«Потому, что моё защитное поле частично стало и твоим, — объяснил ему Яфру. — Если ещё вчера твой отец мог перехватить хотя бы эхо нашего разговора, то сегодня эти мысли уже не покидают пределов нашего общего с тобою сознания. Между нами установлена самая секретная связь во Вселенной. Это просто уникальный случай. Нарфей, сам не зная того, провёл сложнейшую хирургическую операцию. Его лазерный скальпель одним точным ударом разрушил преграду между нами и спаял воедино наши сознания, не изменив при этом индивидуальность каждого из нас. Мы с тобой достойны, попасть в музей удивительных созданий, но в качестве экспоната».
«Неужели такой музей существует?» — недоверчиво спросил его Герон.
«Во Вселенной есть одна планета, на которую отсылают все курьёзные и парадоксальные создания, появившиеся в ходе божественных экспериментов на других планетах. Там такой зоопарк живёт, который тебе и во сне не привидится».
— Мне кажется, что у тебя пропал аппетит, — сказал Илмар, взглянув на сына. — Ещё пару дней назад ты смог бы один съесть всё это, — и он указал на продукты, находившиеся на столе.
— Зато, в мой рацион вошли орехи и шоколад, — ответил Герон.
— Угу, — иронично кивнул головой Илмар. — Ты мне ещё скажи, что перешёл на такую диету для того, чтобы сохранить свою фигуру.
«Заметь, — подал свой голос Яфру, — твой отец не спрашивает о том, что же произошло у Нарфея. Хотя он прекрасно видит, как изменилось твоё биополе, и вырос твой внутренний потенциал. Тебе придется самому выпутываться из этой ситуации. Даже если ты расскажешь отцу обо мне, то я не смогу с ним общаться, поскольку дал слово Нарфею не входить в контакт ни с одним человеком из его рода, кроме тебя».
— Ты хочешь, чтобы я растолстел, как Роско, — засмеялся Герон, отвечая отцу.
— Тебе всё равно его не догнать, — Илмар безнадёжно махнул рукой. — Он у нас непревзойдённый рекордсмен по весу и объёму.
«Отец, я сильно изменился за сегодняшнее утро, — подумал Герон, глядя на Илмара. — И произошло это по воле Нарфея. Я пока не могу объяснить тебе причину этих изменений, потому что я и сам не во всём ещё разобрался».
Илмар понимающе кивнул головой в ответ и поднял над столом глиняную бутылку с блеккой.
— Ещё по рюмочке? — спросил он Герона.
— С большим удовольствием, — ответил тот.
«Наша «охрана» сейчас, наверное, слюнями давится», — подумал Герон.
«Если бы они знали, что такое блекка, то так бы, конечно же, и произошло», — согласился с ним Яфру.
— Какие у тебя на сегодня планы? — спросил Герона Илмар.
— Сначала позвоню Симону, и если ничего не изменится, то отдохну пару часов и поеду в Гутарлау.
— Если увидишь Адама и Зару, то передай им от меня привет.
— Да, конечно, передам, — пообещал ему Герон.
«Обрати внимание на Адама, — услышал он мысль Илмара. — Ему многое известно».
«Это ты выяснил вчера?» — поинтересовался Герон.
«Я и раньше догадывался, — ответил Илмар, — а вчера окончательно в этом убедился. Адам имеет прямое отношение к фигурке Нарфея и, кроме того, знает текст наших древних молитв».
«Ого, — удивился Герон. — Это, действительно, очень интересно».
«У него вчера было огромное желание спросить тебя, не находил ли кто-нибудь возле лабиринта статуэтку, — продолжал Илмар. — Мне с трудом удалось сдержать его. Он ведь не знал, что нас подслушивают».
«Для Борка это был бы прекрасный подарок», — подумал Герон.
После обеда журналист сразу отправился в гараж.
Он открыл дверь своей машины и достал из специального гнезда телефонную трубку. Проверив входящие звонки, Герон понял, что звонили из кабинета редактора.
— Алло, Симон, — сказал он, услышав голос своего шефа. — Это не ты сегодня утром меня разыскивал?
— Конечно же, я, — возбуждённо ответил Симон. — Что там у вас случилось?
— У нас? Что-то случилось? — не понял его Герон. — Ты о чём?
— Гера, ты что там, спишь что ли, дни и ночи напролёт? — заорал в трубку редактор.
— Да погоди ты кричать то, — возмутился Герон. — Объясни сначала, в чём дело.
— Сегодня все газеты трубят об озере Панка, — почти плача, сказал Симон. — Вчера у вас наблюдали какое-то странное атмосферное явление. Неужели ты ничего об этом не знаешь?
— Нет, — ответил Герон.
— Растяпа, — отчаянно завопил Симон. — Где ты был в это время? Где был твой фотоаппарат?
— В канализации, — ответил журналист.
— С каким удовольствием я бы сейчас тебя ещё раз туда окунул, — уже почти хрипел Симон. — Ты думаешь, что я не знаю, какую новую фотокамеру ты получил от босса? И имея в своих руках это чудо фототехники, ты упустил такую сенсацию!?