— СТОЙ! ОСТАНОВИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ, — прогремел голос со стороны лестницы.
Щух…
— Я СКАЗАЛ ОСТАНОВИСЬ! — велел голос. Свист хлыста прекратился. Дину мало что было видно, но он услышал, как что-то рассекает воздух перед ним, затем тяжелый удар справа и шлепок чего-то мягкого. Эту последовательность звуков он слышал в жизни достаточно, чтобы знать, что это звук человеческого тела, отброшенного по воздуху, ударившегося о стену и упавшего на пол.
Дин услышал ритмичный скрип деревянных ступеней, пока кто-то спускался по лестнице, а затем отчетливый стук каблуков по каменному полу, приближавшийся к нему. Стук прекратился прямо перед Дином.
— Это совершенно неприемлемо, — отрезал голос прямо перед ним.
Среди жгучей боли от ран на груди Дин вдруг почувствовал прикосновение прямо над сердцем. И боль мгновенно ослабла. Дин почувствовал еще одно прикосновение к своему лбу, и зрение прояснилось. Он моргнул. Прямо на него с расстояния в несколько футов смотрел Калкариил, медленно опуская руку.
За Калкариилом Дин увидел Сэма, висевшего безвольно со шкива на обугленном стропиле, слегка поворачиваясь в воздухе. Крови было много. Возле ног Сэма, на полу, еще дымилось тело Харлоу. Никки лежал в скрюченной позе у стены, справа от Дина.
Калкариил снова коснулся лица Дина, чтобы залечить раны.
— Сэм, — прохрипел Дин, едва в силах говорить от сухости в горле. — Вылечи Сэма.
Калкариил помедлил и кивнул. Он прошел к Сэму, взглянул, нахмурившись, на тело Харлоу внизу и осторожно обогнул его.
Сэм выглядел так, словно на него вылили галлон красной краски. Его лицо и руки были почти полностью покрыты кровью, беспрестанно стекавшей из многочисленных глубоких порезов. От крови уже промокли насквозь его джинсы, и она начала капать с одной босой ноги на пол, образуя внизу тревожно большую лужу.
Калкариил обошел Сэма по кругу, изучая его, поморщился и скривил губы. Потом он протянул руку и тронул Сэма за плечо. Почти все следы от хлыста на теле Сэма поблекли, кожа затянулась. Но вид у Сэма был очень бледный, и губы почти синие. Он не очнулся.
Все еще придерживая Сэма за плечо, Калкариил слегка покачнулся на ногах. Потом уронил руку, на секунду закрыл глаза, сделал пару глубоких вздохов и поднял взгляд на Дина.
— Это все, что я могу сейчас сделать, — сказал Калкариил. — Он потерял много крови, но я пока не могу ее восполнить. Мне сегодня пришлось потратить много энергии на своего брата. — Он скривился, глядя на Никки, который до сих пор лежал на полу бездвижной кучей. Снова посмотрев на Дина, Калкариил сказал: — Я услышал, что здесь какие-то беспорядки, но не смог оставить Зифиуса сразу же. Прошу прощения. Николас, к сожалению… отклонился от профессиональных стандартов.
— Иди к черту, — сказал Дин на автомате.
Калкариил слабо улыбнулся.
— На здоровье, — сказал он, придирчиво расправляя свой полосатый костюм. Дин удержался от оскорбления, которое собирался выплюнуть. Может быть, и не стоило злить единственного из тюремщиков, который мог и хотел их лечить.
Никки зашевелился, потом встряхнул головой и сел. Его взгляд упал на дымящийся труп Харлоу. Поднявшись на ноги, он обратился к Калкариилу:
— Они убили Харлоу! Они убили его! Я не знаю как, скормили ему какой-то яд, какой-то ангельский свет, который и меня чуть не убил!
— Это был объект райской силы, — сказал Калкариил холодно, разглядывая свои манжеты и стряхивая пылинки с одного из них. Он поднял глаза на Никки. — Я почувствовал, как он был уничтожен. Даже Зифиус это почувствовал, а он наполовину в коме. Объект выпустил всю энергию. А теперь вы должны сказать мне, что именно это было и куда ушла эта энергия. Это что, было ангельское перо? Похоже было на ангельское перо.
Дин вдруг вспомнил черное перышко, которое дал им Приятель, — один из ингредиентов, что они использовали для активации сферы Кастиэля. Было ли это перо ангела?
