Калкариил вздохнул и сказал:
— Даже неловко признавать, но все было куда проще. Я просто кое-что упустил. Есть несколько ангелов, которых можно назвать… дефективными. Испорченными. И один из этих ангелов — кстати, как раз Кастиэль, которого вы искали, — вбил себе в голову, что надо спасти каких-то… в общем, они были похожи на мелких уток. Прародители уток. — Калкариил покачал головой. — У него есть странная склонность сентиментально привязываться к зверюшкам, которые здесь живут. Даже сказать стыдно. Можете представить? Ангел, опустившийся до спасения каких-то уток. Как поговаривали, он дал какое-то абсурдное обещание какому-то нелепому существу, которое встретил здесь — тому, чью оболочку занимал, что ли, — о том, что попытается спасти его семью. Представьте себе! Я слышал, что он планировал это сделать, но даже не попытался его остановить, потому что все это звучало так жалко. — Он вздохнул. — Я подумал: ну пусть у бедняжки Кастиэля будут его уточки. Кто бы мог подумать, что от нескольких уток выйдет столько проблем?
Дину невольно стало интересно.
— А что сделали утки? — спросил он.
Калкариил посмотрел на него в задумчивости.
— Ну, виноваты были не столько утки, сколько противные юркие крысы, которые, как оказалось, тоже жили в колонии уток. Вернее, правильнее сказать, протокрысы. И кое-какие насекомые тоже. Оставляешь одну маленькую колонию уток, и вот земля уже снова целиком заражена паразитами. Птицы, млекопитающие и насекомые уже везде. Все живущие сегодня птицы произошли от этих уток, и все млекопитающие — от этих чертовых крыс. Не передать, как это меня раздражает! — Он посмотрел вниз, на круг. — Кастиэль в этом смысле всегда был проблемой. И с тех пор, конечно, он доставил нам куда больше проблем. По слухам, он участвовал в предотвращении апокалипсиса, хотя я и не знаю, как именно. Кроме того, он выпустил левиафанов, убил Рафаила, перерезал половину моих братьев — а теперь еще и Рай запер. Но чем-то я ему даже обязан, так как это благодаря ему у меня родилась идея. Он заключил сделку с обитателем Ада, что в тот момент повергло меня в ужас, но потом мне пришло на ум: это же решение всему. Я понял, что обитатели Ада могут взывать напрямую к лаве; они могут пробудить элементаля. И я подумал: что если и мне поработать с обитателями Ада? Они разбудят элементаля, накормят его топливом, а потом я с ним поговорю и склоню на свою сторону. Работая вместе, мы смогли бы полностью пробудить элементаля. И тогда я смогу очистить Землю. Вернуть ее в изначальное состояние. Расплавленное. Чистое. Прекрасное.
— И тебя не волнует, что все погибнут? — уточнил Дин.
— Дин. Так будет лучше и для людей. Разве ты не видишь? Это наконец прекратит все страдания. Все страдающие души отправятся в Рай, где и есть их настоящий дом. А мы, ангелы, если не сможем вернуться в Рай, то сможем по крайней мере обрести новый дом здесь, внизу. Но чистый дом. Дом, который нас достоин.
Он широко улыбнулся им.
— Разве это не идеальное решение? Для всех нас! И для людей, и для ангелов. Я был так доволен, когда придумал его.
Дин бросил взгляд на Сэма и увидел, что Сэм смотрит на него в ответ в ужасе.
Калкариил сказал:
— Отсюда и взялись мои двое… коллег. Они согласились помочь мне вызвать элементаля и накормить его нужным ему топливом, а я беседую с ним, дабы организовать взрыв, который, как я планирую, накроет весь континент. И так как Кастиэль мертв, он уже новых уток спасать не будет. И планета наконец-то станет чистой.
Что-то в речи Калкариила привлекло внимание Дина. «Накормят его нужным ему топливом», — сказал Калкариил.
— А что за топливо? — спросил Дин, уже зная ответ.
— Человеческие души, — ответил Калкариил. — Каждая, будучи поглощенной, наделяет элементаля энергией, равной по мощности нескольким ядерным взрывам. Спавший здесь у поверхности элементаль уже был достаточно силен: ему нужно лишь еще немного энергии. Мы уже скормили ему три души, и для взрыва, который я планирую, ему нужно лишь еще несколько. Думаю, еще двух хватит. — Он улыбнулся Сэму и Дину. — И тут как раз появились вы двое. Я ведь уже несколько дней за вами слежу и даже посылал к вам коллег с мелкими частицами элементаля, чтобы от вас избавиться. Но мне даже в голову не пришло, что вы явитесь прямо сюда, ко мне в руки. И вас двое! Идеальный расклад.
