Во всем немалочисленном издательстве только я отказывалась нагло врать о знаменитостях, придумывать скандалы и плести несуществующие интриги. Я была настоящим журналистом, а не второсортной писакой, готовой на все ради рейтингов.
И во мне ценили именно это!
Пять лет назад я была лучшей из лучших. Мне вручали премии, за мои статьи предлагали огромные деньги, именно мне давали возможность взять интервью о звезд мировой величины.
В узких кругах я сама была своего рода звездой.
Но потом что-то изменилось. В наш бизнес пришли молодые девчонки, готовые на многое, очень многое ради удостоверения журналиста.
Желтая пресса, которую раньше стелили котам в лотки, вдруг вышла на первые полосы. С активным внедрением в нашу жизнь социальных сетей скандалы стали раздувать прямо в комментариях под фотографиями!
Журналисты только и успевали натравлять друг на друга знаменитостей, чтобы собирать материал как грибы после дождя.
Мне же было это чуждо. Я по-прежнему ждала фееричных интервью со звездами, обзоров масштабных мероприятий, чего-то действительно важного и значимого.
Но этого так и не случилось.
Издание, которому я отдала всю свою журналистскую карьеру, из первоклассного глянца превратилось в обычную рядовую газетенку, которую печатают на серых тоненьких листочках.
– И что планируешь делать? – спросила у меня Оксанка, когда поздним вечером мы с ней пили чай с диетическими хлебцами.
– Не стану изменять себе. Если нужна сенсация, она будет. Я ее найду, а не придумаю.
– И где ты собралась её искать? Между обзором городских рынков и интервью главы районного ДК?
– Я же журналист, натура творческая. Есть у меня одна идея, – я подмигнула подруге и в честь такого события достала из шкафа коробку зефира.
– Не нравится мне это все, Геля. Может лучше к нам на кафедру?
– Ни за какие пряники, – сказала я и, чмокнув свою соседку по квартире в макушку, выбежала из кухни.
Ранним субботним утром на своем стареньком ниссане я выехала со двора дома. Как то и полагается женской машине, иномарка была забита до отказа.
В багажнике лежали два чемодана с вещами на первое время, на заднем сидении валялась форма горничной, найденная в ближайшем к дому магазину униформы, а рядом со мной стояла большая плетеная сумка с документами.
Путь мне предстоял неблизкий.
Наша с Оксаной съемная квартира находилась далеко от центра Москвы. По пробкам было быстрее долететь из Москвы в Екатеринбург, чем добраться от нашей квартиры до Красной площади.
А сегодня ехать и вовсе нужно было в область. Меня ждали в элитном поселке Подмосковья на собеседование. На роль горничной.
И нет, я не решила кардинально сменить профессию после творческого кризиса. Работа горничной была частью моего коварного плана по поиску сенсаций.
Я хотела внедриться в элитные круги, под прикрытием стать свидетелем светских встреч, разговоров. Уверена, что жизнь богачей даст мне много материала для интересных статей.
Ну и что, что для этого придется мыть туалеты и полировать пол? Я же журналист! Нас и не к такому готовили.
На трассах Подмосковья было пустынно. Видимо утром выходного дня богачи еще спят. А если редкие машины и встречались, то это были автомобили высшего класса, за рулем которых непременно сидели водители в идеальных классических костюмах.
Я на своей иномарке смотрелась, как минимум, нелепо. Но что с меня взять? Я же всего лишь горничная!
На подъезде к поселку машин становилось больше. Да и что-то менялось в виде из окна.
Как будто трава здесь была зеленее, и деревья сидели ровнее, и даже птицы как на подбор: упитанные, пернатые. Не то что ощипанные голуби в спальных районах Москвы…
– Доброе утро! – я притормозила у обочины, вдоль которой бежал мужчина в спортивной майке и штанах.
На мгновение я даже представила, как буду здесь жить и работать и каждое утро наблюдать за миллионерами, выходящими на пробежку.