— Я не знаю, что это было, — ответил Никки. — Что-то достаточно мелкое, чтобы съесть. Это было у него в куртке. — Никки указал на Дина. — Они замаскировали это под конфеты! Обманули нас! Харлоу съел, поэтому я толкнул его в яму, и…
— Ты сделал что? — переспросил Калкариил, на мгновение даже открыв рот от удивления. Вид у него был пораженный. Секунду спустя он захлопнул рот и шагнул к Никки. И сказал, словно пытаясь понять, что только что услышал: — Он съел ангельское перо, замаскированное под конфету, и ты толкнул его в яму?
Калкариил сделал еще шаг вперед.
— Ну, мне пришлось. Блин, — сказал Никки. — То есть… — Он остановился, слишком поздно поняв, что на него надвигается сильно разгневанный ангел. Калкариил сделал еще шаг, и Никки отступил назад. Он сказал, оправдываясь: — Этот свет бы поджарил меня! Мне пришлось столкнуть его. Пришлось!
Послышался слабый раскат грома. Воздух вокруг плеч Калкариила замерцал, и Дин увидел тусклые тени крыльев. Калкариил спросил:
— И элементаль забрал его?
— Ну, я не смотрел туда прямо…
— Что именно случилось? — В руке Калкариила вдруг появился ангельский клинок. Никки взглянул на клинок и пробубнил:
— Я не, э… я не разглядел точно… я…
— Никки спрятался за моей спиной, — вставил Дин. Калкариил взглянул на него свирепо, но Дин продолжил: — По сути, Никки сбежал, как визжащая школьница, и спрятался за мной. Харлоу уцепился за Сэма. Эта, э… штука-перо была у него в горле. Потом появился мистер Магма и вроде как, гм, залез к Харлоу в рот, и была яркая вспышка света. Потом мистер Магма ушел, и пол вернулся на место. — Дин и сам не знал, зачем рассказывал Калкариилу все эти подробности, кроме как чтобы потянуть время.
Калкариил замер неподвижно, глядя на Дина. Потом медленно повернулся и снова посмотрел на Никки. Никки быстро ретировался, пока не уперся спиной в стену.
— Ты скормил… элементалю… душу демона… и ангельское перо? — сказал Калкариил тихо. Это явно была важная подробность.
— И мои M&M’s, — сказал Дин. — И мою куртку. — Калкариил бросил взгляд на Дина и снова начал напирать на Никки, который стал продвигаться по стене вбок, пока не оказался загнан в угол.
— Ты хоть понимаешь, что ты натворил? — спросил Калкариил, понизив голос. — Ты. Поставил. Под угрозу. ВСЕ.
— Но он бы меня поджарил…
— Ты думаешь, мне есть дело?! Элементаль получил в пищу душу демона, ты, идиот!
— А чем плоха душа демона? — защищался Никки.
Калкариил издал потрясенный смешок.
— Господи. Вот же невежественный имбецил! Да ты только что скормил ему тухлятину! Помоги нам Бог! Во-первых, этот грязный, порочный, прогнивший, изуродованный остаток души, которым являлся Харлоу, истощит элементаля, я не укрепит его силы. Теперь нам придется найти еще одну жертву! Во-вторых, презренный ты простофиля, элементали просто не любят есть тухлятину! И еще! Райское могущество из ангельского пера или иного объекта ужалит его. Ему покажется, что мы вызывали его, чтобы дать пощечину! — Калкариил на секунду умолк, сверля Никки взглядом. — Скажи мне, Николас, — произнес он тихо, — ты думаешь, хорошо будить элементаля из его сна, длившегося миллионы лет, кормить тухлятиной, а потом еще и давать пощечину?
Никки смотрел на Калкариила, лишившись дара речи.
— Я бы лично ответил на этот вопрос «нет», Никки, — поддразнил Дин. — Но это мое мнение.
— Действительно. Нет, — сказал Калкариил, даже не потрудившись взглянуть на Дина. — Нет. Ответ на этот вопрос «нет». Это не хорошо. — Калкариил продолжил: — А ты знаешь, что это означает? Для элементаля?
— Эм… ему будет плохо? — предположил Никки.
— Он разозлится. Господи боже. Вот идиот-то. Вот КРЕТИН! Ох, как это усложняет задачу, — сказал Калкариил. Он встряхнулся, клинок при этом каким-то образом исчез у него в рукаве и тени крыльев пропали. Он отвлекся от Никки и посмотрел назад, на обугленное пятно в полу. Мел исчез, круга больше не было.
Калкариил начал ходить по ровной дуге, точно там, где была меловая черта. Он повторил:
— О, это сильно усложняет задачу! К элементалям нужно относиться с уважением. К ним нужно относиться с уважением. Они не любят, когда их сон тревожат без веской на то причины и без должной награды. — Калкариил вздохнул, поднял глаза к небу и сказал: — Боже, за что ты посылаешь мне такие испытания? Это… и еще и болезнь Зифиуса?