Вскоре доброжелательный седовласый волонтер указал им на безликую пустую комнату ожидания, заполненную рядом обитых кресел. Телевизор, висевший в углу, был настроен на канал погоды, где диктор с воодушевлением рассказывал о первых заморозках. В противоположном углу имелся автомат с закусками, и Дин какое-то время стоял перед ним, уставившись на пакеты чипсов и мини-брецелей. Сэм сел в кресло и начал смотреть что-то в телефоне.
— Пневмоторакс — это когда легкое схлопывается, — сообщил Сэм несколько минут спустя, читая что-то с телефона. — Флотирующий перелом — это когда ребра ломаются в двух местах, так что часть грудной клетки откалывается, и при дыхании все начинает происходить не так. Похоже, это портит всю схему работы дыхания.
— С ним все будет в порядке, — ответил Дин.
— Тут написано, — продолжил Сэм медленно, — что это крайне болезненно и очень высокая смерт…
— Я сказал, с ним все будет в порядке, тебе ясно? — прервал Дин, резко развернувшись к брату.
Сэм молча смотрел на него.
— Прости, — добавил Дин, сев рядом с ним. — Прости.
— Ничего, — ответил Сэм, устало осев в кресле и выключив телефон. — Я просто хотел понять, что происходит.
— Ты прав, я немного… слетаю с катушек.
— Я вижу. Ничего.
— У меня такое чувство, как будто мой лучший друг умирает, Сэм, — произнес Дин в замешательстве. — Я не понимаю. Я же с ним только познакомился.
— Знаю.
Час прошел в тишине. Сэм делал серию коротких заметок на листочке бумаги, который позаимствовал на посту медсестры; Дин тем временем каждые две минуты ходил в приемную отделения скорой узнать, есть ли новости.
Он не переставая смотрел на часы. Приятель сказал им, что туристы на тропе появляются обычно около десяти утра, и Дин наблюдал, как время переползло за 8:30, затем за 8:45 и за 9.
Наконец, через полтора часа отсутствия каких-либо новостей, Дин постучал Сэма по плечу и сказал:
— Нам надо идти.
Сэм поднял глаза.
— Ты уверен?
— Он будет очень огорчен, если мы позволим еще одному туристу умереть. Кроме того, если кальдера выстрелит, он все равно не жилец.
Сэм кивнул. Он собрал свои заметки и засунул в карман.
Они еще раз осведомились в приемном отделении, но не узнали ничего нового: Приятель «боролся», «получал лучшую помощь» и команда делала «все возможное». Именно это персонал говорил Дину с самого момента их приезда. Дин саданул кулаком по стойке приемного отделения так громко, что вздрогнули все в радиусе двадцати футов, развернулся и вышел через центральные двери. Сэм торопливо извинился перед персоналом и побежал за ним. Они сели в Импалу, и Дин выехал с парковки госпиталя, ведя машину излишне резко. Шины завизжали, когда он выехал на главную улицу города и взял резкий правый поворот на север к парку, к Каньону Смерти.
========== Глава 11. Прогулка в лесу ==========
Они помчались на север, ко въезду в парк. Дин выжал газ в пол, когда они взбирались на холм, ведущий в парк, и Импала перескочила вершину холма с таким импульсом, что едва не оторвалась от земли. На равнине к востоку паслось огромное стадо бизонов, но Дин не обратил на него никакого внимания. Они пронеслись мимо серии из четырех знаков, установленных на дороге друг за другом и гласивших:
«Дикие животные на дороге»
«Езжайте медленно»
«Помните, этого лося»
«Ждет дома какая-то лосиха»
Дин пролетел мимо всех четырех знаков на скорости 85 миль в час.
Сэм начал говорить:
— Дин…
— ЛАДНО! ЗНАЮ! — огрызнулся Дин. — Просто пытаюсь добраться уже до чертовой тропы, ладно?
— Слушай, я понимаю, что ты волнуешься за Приятеля. Я тоже, — сказал Сэм, умиротворяюще подняв руки. — И понимаю про кальдеру и все остальное. Но ты должен успокоиться, Дин. Ты знаешь, что плохо идти на охоту, когда у тебя голова занята не тем. — Он добавил: — Кроме того, ты пообещал Приятелю, что мы оба будем осторожны. Предельно осторожны, ты сам сказал. Я стоял рядом и слышал. И «предельно осторожны» в том числе означает сбросить скорость и не угробить нас до того, как мы туда доберемся. И еще это означает как следует продумать план.
