Герон осторожно поставил на стол большое блюдо, которое держал в руках.
«Отец, я раньше не видел у нас в доме этой посуды и столовых приборов. Откуда они у тебя?» — задал он мысленный вопрос Илмару.
«Это — наша семейная реликвия. Она досталась мне и твоей матери по наследству от наших предков».
«Адам очень пристально разглядывал столовые приборы», — Герон внимательно посмотрел на отца.
«Вполне естественная реакция для специалиста по древним вещам», — ответил ему Илмар.
«Почему же он тогда промолчал и не стал ни о чём тебя расспрашивать?»
«А вот это говорит о том, что Адам сначала думает, а уж потом задаёт вопросы», — улыбнулся Илмар.
— Спокойной ночи, — пожелал отцу Герон, поднимаясь по лестнице на второй этаж.
— Спокойной ночи, — ответил тот. — Тебя разбудить, или ты проснёшься сам?
— Я проснусь сам. Утреннее Иризо и птицы — лучше всякого будильника.
В спальной комнате Герон разделся и лёг в кровать. Яфру молчал, да и Герону не хотелось о чём-либо его спрашивать. Сопоставляя факты последних событий, он понял, что сегодняшний визит археолога вовсе не был случайностью.
«Отец специально устроил эту встречу. Столовые приборы и посуду он тоже достал умышленно. Адам располагает информацией, которая очень важна для отца, — думал, уже засыпая, Герон. — И, по-моему, сегодня отец эту информацию всё же получил».
Прошло несколько минут, и его тело расслабилось, а дыхание стало медленным и глубоким. Татуировка на груди стала набирать цвет и оживать. Вскоре от ярко-зелёного пятна отделилось небольшое облачко и, повисев немного в воздухе, выскользнуло из спальни сквозь приоткрытое окно — Яфру вышел на ночную прогулку.
Утреннее пение птиц разбудило журналиста ещё раньше, чем свет Иризо. Он ещё не научился полностью контролировать свой слух, и звуки ворвались в его голову неожиданно громко. Герон встал с кровати, умылся, оделся и спустился на кухню. Илмар, вероятно, ещё спал.
Стараясь не шуметь, Герон, приготовил себе кофе и достал из холодильника кусок вчерашнего торта, не забыв поставить на стол и шоколад с орехами. После завтрака он пошёл в гараж, где взял рюкзак, пару удочек и вёсла, которыми решил заменить лодочный мотор, желая проверить выносливость своих мышц.
Как только лодка проскользнула между камнями в горловине залива, журналист налёг на вёсла. Лодка стала быстро набирать скорость, и за её кормой сразу образовался пенный след.
«Да тише ты, чёрт! — воскликнул Яфру. — Ты что, хочешь сломать вёсла? Они же не рассчитаны на такую нагрузку. Или ты хочешь кого-нибудь удивить своей скоростью?»
Герон резко сбавил темп.
«Я опять забыл о сыщиках», — недовольный собою, подумал он.
«Пора бы уже и привыкнуть к этому, — назидательно сказал Яфру. — Непохоже, что полиция собирается в ближайшее время оставить тебя в покое. А удивить ты их, по-моему, уже успел».
Журналист оглянулся по сторонам. Примерно в миле от него дрейфовал катер спасателей.
«Остаётся только надеяться на то, что они не запечатлели этот рывок на плёнку», — вздохнул он.
Герон работал вёслами, почти не напрягаясь, и всё равно лодка шла довольно быстро.
«Яфру, а черти действительно существуют?» — спросил он, вспомнив, как только что ругнулся бог яфридов.
«И черти тоже, — проворчал тот. — Занбар тебе уже говорил, что в этом мире возможно всё».
Чувствовалось, что он не расположен к разговору. Герон понял это. Лодка всё больше приближалась к острову, на котором их ожидала встреча с Нарфеем.
В заливе журналист причалил лодку к мостику, закрепил на нём якорную цепь и достал удочки. Он закинул крючки в воду, но без наживки. Затем поворошил палкой золу в кострище и пошёл в заросли кустарника, якобы за сухим хворостом для костра.
Герон подошёл к пещере с боковой стороны, огляделся и, не заметив ничего подозрительного, решительно отодвинул большой камень, открывая потайной вход. Не успел он сделать и трех шагов по проходу, как камень за его спиной с шумом встал на своё место. Ноги журналиста оторвались от земли, и его стало быстро всасывать внутрь пещеры. Ослепительно яркий свет и упругая волна горячего воздуха — это было последнее из того, что Герон почувствовал перед тем, как потерять сознание.
Глава 27
Цитадель Шестого Управления расположилась за чертой города на вершине одного из холмов. Она была выстроена в форме правильного шестиугольника, на углах которого возвышались островерхие башни. На закате дня, когда красные лучи заходящего Иризо отражались в разноцветных окнах комплекса, смотрящим на него издалека людям он казался огромной короной, усыпанной множеством драгоценных камней. Центральную часть внутренней площади занимало высотное здание, каскадами этажей, уходящее ввысь, заканчиваясь на самом верху позолоченным шпилем.