Дин не мог придумать, что еще сделать. Они подготовились как смогли. Теперь оставалось только выпить траву.
Сэм подошел с двумя пенопластовыми стаканчиками горячей воды. Он сел рядом с Дином и поставил оба стакана на маленький столик у кресла с другой стороны от себя. Взглянув на стойку персонала, он сказал Дину:
— Сейчас они не очень заняты. Думаю, это хороший момент. — Он вскрыл пакетик с корнем сновидений. — Готов?
— Погоди, — сказал Дин. — Сэм, погоди. Тебе вообще не обязательно этого делать. Давай я выпью первым. Знаю, мы об этом говорили, но подумай еще раз. Ты мог бы подождать пару дней, посмотреть, что случится со мной. Мы же не знаем, что случится, если рухнет вся стена — это может быть куда серьезнее, чем вспомнить три коротких эпизода. Не обязательно нам обоим это делать.
— Дин, мы уже говорили об этом двадцать раз.
— Я серьезно. Не думаю, что тебе стоит рисковать собой. Если я отброшу коньки, ты будешь рад, что не принял траву со мной.
Сэм посмотрел на него.
— Ты что, серьезно думаешь, что если у тебя взорвется мозг, если ты никогда не выйдешь из этой судороги или комы, то я буду рад, что не сделал этого с тобой? Скажу: «Ну что ж, я потерял друга-ангела, о котором даже не знал, потерял большую часть воспоминаний, и теперь мой брат умер… упс, бывает, хорошо, что я не принял зелье с ним, теперь поеду в Канзас в одиночестве»? Ты думаешь, я буду рад?
— Я не это хотел сказать.
— Подумай, Дин, — попросил Сэм.
Дин подумал и начал понимать, что имел в виду Сэм. Сэм смотрел на него.
— Это риск, да. Мы не вполне знаем, что делаем…
— Мы вообще не знаем, что делаем, — прервал его Дин. Сэм продолжил, игнорируя брата:
— Может быть, мы пострадаем; может быть, вообще не проснемся. Но мы сделаем это вместе. Во-первых, я хочу назад свои воспоминания, и своего друга тоже, кем бы он ни был. Во-вторых, если ты погибнешь, я погибну с тобой. И точка.
Дин открыл рот, чтобы возразить, но Сэм уже отвернулся к стаканам и высыпал в них молотый корень сновидений: половину в один стакан, половину в другой. Он размешал порошок палочкой для кофе и передал один стакан Дину.
— Увидимся в реанимации. — Сэм поднял стакан в знак тоста.
«Ну что ж, ладно». Дин коснулся своим стаканчиком стакана Сэма.
— За Сару, — сказал он. Сэм фыркнул и улыбнулся ему.
Иногда между ними бывали такие моменты. Моменты, негласно говорящие: «Может быть, в последний раз видимся». У Дина давно было выработано на этот счет железное правило: никаких речей и никаких прощаний. Но, хотя он никогда не признал бы этого, на самом деле он придавал им значение и всегда замечал в такие моменты последнее, что он видел. И всегда считал хорошей приметой, если его последний комментарий заставлял Сэма улыбнуться.
Сэм залпом выпил свой стакан, все еще улыбаясь, и Дину немного полегчало.
Он посмотрел в свой стакан.
Он подумал о Приятеле — о том, как тот шел ему навстречу в амбаре. О его крыльях… об этих огромных, невероятных крыльях. Дин подумал о том, как ударил Приятеля в сердце… о выражении в его глазах всего месяц назад, когда Приятель едва не заколол Дина на парковке. Едва. Но остановился как раз вовремя.
Он вспомнил, как Приятель поднес ему воды. Как волок его к окну. Как тащил его и Сэма через лес.
Эти поглаживания по голове, черт побери… когда Приятель думал, что Дин спал.
«Я хочу тебя назад, — подумал Дин. — Кем бы ты ни был на самом деле — я хочу тебя назад».
Он опрокинул свой стакан и проглотил горькую жидкость одним большим глотком.
Братья выбросили стаканчики в мусор вместе с пустым пакетом из-под корня. После этого Дин громко крикнул сестре за стойкой:
— Эй! Мы с братом что-то нехорошо себя чувствуем.
Девушка на стойке равнодушно посмотрела на них.
— Да… Вы двое у нас с… — она посмотрела на доску для записей. — …головной болью, так?
Она повернулась к ним и присмотрелась пристальнее. Потом нахмурилась.
