Он не мог придумать рационального оправдания. Сэм подсказал:
— Просто казалось, что ему можно доверять, верно?
Дин кивнул.
— Да, именно, — подтвердил Сэм. — Вот об этом я и говорю.
Дин нахмурился и посмотрел вниз, на опавшие листья на тропе. Набрав воздуху, он спросил:
— Что у тебя дальше в списке?
Сэм посмотрел в список.
— Второе: мы сразу же стали обращаться к нему за помощью. Случается землетрясение — и первое, о чем ты думаешь, это «пойдем поговорим с Приятелем». Только мы поговорили с геологом — и ты сразу: «пойдем поговорим с Приятелем».
— Но… — возразил Дин снова. — Просто казалось, что… — Он заметил, что повторяется, и закрыл рот.
— Просто казалось, что он может нам помочь? Ты это хотел сказать? — спросил Сэм. — И он помог. Дело-то в том, что он действительно помог. Он ради нас на жертву пошел. Отдал нам эту сферу. У него их было всего две, это, на минуточку, райское оружие — каждая из них стоит, наверное, несметных денег, а он познакомился с нами за день до этого и сразу отдал нам одну.
У Дина разболелась голова.
— Дальше, — продолжал Сэм неумолимо, продвигаясь по списку.
Дин прервал:
— У тебя сколько пунктов там, в этом списке?
— Двадцать четыре.
— Боже правый… — Дин развернулся и отправился по тропе.
— Дин, нельзя такое игнорировать.
— Я не игнорирую, — отозвался Дин. — У меня просто голова болит, Сэм. У меня начинается головная боль всякий раз, когда я пытаюсь об этом думать.
— Это под номером четырнадцать в моем списке, — сказал Сэм, идя за ним по пятам. — Головные боли. У меня они тоже есть.
— Так… к чему ты ведешь? Хочешь сказать, Приятель — злодей? Что он… не знаю, как-то завладел нашим разумом?
— Я не думаю, что он злодей. Он всю дорогу пытается обеспечить нам безопасность. Но я думаю, мы не просто так знали, что можем доверять ему. Что если он… что если… — Сэм сделал паузу. — Я просто подумал, что если…
Дин остановился и снова развернулся к Сэму.
— Ну, у тебя определенно есть теория. Выкладывай.
Сэм надолго замялся, после чего выпалил:
— Я думаю, он — парень в пальто. Думаю, он — парень из наших снов.
Дин только смотрел на него молча. Сэм пояснил, помахивая своей бумажкой для выразительности:
— Дин, в последние две ночи мой сон изменился. Парень в пальто, который всегда уходил, теперь превратился в Приятеля. Это определенно был он. Он остановился, повернулся и посмотрел на меня — и это был Приятель. Мне этот сон снился аж три раза подряд. Он по-прежнему не говорит, как его зовут — и настоящий Приятель тоже не говорит, между прочим, — но теперь он смотрит прямо на меня и даже пожимает мне руку, и это Приятель. В этом бежевом пальто.
— Он и в моем сне появился. Прошлой ночью, — сознался Дин.
Несколько секунд они оба стояли в тишине среди опавших желтых и красных листьев, глядя друг на друга. Вид у Сэма был уставший и встревоженный; Дин же чувствовал только откровенное недоумение.
— Но у него нет пальто, — сказал Дин, чувствуя себя беспомощно тупо.
— Знаю, меня это тоже ставит в тупик. — Сэм засмеялся: — Забавно, да? Тут столько странностей, а нас волнует чертово пальто.
Они снова отправились в путь. Тропинка здесь стала достаточно широкой, так что они могли идти бок о бок.
— Но почему? — спросил Дин. Голова до сих пор болела.
— Не знаю, — сказал Сэм. — Но я уверен, что он — человек из наших снов. — Сэм вздохнул. — И я чувствую, что ухватил только половину, но не оставшуюся часть. Есть еще что-то важное, что я упускаю. Но что я знаю, так это то, что у нас с этим парнем какая-то странная связь и почему-то нам очень трудно ясно об этом думать. — Он засунул заметки обратно в карман, угрюмо опустив голову. — Я просто хотел упомянуть об этом сейчас на случай… Ну, ты понимаешь.
«На случай, если я погибну, а ты выживешь, — имел он в виду. — На случай, если ты останешься один и тебе придется разбираться с этим самостоятельно». Но говорить это вслух было против правил. Так что какое-то время Дин и Сэм просто шли вперед бок о бок.
