Лари тяжело вздохнул, и устало покачал головой.
— Не забывайте о том, — Гордон затушил сигарету, — что журналист родился и вырос в Гутарлау. Он прекрасно знает эту местность. И, кроме того, у него там много друзей и знакомых. А следить за ним надо осторожно, чтобы не спугнуть. Хорошо, что сейчас на Панка много курортников: будем маскироваться под отдыхающих.
— В такой одежде? — Фидли принял вертикальное положение. — Гордон, ты не мог сказать об этом раньше?
— Одежду, и всё что нам необходимо, купим на месте. Борк не дал мне ни одной минуты на сборы.
Впереди на обочине показались патрульная машина с включёнными огнями и большой рефрижератор.
— Фидли, ну вот как ты и просил, — Гордон выключил скорость и начал притормаживать. — Холодильник в такую жару — вещь просто незаменимая.
Лари довольно захохотал.
— Эх, Лари. Ты снова перестарался, — Фидли пристегнул к поясу рацию. — Ну, куда мне одному столько? Пойдём со мной. Я буду наблюдать из кабины, а ты из кузова.
— Выходи, турист, — Лари обернулся к приятелю, который уже открывал дверь машины. — Шагай веселей, а то замёрзнешь!
Прошло совсем немного времени и сыщики уже спускались в долину с птичьим переходом. Светофор моргнул красным глазом и переключился на зелёный свет. Машины, стоявшие у перехода, начали медленно набирать скорость.
— Лари, возьми-ка бинокль. Посмотри, где там наш объект.
Тот принялся разглядывать идущие впереди машины.
— Вот он, — сказал, наконец, Лари. — И мне кажется, что он собирается остановиться.
— Вот чёрт. Слишком близко подъехали — придется его обойти. Скажи Фидли, чтобы он притормозил рефрижератор на пригорке.
Они проехали мимо стоявшей на обочине машины Герона.
— Вот отсюда мы его и будем разглядывать, — Гордон свернул на просёлочную дорогу, идущую вдоль берега озера.
— Чем занят наш шпион? — спросил он у Лари, который всё это время не прекращал наблюдать за журналистом.
— Парень, кажется, хочет искупаться, — ответил тот. — Он разделся и собирается нырнуть в озеро.
— Дай-ка посмотрю, — Гордон взял бинокль. — Да он уже выскочил из воды. Слушай, а что это за мужик в шляпе и с палкой стоит рядом с его машиной?
Лари снова посмотрел в бинокль.
— Откуда он взялся? Там никого не было! Журналист был один, когда раздевался и шёл к воде.
— А когда мы его объезжали? В машине кто-нибудь сидел?
— Да нет же! Если только этот мужик не в багажнике ехал. А кроме газетчика у перехода никто больше и не останавливался.
— Что же он, из-под земли, что ли вырос?
— Может это рыбак? Лежал на берегу в траве. Поэтому мы его и не видели.
— Возможно, — Гордон опять взял в руки бинокль. — Он что-то налил журналисту, а тот весь скорчился, как будто замёрз.
— Там же холодные ключи, — захохотал Лари. — В этом месте купаются только «моржи».
— Такая холодная вода?
— Холоднее, чем в проруби. Этот рыбак, наверное, из Брандоры. Подошёл посмотреть, как будет купаться «морж».
— Ну-ка посмотри. Может, ты знаешь этого рыбака?
Лари долго вглядывался в фигуру незнакомца.
— Далековато, — сказал он, наконец, — но мне кажется, что я его вижу, впервые. Хотя, я ведь не могу знать всех жителей Брандоры.
— Да, конечно. Что они там делают?
— Журналист фотографирует рыбака на фоне озера.
— Вот это уже лучше. Борк найдёт способ забрать у парня плёнку. И тогда мы узнаем кто этот рыбак. Смотри внимательнее. Как бы журналист ему что-нибудь не передал.
— Нет, он уже садится в машину.
Гордон взял рацию.
— Фидли, поезжай за нашим приятелем. Только не обгоняй его.
Гордон уже разворачивал машину, когда Герон проехал мимо них по автостраде.
— Слушай, Гордон. Давай подъедем к этому рыбаку. Может, я и впрямь его знаю? — предложил Лари.
— Ладно. Сейчас пропустим Фидли и подъедем.
Пропустив рефрижератор, они повернули к птичьему переходу.
Остановив машину у места купания Герона, они подошли к берегу озера.
— Что за хрен? Где рыбак-то? — Гордон недоумённо крутил головой по сторонам.
— Ты иди по правому берегу, я по левому, — махнул он рукой Лари.
Они разделились и пошли искать незнакомца в шляпе. Спустя десять минут сыщики встретились у машины.
— Ни рыбака, ни удочек, ни лодки. Вообще никого и ничего! — сказал Лари, удивлённо разводя руками.
— И машин-то ведь не было, — сказал Гордон. — Он не мог никуда уехать. Кроме нас, журналиста и рефрижератора никто ещё не проезжал!
Он бросился к рации.