И несмотря ни на что, он всегда в конце концов возвращался к Сэму и Дину, готовый помочь. Независимо оттого, насколько безумной была ситуация, кто и как сильно облажался, Кас всегда возвращался…
…до этого момента.
— Эй, эй, стой! — крикнул вдруг Сэм. — Это наш мотель! Блин, Дин, ты проехал прямо мимо него. Ты что, меня не слушаешь? Я же только что указал на него!
— Прости, — сказал Дин виновато. — Просто задумался.
— Не переутомись, — посоветовал Сэм, глядя на него иронически. — Знаешь, некоторые люди в состоянии думать и вести машину одновременно. Может быть, когда-нибудь и ты до этого дорастешь.
— Прости, — снова сказал Дин. — Просто немного отвлекся. — Он дождался, пока закончился поток встречных машин, развернулся и подъехал к мотелю. Сэм заселил их и вернулся с ключом.
— Номер 104, первая дверь сзади. Я подумал, что можно выгрузиться и проверить в интернете несколько идей. Я знаю, что дело тут тухлое, но…
— Как я тебе уже сказал, Сэм, любое дело в Майами-Бич весной — это по определению горячий свежачок. — Дин подрулил к номеру 104.
Сэм улыбнулся.
— Ну, я попробую навести по нему справки онлайн, а завтра уже примемся за работу, хорошо? — Он бросил взгляд на Дина: Дин снова уставился в пространство. Сэм помолчал секунду, потом спросил: — Хочешь вздремнуть пока? Ты весь день за рулем.
Дин встряхнулся. «Возьми себя в руки».
— Сэм, — сказал он, выходя из машины. — В тот день, когда мне нужно будет поспать, пока через дорогу на пляже гуляют тысячи студенток в бикини, всади мне пулю в голову, пожалуйста. И вообще, знаешь что, пойду-ка я прогуляюсь по пляжу. — Он вытащил из сумки в багажнике пару шлепок и улыбнулся Сэму.
— Ты ненавидишь ходить по пляжу, Дин.
— О чем ты? Я всегда обожал океан!
— Ну да, — ответил Сэм. — Теперь я припоминаю твое увлечение морской биологией. Тебе всегда нравилась, э… морская фауна, да?
Дин рассмеялся, и Сэм тоже.
Боже, как хорошо было, что прежний Сэм вернулся.
И Кас тоже должен был вернуться. Кас всегда возвращался. Рано или поздно.
Правда же?
***
— Интереснейшая морская фауна, Сэм! Жаль, что ты не пошел со мной, — доложил Дин по возвращении. Сэм оторвал полный энтузиазма взгляд от лэптопа — взгляд говорил «я что-то нашел».
— Эй, Дин! — позвал Сэм. — Кажется, тут кое-что есть. Подвинь-ка стул.
Дин вынул пару бутылок пива, передал одну Сэму и пододвинул к нему второй стул.
— В общем, если резюмировать, — начал Сэм, — два года назад здесь, в Майами, стали умирать люди, так? Начали умирать прямо в весеннее равноденствие, двадцать первого марта.
— Верно, — подтвердил Дин. Он подхватил эстафету: — И, как ты выяснил, многие из них за несколько дней до этого были на большом праздновании дня рождения. Так что все думали на отравление, но странно то, что умирало ровно по человеку в день. Так?
— Угу. Ровно по человеку в день, каждый день, начиная с двадцать первого марта и на протяжении полутора недель после этого. В основном члены семьи именинника. Парня звали Альфред Уилсон, ему было сорок с чем-то.
— И в ЦКЗ так и не разобрались, в чем дело, а потом ты заметил ту статью в газете на прошлой неделе о нераскрытых случаях массовых смертей в разных регионах страны.
Сэм кивнул и добавил с улыбкой:
— И по какой-то причине мы решили: «О, ну-ка поехали немедленно расследуем случай в Майами-Бич».
— Просто… глаз за него зацепился, — сказал Дин. — Что я могу сказать, тут… много за что глаз цепляется. — Отхлебнув пива, он добавил: — Так что нового?
— Ну, пока ты осматривал местную морскую фауну, я навел справки об имениннике, и представь себе: он собирал древние артефакты. И! Один древний артефакт он купил на аукционе незадолго до смерти, перед самым днем рождения. Я нашел фото из каталога аукциона.
