— Конечно, приму. Ты приедешь один или с блудницей?
— Ясно, — засмеялся Герон. — Тебе ни одна из них не понравилась.
— Если ты до сих пор не женат, то это означает, что они и тебе не понравились.
— Я приеду один. Мне хочется тишины и покоя.
— Вот и славно! Не забудь захватить хороших блёсен. Ты же знаешь, в нашем захолустье это редкий товар.
— Конечно. Сейчас закончу дела, и вечером будем сидеть с тобой у камина. Я привезу тебе изумительный коньяк.
— А я приготовлю твоего любимого цыплёнка-табака.
— Спасибо, па. До встречи!
— Приезжай, я тебя жду!
Герон улыбнулся:
«Всё же, как хорошо когда у тебя есть человек, которого ты любишь, и который отвечает тебе тем же!»
Он очень любил своего отца. Тот всегда был мудрым, спокойным и справедливым. А вот мать он почти не помнил, и знал её лишь по фотографиям. Она утонула, когда Герон был совсем маленький. Отец так и не женился после этого. Вот уже больше двадцати лет он живёт холостяком в своём охотничьем домике на берегу озера Панка.
Положив в чемодан нужные вещи и, захватив с собой все старые плёнки, Герон поехал в редакцию.
По дороге он остановился и зашёл в парикмахерскую.
— Что с вами случилось? — спросил парикмахер, когда журналист сел в кресло.
— Я пытался головой потушить газовую плиту.
— А не проще было просто повернуть ручку крана?
— Об этом мне сказали уже потом.
— И что вы теперь хотите иметь на голове?
— Самую простую и незамысловатую причёску всех времён и поколений!
— Правильно, — сказал мастер. — Ничего другого из ваших остатков и не получится.
Сияя свежей лысиной, Герон заглянул к редактору.
— Ну, наконец-то ты стал похож на человека! — почти с любовью глядя на него, произнёс Симон. — Теперь, я надеюсь, ты по достоинству оценишь все преимущества такой причёски.
— Симон, ты всегда был и остаёшься моим кумиром. И мой священный долг — во всём и всегда тебе подражать.
— С подражанием ты немного перестарался. Всё же кое-какие волосы на моей голове ещё остались.
— Уверен, что долго им там не продержаться, и я просто немного опередил события.
— Ты же собирался отдохнуть, — сказал Симон уже менее дружелюбно. — Какого хрена ты здесь болтаешься?
— Пришёл попрощаться с любимым шефом и друзьями перед долгой разлукой.
— Тогда считай, что мы уже попрощались, — буркнул Симон и уткнулся в бумаги.
В коридоре, удивляя всех своей новой причёской, Герон убеждал сослуживцев последовать его примеру. Он утверждал, что на город напали полчища вшей, и единственный способ борьбы с ними — это лишить их питательной среды!
— Ну, вылитый Симон в детстве! — развёл руками Эдди, — Вы случайно не родственники?
— Начальству нужно льстить, — парировал Герон, — иначе всю жизнь можно просидеть в лаборантах!
— Да, ничего не скажешь, глубоко лизнул, — констатировал Эдди. — Ты просто прирождённый карьерист!
— Ты тоже парень не промах, если наш босс так часто делает тебе такие подарки, — сказал журналист, разглядывая стоявшую на столе новую фотокамеру.
— Во-первых, подарок не мне, а тебе. А во-вторых, это нужно исключительно для работы. Так что не путай божий дар с яичницей. В футляре лежит инструкция. Не забудь почитать, прежде чем начнёшь нажимать на кнопки.
— Эдди, ты хочешь от меня слишком многого, — сказал Герон, закидывая ремень камеры на плечо. — Одни люди пишут, а другие читают, но мало кто из них умеет делать и, то и другое одинаково хорошо.
— Не волнуйся. Изготовитель предусмотрел такую ситуацию. Специально для тебя он напечатал инструкцию с картинками. Для умных людей пишут, а для дураков ещё и рисуют!
— Скажи, ну почему рядом с тобой я чувствую себя таким неполноценным?
— Если ты это чувствуешь, то значит, что для тебя ещё не всё потеряно.
— Слава богу. Наконец-то я, сегодня, услышал хотя бы одно доброе слово!
— Я могу сказать тебе ещё одно слово. Если ты не перестанешь отвлекать меня от работы.
— Нет, нет. Хорошего — помаленьку! Я и без того прекрасно знаю весь твой словарный запас. Прощаться будем молча.
У входа в лифт Герон встретил свою недавнюю подружку. Та как всегда куда-то спешила, и они чуть было не столкнулись.
— Элза! Ты когда-нибудь научишься ходить хоть немного помедленнее? — спросил он, держа её руку чуть ниже локтя.
— Твоя лысина меня просто ослепила. Говорят, ты решил отдохнуть на природе? Почему бы тебе ни пригласить меня разделить с тобой это опасное путешествие? У меня есть в запасе несколько отгулов, и я могла бы договориться с начальством.