Он сделал паузу и сказал очень серьезно:
— Я верю, что вас мне прислал Бог.
— Ты ненормальный, — ответил Дин.
Калкариил подошел совсем близко и вперил в Дина взгляд своих серебристых глаз. Дин отдернулся, насколько мог. Калкариил лишь сказал очень тихо:
— У меня просто иной угол зрения. Более верный. Ты живешь несколько десятилетий, а я — миллиарды лет. Ты знаком с одной культурой, а я — с тысячами. Ты знаешь один вид, свой, а я видел, как появлялись и исчезали миллионы видов.
Его серебристые глаза горели внутренним огнем, хотя красивое лицо лишь тускло освещалось мерцающей свечой.
— Так скажи мне, человечек, — произнес он тихо, наклонившись еще ближе — так, что его губы оказались в каких-то дюймах от уха Дина. — У кого из нас более ясный взгляд на вещи?
Дин услышал, как Сэм произнес очень медленно, словно был ошарашен: «Господи боже…»
Калкариил обернулся к нему. Сэм сказал:
— Так ты и впрямь думаешь, что делаешь благое дело.
Вид у Калкариила стал искренне недоуменный.
— Конечно я делаю благое дело, — ответил он. — Иначе зачем стараться?
Харлоу повернулся к Никки со словами:
— Да господи Иисусе, если бы я знал, что эта сделка включает прослушивание пяти тысяч этих ангельских лекций, я бы отказался.
Никки, любовно поглаживая свой длинный хлыст, сказал:
— Закругляйся уже, ангел. Становится скучно.
Рот Калкариила дернулся. Он повернулся и сверкнул на них глазами.
— Тем, кого приносят в жертву, важно понимать причину. Знать, во что они вносят вклад.
Никки сказал:
— Да они слышат только «бла-бла-бла, мы бросим вас в лаву». И, честно говоря, я тоже слышу только это.
Калкариил вздохнул и отошел от Дина.
— Ну никакой широты взглядов, — проворчал он про себя, разглаживая свои лоснящиеся светлые волосы, которые потом убрал за ухо. — Но все равно, пытаться нужно. — Он посмотрел на демонов. — Хорошо. Пора звать элементаля.
— Мистер Магма… — проворчал Дин.
Калкариил посмотрел на него с любопытством.
— А это… неплохой термин. Уважительный. — Он улыбнулся. — Мне нравится. Мистер Магма. Ну что ж, дети мои. Встречайте мистера Магму.
Демоны не спеша поднялись со своих мест, потягиваясь.
— Вы что, правда на это ведетесь? — обратился к ним Дин хрипло. — Тогда ведь и Ад будет не нужен. Вам-то какая выгода?
— Какая нам выгода? — сказал Никии. — Нам можно поиграть с едой! Вдоволь. А ангел потом ее лечит, и мы играем с ней снова.
Харлоу улыбнулся Дину:
— Это весело.
Никки добавил:
— И, раз уж ты спросил, малыш Динни, мы устроим тебе бесплатную демонстрацию! Мы поиграем с тобой. Только, наверное, завтра. А вот братца твоего мы бросим элементалю прямо сейчас.
— НЕТ! — выпалил Дин. — Нет-нет, бросьте меня — бросьте меня первым.
— Дин, нет… — произнес Сэм.
— Бросьте меня первым, — настаивал Дин. Это, на самом деле, была эгоистичная просьба, и он это знал. Если он будет первым, ему не придется смотреть, как умирает Сэм.
— О боже, — сказал Никки, обращаясь к Харлоу и закатив глаза. — Опять начинается мелодрама. Пожертвуй сначала мной, нет, пожертвуй сначала мной… Я тебе говорил, с двумя сразу иметь дело плохо.
— Не, — отозвался Харлоу. — С этими двумя будет весело. Я уже вижу. Эти двое побывали в Аду! Они оценят наше искусство. Нам редко попадается разбирающаяся аудитория.
Никки задумался над этим.
— Может, ты и прав. — Он подумал еще секунду. — Надо достать свой особый хлыст.
— Джентльмены, — сказал Калкариил. — Мое терпение на исходе.
Демоны закатили глаза, переглянувшись, и неторопливо отошли к клину у стены, который, как теперь понял Дин, удерживал конец веревки, связывавшей запястья Сэма. Они опустили Сэма к полу. Сэм свалился кучей со слабым стоном и оказался не в состоянии встать на ноги. Демоны развязали ему лодыжки и начали тащить его через комнату. Вскоре, к ужасу Дина, они уже подвешивали его к стропилу прямо над кругом.