«Яфру, — позвал его журналист. — Как ты себя чувствуешь?»
«Превосходно. Просто замечательно», — с блаженством ответил тот.
«А почему здесь вся трава погибла?» — спросил Герон.
«В таком сильном энергетическом поле не может существовать ни один живой организм».
«А как же я?» — удивился журналист.
«Тебя я прятал в себе, — улыбнулся Яфру. — Мы с тобой временно как бы местами поменялись».
«У тебя появилось новое ожерелье», — разглядывая его, заметил Герон.
«Я собрал на Дагоне все свои камни, — довольным голосом произнёс Яфру. — Соединил все части в одно целое и теперь, — добавил он, смеясь, — я неуязвим, как бог».
«И тебя уже не пугает встреча с Нарфеем»?
«Я и раньше этого не боялся. Просто теперь я знаю, что уже не пропаду во Вселенной. А что касается Нарфея, то он всё равно может изгнать меня с этой планеты. Он победил в трудной и честной борьбе и Дагона принадлежит ему на все оставшиеся времена».
«А как же Армон?» — растерянно спросил журналист.
«Армона изгнали за некорректное поведение. Он применил недозволенный приём, благодаря которому на Дагоне могли исчезнуть все живые существа».
«Значит, в церквях молятся несуществующему богу?» — ахнул Герон.
«Да, это так. Но в этом нет ничего ужасного. Человечество развивается, выполняя своё предназначение по отношению к Высшему Разуму. А кому оно при этом молится — нет никакой разницы. Придёт время, и люди узнают всю правду о себе и своих богах. Нарфею это хорошо известно. Для него главным является то, что человек развивается в нужном и правильном направлении. Цивилизация на Дагоне находится на уровне развития грудного младенца, которому безразлично кто перед ним стоит — царь или пастух, а лучшим предметом на свете для него является яркая и звонкая погремушка».
Яфру замолчал. Молчал и Герон, пытаясь осмыслить новую информацию.
«Голова не кружится?» — немного погодя, спросил его бог яфридов.
«Нет, — вздохнул Герон. — Кажется, я начинаю привыкать к состоянию постоянного шока».
«Это уже прогресс», — засмеялся Яфру.
«Гера, ты не уснул?» — прозвучал голос Илмара.
«Нет, я не сплю, — ответил Герон. — А что, уже пора ехать?»
«Пройдёт ещё минут сорок, и можно будет отправляться, — сказал Илмар. — Только что звонил Адам и интересовался, не изменились ли наши планы».
«А торт уже готов?» — усмехнулся Герон.
«Что, сладкого захотелось? — поддел его Илмар. — Нужно было брать с собой шоколад».
«Чем заняты наши соглядатаи?» — вдруг вспомнил о сыщиках журналист.
«О, здесь разыгрался настоящий спектакль», — ответил Илмар.
«Очень интересно, — оживился Герон. — Расскажи-ка поподробнее».
«Сначала в лесу забегали сыщики. Затем мне позвонили из полиции и сообщили, что люди видели, как ты нырнул в воду и пропал. Я пытался успокоить дежурного, объяснив ему, что ты чувствуешь себя в воде не хуже рыбы и можешь довольно долго плыть под водой. Но тот ответил, что он просто обязан отреагировать на сигнал, и посылает к нам спасателей. Вскоре подошёл катер с аквалангистами. А за это время полицейский задал мне кучу вопросов, пытаясь выяснить, в каком направлении ты мог бы скрыться. Короче, ты разворошил весь улей, и тебе придётся давать объяснения в полицейском участке. Только не говори, что ты был на скалах. Там замечено какое-то необычное явление и сейчас у этого места собралось много любопытных».
Герон осторожно подполз к обрыву, выглянул из-за камня и ахнул. На воде покачивались десятки яхт, среди которых находился и катер спасателей.
«Гера, ты меня слышишь?» — спросил Илмар, не дождавшись ответа.
«Да, отец, — поспешил сказать Герон. — Я всё понял и скоро буду дома».
Он развернулся и быстро пополз в ту сторону, которая была обращена к лесу.
Перевалившись через край площадки, Герон едва успел спрятаться за большой камень, вовремя заметив двоих мужчин в маскировочной одежде. Они карабкались по склону, одолев уже половину расстояния до верха скалы. Внезапно слух журналиста уловил звук приближающегося вертолёта, который был ещё далеко, но двигался явно в эту сторону.
«Обложили, как медведя в берлоге, — подумал Герон. — Яфру, а что привлекло такое внимание к скалам?»
«Люди увидели, как я набирал силу», — ответил тот.
«Ах, вот в чём дело, — ехидно подумал Герон. — Значит, ты устроил здесь грандиозное шоу, а скрываться и убегать приходится мне?»