Он сжал свою ладонь в кулак и вдруг почувствовал, что бриллианта в руке уже нет. Герон снова раскрыл ладонь, в которой и в самом деле ничего не было.
«Да ты, оказывается, фокусник, — довольно засмеялся Илмар. — И я вижу, что мне действительно не о чем беспокоиться».
— Выезжай, — хлопнул он сына по плечу. — Счастливого пути.
— До встречи, отец, — ответил ему Герон, включая зажигание.
Илмар открыл ворота гаража и машина журналиста, плавно выкатившись из пристройки, развернулась и, издав прощальный гудок, направилась в Гутарлау.
«Послушай, зелёный змий. Ты куда бриллиант засунул?» — спросил Герон у Яфру, проезжая мимо машины Френчи.
«Туда, куда не каждый врач заглядывает», — хохотнул зелёный бог.
«Уж не проктолога ли ты имеешь в виду?» — насторожился журналист.
«В человеческом теле есть места и получше, — поморщился Яфру. — Я не стану говорить, где именно спрятан твой камушек, чтобы не вызвать у тебя нежелательных ассоциаций. Забудь о нём, а в нужный момент он снова появится в твоей ладони».
Герон остановил свою машину у главных ворот санатория и заглушил двигатель.
«А ты не забыл взять с собой зонт» — встревожился вдруг Яфру.
«Неужели ты не знаешь, что я взял, а что оставил?» — удивился журналист.
«Я не всегда слежу за твоими действиями, — признался бог яфридов. — У меня, порой, и без тебя забот хватает».
«Чем же ты так занят был? — задумался журналист. — Неужели восстанавливал своё самочувствие после вчерашнего топотальника?»
«Тебя это не касается», — огрызнулся Яфру и Герон понял, что не ошибся в своём предположении.
«Да взял я зонт, взял, — со смехом подумал он. — Ты что, боишься простудиться?»
«Нет. Просто с некоторых пор мне не нравится избыточная влажность».
«Понимаю, — сочувственно, но не без сарказма подумал Герон. — Не бойся. У меня за пазухой ты будешь чувствовать себя не хуже, чем в санатории».
Он наглухо застегнул замок-молнию непромокаемой куртки и, достав зонт, вышел из машины.
Не оглядываясь на автомобиль Френчи, который обнаглел уже настолько, что припарковался рядом, раскрыв зонт и перепрыгивая через лужи, журналист поспешил к Адаму.
«Стой!» — закричал вдруг Яфру, когда Герон свернул на знакомую аллею.
Журналист замер на месте, тревожно оглядываясь по сторонам.
«Что случилось?» — спросил он, почувствовав в голосе зелёного бога нотку неподдельного испуга.
«Подожди, — отмахнулся тот, — дай оглядеться».
Герон стоял перед большой лужей дождевой воды, и со стороны могло показаться, что он размышляет, как ему быть. То ли попытаться её перепрыгнуть, то ли не рисковать и обойти лужу по газону.
«Да что ты там выглядываешь?» — не выдержал, наконец, журналист.
«В том месте, куда ты направляешься, собралась очень любопытная компания. Я чувствую энергию сразу трёх посланников. Одного из них зовут Гунар-Ном. Он — владыка подземного мира и повелитель маленьких людей, живущих в глубоких подземельях. Имя второго произносится, как Никадон. Весьма тёмная лошадка. Никто из нас так и не понял, чем он занимался на Дагоне. Ну, а третий из них — уже известный тебе Фан. Вот такая, брат, кулебяка».
«Ничего не понимаю, — растерянно подумал Герон. — А зачем они там собрались?»
«Источники энергии достаточно слабые, и поэтому логично будет предположить, что это — магические вещи посланников. Но не надо забывать и того, что такие вещи могут иметь прямую связь с их создателями, — пояснил ситуацию Яфру. — Принимая во внимание мою договорённость с Нарфеем, я обязан исчезнуть. Забудь обо мне на некоторое время и не вспоминай, что бы ни произошло. Я появлюсь сам, когда это станет возможным».
Яфру замолчал и Герон понял, что его друг решил снова воспользоваться новой способностью к мимикрии.
«Час от часу не легче, — думал журналист, подходя к домику Адама. — Не курорт, а божественная толкучка».
Он поднялся на крыльцо и хотел уже постучать в дверь, как вдруг услышал слева за кустами весёлый смех Адама и Фелиции.
«Археолог у Феликса, — понял Герон, — и это очень даже кстати. Сейчас я и с пожарником попрощаюсь».
Развернувшись, он направился в соседнее бунгало, из открытого окна которого и был слышен голос и смех Адама.
Журналиста встретили восторженными криками и усадили за круглый стол, поставив перед ним большую пиалу крепко заваренного чая.
— Скоро должна подойти сестра-хозяйка, — сказал Адам Герону. — Я передам ей ключи, и нам можно будет отправиться в путь. Но у меня два огромных и тяжёлых чемодана с вещами, а на машине к домику не подъедешь. И садовник наш, как назло, уехал куда-то, а без помощника нам не обойтись. Может быть, кастелянша подскажет, где нам искать носильщика?