Дин взглянул на Сэма с перекошенным от недовольства лицом. Но секунду спустя он убрал ногу с газа, и Импала постепенно замедлилась до более благоразумной скорости.
— Наверное, еще и буйвола сбивать вдобавок ко всему не стоит, — проворчал он.
— Бизона.
— Ты когда-нибудь оставляешь свое занудство?
Сэм только улыбнулся.
— Ладно! Ладно. Ты прав, — сказал Дин. Он заставил себя сделать глубокий вдох. — Ладно, давай обсудим план. — Большую часть плана они утвердили прошлым вечером, но теперь они ехали позже намеченного. Дин на секунду задумался. — Сначала подъедем к тропе в каньон и повесим знаки о том, что тропа закрыта, так как мы уже с этим припозднились. Это должно отвратить туристов. Потом перегруппируемся — съездим за водой и за каким-нибудь перекусом, может быть?
Сэм кивнул.
— Взять еды — это хорошая мысль. Утро выдалось стрессовое.
— Да, можно и так сказать, — вздохнул Дин. — Потом активируем сферу Зифиуса. Дойдем пешком до луга и с помощью распятия выясним, в каком доме они обосновались. Потом, если найдем нужное здание, Зифиус и Кастиэль уже будут выведены из строя, нам останутся только два демона. У нас есть святая вода, кинжал от демонов и достаточно солевых патронов — весь наш обычный арсенал, — так что тут просто сделаем все как всегда. Замочим демонов. И ангелов тоже, если представится возможность и если они будут еще живы. — Дин помолчал и добавил: — Потом будем разбираться с мистером Магмой. — Эта часть плана была немного туманной, но Дин упорно продолжил: — Затем сразу вернемся в город и навестим Приятеля. Идет? Должны управиться до того, как сферы перестанут действовать.
— И будем молиться, что мистер Магма — несущественный на данный момент фактор.
— Да. С ним мало что понятно. Придется сгореть по месту.
Сэм хихикнул. Дин взглянул на него, потом понял, что сказал.
— Я имел в виду «смотреть по месту», — исправился он смущенно. Он тоже рассмеялся, и несколько минут они не могли остановиться.
— Сгореть прямо в магме, наверное, — сказал Сэм, и почему-то им обоим это показалось истерически смешным.
По крайней мере на мгновение, пока они смеялись, Дин смог позабыть про Приятеля.
Позабыть о том, как кровь лилась у него изо рта. Позабыть о том, как Приятель смотрел на него снизу вверх, как он из последних сил цеплялся за край рубахи Дина.
На мгновение Дин даже перестал ломать голову над тем, почему Приятель, думая, что умирает, решил, что его последние, самые важные слова должны быть «Дин, прости меня».
Дин перестал смеяться. Он крепко сжал руль, сосредоточившись и пытаясь догнать одну из неуловимых мыслей-рыбешек в своей голове. И снова мир, казалось, померк; и снова Дин услышал этот странно знакомый голос, доносившийся с расстояния в тысячу миль. На этот раз он говорил:
«Я найду способ искупить вину перед тобой. Я серьезно».
— ДИН! — заорал Сэм. — Очнись, блин!
Дин пришел в себя. Он едва не съехал с дороги, и Сэму пришлось схватить руль.
— Черт. Прости, — сказал Дин, выправив машину. Он продолжил ехать со степенной скоростью, вдруг превратившись в образцового водителя, и повернул в парк на скорости ровно тридцать пять миль в час, держа руль обеими руками.
— Что за черт, Дин?
Дин пожал плечами.
— Случайно отвлекся. Прости.
— Господи, Дин. Серьезно, ты готов идти на дело?
Дин взглянул на Сэма, пристыженный.
— Честно говоря, не знаю. Но у нас же нет выбора, правда?
— Черт, — проворчал Сэм, запустив руку в волосы. — Если мы доживем до конца сегодняшнего дня, я… буду удивлен.
— И я тоже, — ответил Дин.
Они подъехали к повороту на грунтовую дорогу, уходившую к южному краю Титонов. К дороге в Каньон Смерти.