— Максим... — голос Наташи дрожал. — Ты слышала, что с ним случилось?
Моя рука замерла на клавиатуре. Странное чувство тревоги охватило меня, словно я уже знал, о чём они говорят, но не хотел это признать.
— Он... умер, — тихо ответила одна из коллег. — В его квартире нашли... Тело было… жуткое, опухшее до неузнаваемости. Говорят, что его живот... Господи, это так страшно... Он был таким раздутым, будто вот-вот лопнет.
Я почувствовал, как холодный пот проступил на лбу. Мир вокруг начал сжиматься, как это часто бывало в моменты сильного стресса. В голове тут же всплыли те слова, что я прошептал вчера в туалете. Проклятие. Это было невозможно, просто случайное совпадение... или нет?
— Живот был белым, словно кожа стала почти прозрачной, — продолжала Наташа. — Одна из соседок сказала, что даже не смогла его узнать. Всё его тело было покрыто ужасной отёчностью, будто он умирал долго и мучительно. Они до сих пор не могут понять, что с ним произошло. Полиция говорит, что это была какая-то странная форма аллергической реакции, но... — она вздрогнула, — это просто кошмар.
Моё сердце колотилось так сильно, что казалось, будто оно готово вырваться из груди. Я вдруг ощутил странное удушье, будто в комнате не хватало воздуха. Максим, живой и насмешливый ещё вчера, теперь был мёртв, и обстоятельства его смерти казались чем-то из кошмаров.
Я вспомнил его смех. Вспомнил тот момент, когда я стоял в туалете, как произнёс те страшные слова: «Пусть они страдают». Теперь его больше не было. Моя ненависть — это не могло быть случайностью, не так ли?
Мои пальцы задрожали, и я ощутил, как что-то тёмное снова завладевает моими мыслями. Те голоса, те шёпоты, которые звучали вчера, вернулись, но теперь они были громче, яснее. Они обещали силу, они обещали наказание для всех, кто смеялся надо мной.
— Ты слышал? — неожиданно обратилась ко мне Наташа, подойдя ближе. Её лицо было бледным, а глаза полны ужаса. — Максим... его больше нет.
Я кивнул, чувствуя, как что-то ледяное захватывает мою душу. В глубине сознания я уже знал, что это не просто совпадение. Наташа замерла на мгновение, пристально глядя на меня, словно ожидая какой-то реакции. Её глаза метались, как у животного, загнанного в угол. Было ясно, что она не понимала, что происходит, но её тревога передавалась окружающим.
— Ты... ты ведь общался с ним вчера, да? — её голос дрожал, она пыталась скрыть это, но слова выдали её.
Я с трудом кивнул, избегая её взгляда. В голове звучали обрывки её фраз, детали смерти Максима эхом повторялись снова и снова. Опухшее до неузнаваемости тело. Вздутый живот, будто вот-вот лопнет. Прозрачная кожа. Всё это казалось нереальным, жутким, словно сценой из ужасающей картины, но я не мог избавиться от мысли, что именно я стал причиной этой смерти.
— Да, — ответил я, стараясь держать голос ровным. — Мы разговаривали. Но я не знаю… что с ним случилось.
Наташа вздохнула, но не сводила с меня глаз. Было ощущение, что она вот-вот что-то спросит, но страх сковывал её.
— Это так странно, — наконец прошептала она, чуть отступив назад. — Он выглядел... в порядке. Ты ведь знаешь, каким он был. Всегда таким... нахальным. — Её голос оборвался, и она перевела взгляд куда-то в сторону, словно воспоминания о Максиме оживали у неё в голове.
Но я уже не слушал её. Внутри меня росло какое-то странное ощущение — смесь вины и власти. Те шёпоты, которые я слышал вчера, теперь обволакивали моё сознание более плотно. Они подталкивали меня вперёд, словно призывая не останавливаться.
Слова, которые я произнёс в гневе, были не просто пустыми угрозами. Я чувствовал это. Внутри меня поселилась тьма, которая только ждала возможности вырваться наружу. Но что это за сила? Почему я, произнеся проклятие, стал его исполнителем?
Пока я пытался разобраться в собственных мыслях, телефон на столе громко завибрировал, выдернув меня из этого странного состояния. На экране высветилось уведомление новостного канала.
«Загадочная смерть мужчины в центре города. 30-летний Максим В., найденный вчера вечером в своей квартире, скончался при странных обстоятельствах. Полиция продолжает расследование. Тело мужчины сильно деформировано, и врачи не могут пока установить причину смерти. Эксперты считают, что это мог быть редкий случай анафилактического шока, но никаких подтверждений пока нет. Тело пострадавшего обнаружено в крайне необычном состоянии — сильный отёк и вздутие живота, что вызывает дополнительные вопросы».
Я уставился на экран, сердце заколотилось так сильно, что мне казалось, его стук эхом отдаётся в комнате. Всё вокруг меня сжалось в точку, будто это известие было конечной чертой, которую я не мог переступить.