
Волшебный мир — довольно консервативное сообщество, здесь не принято открыто крутить романы или изменять, разводы тоже до сих пор осуждаются, как что-то из ряда вон. Некоторые, особенно пожилые волшебники, живут так, словно на дворе времена, когда само слово развод или адюльтер было едва ли не ругательством. Я, разумеется, подумывал, что сделать предложение возлюбленной и матери моего ребёнка будет правильно, но не хотел давить на Грейнджер. Чтобы она не подумала, что я делаю это только ради Роуз. К тому же, какой из меня муж? Кроме не слишком счастливого примера родителей, я знал только одну пару. Но они прошли через многое, и сохранили свои чувства, в отличие от Эйлин и Тобиаса Снейп.
Малфои.
Я решил, что заеду к Нарциссе после вычисления злобной авторши статьи. Попрошу совета. На худой конец, выслушаю, что я идиот и что даже соваться к Гермионе с кольцом не стоит. Да, она сказала, что любит меня, да, у нас всё было в порядке, но сомнения грызли меня каждый день. Что, если это всё временно? Что, если её влечение ко мне остынет, и она поймёт, что найти кого-то получше, это отличная идея? За моей прекрасной ведьмой сразу выстроится очередь, я был в этом твёрдо уверен.
К назначенному в письмах времени мы с Поттером устроились в дальнем углу трактира, вглядываясь в дверной проём и ожидая тех, кто придёт на встречу. Я накинул на себя лёгкие отвлекающие внимание чары, начальник аврората притулился в уголке в мантии невидимке и сердито сопел, видя, как я отдаю должное чашке свежезаваренного эрл грея.
Наконец дверь открылась и женская фигура проскользнула в трактир, воровато озираясь по сторонам. Я приподнялся с ехидной ухмылкой, в два шага пересекая расстояние между нами и хватая гостью за локоть.
— Мисс Спиннет, какой неприятный сюрприз! — прошипел я.
Девушка вздрогнула, силясь вырваться и глядя на меня огромными испуганными глазами.
— Нет уж, — я потащил её к столу, — извольте сесть и выпить со мной чай с капелькой сыворотки правды. Или так расскажете, как вы состряпали прелюбопытнейшую статью о моей частной жизни?
— Что? — слабым голосом пролепетала Алисия. — Я ничего не делала! Отпустите немедленно!
Я толкнул её на стул.
— Я настаиваю, мисс Спиннет.
Дверь снова отворилась, явив мне Парвати Патил. Что ж — я не ошибся, это был заговор двух озлобленных женщин. Усадив невесту Рональда Уизли рядом с её наперсницей, я поинтересовался:
— Итак, чей это был план? И чего вы намеревались добиться?
Патил, дрожа от страха, стискивала ладони между колен, Спиннет же смотрела на меня зло.