Сэм развернул лэптоп к брату, и Дин взглянул.
На фото оказалась маленькая глиняная маска, примерно четыре дюйма в ширину. На маске было изображено круглое личико с круглыми щечками, темными глазами, глядящими прямо вперед, и легкой улыбкой Моны Лизы. Маска была выкрашена в белый цвет, и ее щеки и лоб были покрыты замысловатыми черными и охряными знаками. Рисунок на лбу был похож на сложный спиральный лабиринт.
— Тут говорится, что она с Крита, — пояснил Сэм. — Это остров Греции. И маска очень старая — ей тысячи лет. Тут вообще много по-настоящему древних артефактов. Вещей, относящихся к рассвету человеческой истории.
— Так ты думаешь, проклятая вещица? — спросил Дин. — Купи масочку времен рассвета человеческой истории, и по наступлении весеннего равноденствия умрут все в твоем доме?
— Именно это я и думаю. Хотя похоже, проклятие довольно слабое — убило всего где-то четверть из тех, кто в тот момент остановился в доме. И еще, после смерти Альфреда маску унаследовала его жена, но следующей весной, 21 марта, ничего не произошло. Никто больше не умирал.
Дин глотнул еще пива.
— Может быть, проклятие начало слабеть, когда маска покинула Крит. Может, оно просто угасло. Так ведь иногда бывает.
Сэм кивнул.
— Да, это может быть угасшее проклятие. Но все равно, думаю, надо на нее взглянуть.
— Ладно, тогда все просто, — заключил Дин. — Пойдем поговорим со вдовой.
Сэм улыбнулся.
— Я уже договорился с ней о встрече завтра утром. И о еще одной встрече — с археологом университета Майами — парой часов позже.
— Что бы я без тебя делал, Сэмми?
***
Сэм решил, что на этой встрече можно разыграть карту с отравлением, поэтому утром Дин разыскал пару удостоверений Центра по контролю за заболеваниями. Вдова, миссис Уилсон, встретила их в дверях в безупречно-белом брючном костюме.
— Вы из ЦКЗ. Боже праведный… Уже два года прошло, и вы снова здесь? Так вот на что идут мои налоги?
— Появились новые методы исследования, мадам, — ответил Дин. — И мы продолжаем работать над старыми делами.
Вдова презрительно фыркнула.
— Мало того, что все умерли в моем доме. Многие скончались прямо здесь, представьте себе! К нам тогда съехалось много гостей, и кто-то умирал каждый день почти две недели! Я едва ли могла поспать. Боже праведный, мне пришлось заменить матрасы. Вы и представить себе не можете этих расходов! Такая неприятность!
Сэм и Дин переглянулись.
— Да, мадам, все это, должно быть, доставило вам немало хлопот, — сказал Сэм. — Но сегодня мы хотели бы осмотреть предметы, к которым люди в тот день могли прикасаться. Особенно… иностранные артефакты. Иногда они переносят болезни. Вы не припомните, ваш муж ничего не покупал в последний год жизни? Например… из Европы?
— Да, — поддержал Дин. — У нас есть новые данные о том, что некоторые болезни переносятся, э… старой европейской глиной. Особенно островной.
— Глиной? Вот как? Как той, из которой сделана эта уродливая маска? Боже. Я должна была догадаться! Альфред купил ее за месяц до смерти.
Сэм и Дин снова переглянулись.
— Да, именно, мадам, — подтвердил Дин. — Может быть, нам можно взглянуть на маску?
— Да можете забрать ее, если хотите! — ответила вдова. — Я собираюсь избавиться от всей коллекции. Все равно через месяц я во всем этом крыле сделаю ремонт. Вечеринок я больше не устраиваю — это такая морока, — люди в большинстве своем страшно скучные, и все равно мало кто приходит. — Она резко развернулась на каблуках, бросив через плечо: — Идите за мной.
Миссис Уилсон провела их в маленькую комнатку в задней части дома. Комната была забита огромными круглыми каменными календарями майя, новозеландскими масками маори, маленькими глиняными скульптурками, осколками разбитых гончарных изделий и всевозможными другими древними предметами.