— Погодите минутку, — сказала она. — Вы выглядите знакомо… разве вы не были тут пару недель назад с… что это было… эй, разве не с вами случился тот несчастный случай? В ту ночь, когда в Каньоне Смерти сошел оползень?
— Да, это были мы, — подтвердил Дин и радостно улыбнулся ей.
— И… — теперь она всматривалась в Дина. — Эй, это же вы справлялись о мужчине с флотирующим переломом. За пару дней до этого. Прямо каждые две секунды подходили, чтобы спросить, как он. Это же были вы, да?
— Я просто фанат скорой помощи, — ответил Дин. — Я вообще-то пришел, чтобы попросить у вас всех автографы, но застеснялся.
Сэм добавил:
— Нам здесь очень понравилось. Качество обслуживания просто отличное. И кофе неплох.
— Да, пятизвездочное отделение скорой. Вы — наша любимая скорая, — согласился Дин. — Мы подумываем купить ежемесячный абонемент, если вы не против.
И в этот момент Сэм вдруг весь обмяк, сполз со стула и обвалился на пол.
«Понеслась», — подумал Дин, глядя на брата. Он услышал, как на приемной стойке началась суета, девушка крикнула что-то другим сотрудникам и выбежала из-за стола. Больше он ничего не слышал: на него несся тоннель темноты; Дин закрыл глаза и нырнул в него.
***
Дин мгновенно оказался на первом этаже большого дома. Все выглядело в точности как раньше. «Надо найти ключ, — подумал он. — Ключ и запертую дверь». Он обнаружил, что несет с собой обычный ассортимент охотничьего оружия — дробовик, ножи, соль и прочее — и в раздражении выкинул все это на пол. Ничто из этого сейчас не было важно. Затем он пошарил по пустым карманам, тщательно проверяя каждый их уголок.
Но карманы были пусты. Ключа на было.
«Так, ладно, поищем запертую дверь. Если найти дверь, может, и ключ будет рядом?» Дин раньше не обращал особого внимания на двери в доме — он проходил через много дверей, конечно, но не замечал их и не задавался целью открыть все двери. На этот раз он прошел по главному холлу и открыл дверь в каждую комнату, пристально изучая все распахивающиеся двери.
Вскоре все двери на первом этаже были открыты. И ничего не произошло.
Дин остановился в холле, глядя на открытые двери и размышляя.
Он снова прошел по первому этажу и открыл каждый буфет в кухне, каждый шкаф и каждый ящик. Даже поднял крышку сундука, который обнаружил в передней комнате.
Но все было незаперто. Каждая дверь открывалась легко, каждый ящик выдвигался, и даже сундук раскрылся сразу. Запертых дверей не было. И ключа нигде не было видно. Все, что он нашел, это бесконечное количество пыльных предметов и десятки пыльных безделушек и статуэток. В ящиках отказалась бесполезная свалка мелочей — ножей, книжонок, клочков бумаги, — а в огромном сундуке на дне лежала только маленькая глиняная маска. Дин перевернул вверх дном все и залез вглубь каждого ящика. Он посмотрел даже под причудливой глиняной маской в сундуке, но ключа не было.
Он закончил обход первого этажа и с досадой остановился в холле.
Потом он услышал цоканье по паркетному полу… очень близко. Когти. Адский пес…
«Да, да, я понял, тупая собака», — проворчал Дин только. Теперь все это казалось неважным. Он обследовал всю первую комнату, не обращая внимания на рычание рядом, гораздо сильнее заинтригованный тем фактом, что в доме не оказалось входной двери. Быстрая проверка задней части дома выявила отсутствие и задней двери тоже. И как он раньше не замечал, что в доме не было входов и выходов?
Он слышал, как рядом рычат уже три адских пса. Потом появились и бурундуки, хлынув из кухни потоком пушистых полосатых спинок. Они стали бегать вокруг него мелкими кругами.
Рядом пронесся призрак.
— Ребята, оставьте меня в покое, а? — пробурчал Дин в раздражении. Он взбежал по лестнице на второй этаж. Адские псы начали лаять и выть, несясь за ним по лестнице вместе с бурундуками, но Дин не обращал на них внимания. Он отправился по коридору второго этажа, открывая все боковые двери. Он слышал, как адские псы нерешительно пыхтели у его лодыжек. Бурундуки начали терять интерес и разбегаться во всех направлениях. Призрак улетел.