По негласному соглашению они оставили тему, чтобы насладиться последними минутами перед охотой. Сейчас, по крайней мере, они оба были живы и шли вместе, рядом, в прелестный осенний день.
Дин начал пинать ногой слой желтых листьев. Они дошли до особо большого скопления листьев, и Дину вспомнилась одна осень давным-давно, когда Сэмми был еще мальчиком и Дин сгреб для него огромную кучу листьев, чтобы в нее прыгать. Это было позади какого-то мотеля, в котором они с отцом остановились в тот месяц.
Дин поднял в воздух кучку листьев на тропе с немного деланым энтузиазмом. Но Сэм последовал его примеру и начал пинать в воздух красные и желтые листья, и внезапно деланый энтузиазм стал настоящим. Они вдвоем принялись играть в листьях, поднимать их охапками с земли и осыпать друг друга. Потом Сэм погнался за Дином по тропе, бросаясь в него листьями и шишками. Они оба смеялись.
— Ого, — воскликнул Сэм, вдруг остановившись. — Дин! — Дин тоже остановился и обернулся, запыхавшись. Сэм указал направо, к северу от тропы.
Плотная стена деревьев, мимо которой они шли раньше, закончилась, и теперь между деревьями виднелись проблески неба и травы. Они дошли до луга.
***
Они пробрались через какие-то колючие кусты и вскоре оказались на краю широкого поросшего кустами луга. Он раскинулся перед ними на несколько миль, и вдалеке виднелось несколько деревянных построек. Старомодные деревянные строения ранчо с длинными низкими крышами и маленькие домики, а также пара больших квадратных домов с каменными подвалами.
— Время для распятия! — прошептал Дин. Сэм уже выуживал его из кармана.
На проверку всех зданий ушло много времени. Братья оставались под прикрытием деревьев, продвигаясь по периметру луга. Распятие лениво крутилось против часовой стрелки везде, где они его проверяли, прямо как возле базы геологической службы, но Сэм в конце концов заметил, что оно начало вертеться быстрее по мере приближения к северной части луга. С северной стороны находились четыре здания. Братья подобрались ближе и проверили их по очереди, отважившись выйти немного на луг перед каждым из них, но все же стараясь держаться деревьев, где возможно.
На всю процедуру ушло больше часа. Наконец, когда они приблизились к квадратному двухэтажному деревянному дому — одному из тех, где был каменный подвал, — распятие завертелось быстрее. Гораздо быстрее.
Они отошли назад под деревья и сделали короткий перерыв, чтобы попить воды. Дин умял еще один пакетик M&M’s, чтобы подзарядиться, а Сэм заглотил немного орешков.
Потом они оба вынули ангельские клинки и расстегнули рубахи.
— Уж постарайся, — попросил Сэм, стиснув зубы. — Если останется шрам, пусть он будет красивым.
Дин взял клинок и начал осторожно вырезать на груди Сэма символ для изгнания ангелов. Сэм зашипел от боли, но не дернулся. Когда Дин закончил, Сэм вырезал такой же знак на груди у Дина.
Этот ход придумал Дин, пока они ждали звонка Шарлин. Он все думал: «Я пообещал Приятелю, что буду предельно осторожен». Быть предельно осторожным означало слушать свои инстинкты, и инстинкты Дина говорили ему, что с ангелами еще не покончено. Даже несмотря на сферы.
— Как тебе вообще такое в голову пришло? — спросил Сэм, закончив знак на груди Дина и вытирая клинок.
— Не знаю. Разве кто-то не делал так раньше? Кто-то, кого мы знаем? — сказал Дин.
— Я бы определенно запомнил, если бы видел, как кто-то такое делал, — ответил Сэм.
Они заткнули клинки за ремни, оставили рубахи расстегнутыми и застегнули пальто ровно настолько, чтобы скрыть символы. Дин сказал:
— Значит, новый план такой: как только увидим что-то шевелящееся, ты стреляешь солью, а я использую свой символ. Если это демон, ему повредит соль, а если ангел — чего быть не должно, но если так, — его вынесет символом.
Сэм кивнул. Дин продолжил:
— После этого сориентируемся, что тут где. Ты постарайся не пользоваться своим символом без крайней необходимости, чтобы его не расходовать. И, если повезет, мы успеем нарисовать новые символы и обереги на стенах.